Всего за 249 руб. Купить полную версию
Но главное, этот покоритель пространств, стягивавший их стежками рискованных полетов, до сих пор, как ни странно, был холост и при этой мысли не одна его соотечественница ощущала сладкую дрожь в груди. Водилась, правда, за ним репутация записного ловеласа; ходили разговоры о его бурном романе с балериной Булановой, но Лиза прекрасно знала этим сплетням цену, ни на грош не веря газетчикам, готовым на ровном месте раздуть сенсацию они ее саму сколько уж раз выдавали замуж: то за одного Симонова, то за другого Симонова, то вовсе за князя Мещерского Право же, пара непрошеных поцелуев была невеликой платой за то, чтобы заполучить такого спасителя! Любая россиянка и не то согласилась бы стерпеть, лишь бы оказаться сейчас на месте Лизы
Глаза Левандовского еще метали молнии, а кулаки сжимались, готовые задать трепку поверженному негодяю, но так как рыцарю положено быть не только грозным, но и любезным, то летчик приподнял фуражку и сказал самым светским тоном, ни словом, ни жестом не выдавая, что удивлен невероятной встречей, будто ему каждый день случалось выручать киноартисток из пикантных ситуаций:
Госпожа Тургенева, если не ошибаюсь? и тут же, проявив себя человеком военным, перешел к делу: Что прикажете сделать с этим типом? Как следует вздуть?
Лиза с трудом сообразила, что он говорит о Жорже. Появление Левандовского словно начисто отшибло у нее память о прошлом. С трудом выйдя из охватившего ее транса, она обернулась.
Жорж барахтался на мелководье. Промокший пиджак тянул его ко дну, пижонские двухцветные штиблеты мешали встать на скользких камнях, а волны, решив над ним как следует поизмываться, мотали его туда-сюда, вновь и вновь накрывая с головой. В нем не осталось ни капли прежней наглости, а взглядом он так и тянулся к Лизе, умоляя пощадить, простить и помочь. Но облепивший тело костюм и сосульки склеившихся волос делали его таким жалким и противным, что из человека он превратился в какую-то гадкую тварь, о которой хочется поскорее забыть, едва от нее избавишься. И Лиза, желавшая лишь того, чтобы этот мерзавец раз и навсегда исчез из ее жизни, брезгливо отмахнулась:
Делать вам нечего лезть за ним в воду! Да пусть себе катится к черту!
Воля ваша, поклонился Левандовский. Надеюсь, вы не слишком от него пострадали?
Нет, ответила Лиза, потянувшись рукой к застежке на спине. Только вот купальника чуть не лишилась. Вас прямо провидение ко мне послало, полковник! Прибудь вы минутой позже сказала она и отвернулась, чтобы скрыть игривую улыбку.
Делать вам нечего лезть за ним в воду! Да пусть себе катится к черту!
Воля ваша, поклонился Левандовский. Надеюсь, вы не слишком от него пострадали?
Нет, ответила Лиза, потянувшись рукой к застежке на спине. Только вот купальника чуть не лишилась. Вас прямо провидение ко мне послало, полковник! Прибудь вы минутой позже сказала она и отвернулась, чтобы скрыть игривую улыбку.
Вижу, отозвался Левандовский, что представляться нет нужды? А я так надеялся остаться неизвестным героем!
Кто ж вас не узнает, полковник! засмеялась Лиза. Но какой счастливый случай привел вас в Симеиз?
Именно что счастливый случай, иначе и не скажешь! Вы не поверите, Елизавета Дмитриевна, но я как раз направлялся к вам в гости. Ну, не к вам, конечно, а к вашему брату Борису. Летчик сделал жест в сторону набережной, где за парапетом виднелся открытый автомобиль. И вот плоды самонадеянности! Не стал слушать его объяснений, решил, что сам дорогу найду, а здесь зачем-то свернул не туда, заплутал, выскочил на набережную и теперь вся надежда только на вас!
Заплутали на наших двух улицах? изумилась Лиза. Что же это вы едва спустившись на землю, сразу сбились с курса?
Не сбился бы с курса не пришел бы к вам на помощь! заметил Левандовский. В нашем деле главное доверять путеводной звезде! И теперь, надеюсь, я нашел ее в вашем лице!
Значит, вы знакомы с Бобкой? спросила Лиза. Вы с дружеским визитом или, может, что-то секретное?
Никаких секретов нет, Елизавета Дмитриевна. Просто не люблю торопить события. Своевременно вы обо всем узнаете, даю слово! А я тоже не ожидал увидеть вас в Крыму. Давно прибыли?
Третьего дня. И знаете что, не величайте вы меня Елизавета Дмитриевна, зовите просто Лизой!
С превеликим удовольствием! кивнул Левандовский и поцеловал ей руку. А вы зовите меня просто Евгением.
Почту за честь! А теперь позвольте, я переоденусь.
В самом деле, пора было убираться с пляжа, пока они не привлекли к себе внимания первых зевак. Что до Жоржа, то он, по-ужиному извиваясь, кое-как выполз на сушу и теперь неуклюже удирал, оставляя за собой цепочку мокрых следов, а с набережной ему вдогонку неслись редкие улюлюканья.
Слушаюсь! лихо козырнул Левандовский. Прикажете отойти?
Нет, вы только отвернитесь, попросила Лиза и под защитой его широкой спины стала снимать купальник. Сменного белья она с собой не брала. Но в тот самый миг, как ее рука потянулась к платью, его подхватил и поволок прочь шальной порыв ветра.
Ай! воскликнула Лиза, разрываясь между стремлением ловить платье и необходимостью сперва прикрыться хоть каким-то фиговым листком нагая, она, к несчастью, не становилась невидимой.