Уже прямо сейчас с тем уровнем умения, с теми инструментами и репертуаром мы могли стать очень хорошей ресторанной группой. Но мы целили выше.
Обсудив ситуацию, мы договорились, что подождем прямого предложения. При этом мы точно знали, что тот путь, что нам предложит Директорэто не то, что нам нужно. К намеченному нами успеху нужно было идти другой дорогой.
Мы договорились, что отказываться от соблазнительных предложений н станем, но стремиться нужно к иному.
Вскоре мы получили и первое задание. Им стало игра на танцах в общежитии ДСК1. ДСК это Домостроительный комбинат.
Ну вот и посмотрим, на что вы годитесь, напутствовал нас Директор ДК. Посмотрим, как вас публика примет.
Директор, наверное, рассчитывал на то, что три школьника знают жизнь исключительно по учебникам, в котором пролетариат показывался исключительно как прогрессивный класс, но, к счастью, у нас уже имелся стариковский жизненный опыт и мы представляли с чем можем столкнуться.
Дело в том, что в советское время имелась такая занимательная категория людей как «лимитчики». Это были люди, обычно простые по потребностям и без образования и приехавшие в Москву работать по ограниченному работупо лимиту. Собственно, они выполняли тут работу, которую не хотели выполнять москвичи. Они приезжали из провинции и селились в общежитиях и жили там до такого момента, пока работали. Судьба их складывалась поразному. Ктото через десяток лет получал квартиру от своей работы, ктото женился или выходил замуж за москвичамосквичку и устраивался в Москве, а ктотоработал до того момента, когда не надоедало и не начинало тянуло вернуться на малую родину.
Вот для этих замечательных людей мы и должны были играть. Директор ДК, похоже, захотел проверить нас на прочность.
Люди ту были, повторюсь, простые и незатейные. И развлечения им требовались соответствующие: сперва выпить, потом потанцевать, а потом и подраться изза девчонок, а потом с девчонками погулять Хотя, конечно, про «потом» решали девчонки, а не ребята
Это была программа максимум. Нашей же задачей было обеспечить танцы и постараться чтоб нас не зацепила третья часть праздника.
Что ж Предупреждензначит вооружен!
Дружинники из местных помогли нам притащить аппаратуру. Мы расставили все что нужно, начали настраиваться. Под гитарный перебор и Серегины перестуки потихоньку начал собираться народ. Ктото толпился перед нами, девушки разглядывали парней, а те, в свою очередь разглядывали их, отыскивая тех принцесс, с которыми, если повезет, проведут окончание этого субботнего вечера.
Воздух был свеж, в нем витали запахи хлорки, бетона и дешевого вина.
Началось все очень пристойно. Мы играли, молодежь танцевала.
Постепенно, песня за песней, атмосфера праздника, что местные принесли на танцы в бутылках по 0,5 литра, выпускалась народом наружу и это делало праздник все более и более веселым, и непринуждённым. Люди уходили из зала и возвращались обратно повеселевшие. Уже через полчаса легкую скованность танцоров сменила веселая разухабистость. Танцевальные движения и так не особенно сложные, стали резкими и не предсказуемыми, на уровне риска потери равновесия.
Мы смотрели на это и радовались за людей. Играли и свое, и чужое и еще минут через десять стало понятно, что публика пришла в такое состояние, что ему хватало одного барабана.
Это значило, что праздник постепенно перетекал в третью стадию. На наших глазах парочки танцевали, уже договорившись о чемто таком, что произойдет после танцев, а вот несколько человек никак не могли поделить ветреных подружек.
Несколько таких конфликтов стали островками в море танцующих. На наших глазах один кавалер дергал девушку в одну сторону, второй в другую. Хорошо это закончится не могло. Я помнил старую песню, в которой по статистике на десять девчат имелось только девять парней. Тут была иная арифметика. Парней было много больше, а любви хотелось всем
Консенсуса не будет, крикнул мне Никита, наблюдавший за ситуацией. Поспорим?
А чего спорить? Все и так было видно. Ребята потанцевали, показали себя перед девушками и теперь хотели любви, дать которую им могли далеко не все.
Вокруг них потихоньку становилось просторнее. На наших глазах танцы превращались в спортивную арену или ринг. В какойто момент спорщики позабыли про девушку и вцепились друг в друга. К ним бросились разнимать и через десяток секунд там началась общая свалка. Девушки, представлявшие чем тут все, может закончится, бросились в стороны, к стенам, а горячие парни принялись развлекаться как умели.
Не всем там достались партнеры и ктото полез к нам, на подиум.
Музыкантов не трогать! закричал ктото. Но было поздно. Кто они там были бетонщики или арматурщики, нам не разобрать, но ребята выглядели крепкими и горели желанием. Ктото толкнул и уронил колонку. Потом гудение и тонкий визг уроненного микрофона, а за спиной зазвенела медьупала одна из Серегиных тарелок.
Гости на сцене явно хотели легкой победышкольникиже! А этим лбам было лет по 25ть, да работа у них была такая, что способствовала развитию мускулатуры. Может они и не были титанами, держащими небо на своих руках, но вот мордоворотами они были наверняка.
Если б мы были глупее, чем были, то кончилось бы это для нас плохо
Но у нас было чем встретить хозяев праздника.
В моей прошлой жизнью у меня был печальный опыт Как раз в это время попался я както под горячую руку к трём хулиганам. Ну и побили они меня. И не так сильно, но всетаки зуб сломали. Был у меня такой леченый Точнее и сейчас есть. Когда я понял, что жизнь моя может повернуть меня по тому же кругу, я подумал, что можно мне и вовсе в ту подворотню не ходить, а можно пойти и отомстить За то, что они еще не сделали и даже пока не задумывались.
Помня об этом я приготовился. В кармане у меня лежала пластиковая ёмкость. В бутылочке из мягкого пластика я держал полстакана мыльной воды, а в крышечке имелось проделанное раскаленным шилом отверстие. Все это вместе превращало его в простейшее химическое оружие. Мыло, из которого я изготовил этот раствор, называлось «Детское», но глаза от них щипало совершено не подетски. Разумеется, до полицейской слезогонки, которой за рубежом полиция разгоняла демонстрации миролюбивой молодежи, это было далеко, но эффект определенно имелся. Каждый, кому в детстве мыло попадало в глаза, это точно знает.
Струя в одно лицо, струя в другое Ребята матерились и бестолково размахивали руками. Один угадил кулаком в колонку и снес её, другой в товарища
Я почувствовал себя немножко скунсом, но что делать?
Выскочивший изза барабанов Сергей помог нам направить матерящихся парней в гущу людей, и мы снова взялись за инструменты.
Такую драку следовало украсить очень хорошей музыкой
Эти танцульки принесли нам по червонцу на брата. Сколько заработал сам Директор мы даже не задумывались. Для нас не деньги были важны на этом этапе, а известность в своем районе Вот её мы хотели конвертировать сначала в статус, а только потом в известность и деньги
Через пару недель репетиций мы созрели к тому, чтоб перебраться на следующую ступень. Спросите, что изменилось за две недели? Отвечуничего существенного, но время не стояло на месте и нам следовало поторопиться. К этому времени мы убедились, что можем сделать хорошую музыку и теперь следовало убедить в нем не только директора ДК, но и тех, кто смог бы стать для нас трамплином для взлета. Нам нужен был официальный статус и дать его мог только РК ВЛКСМ.
Сразу после уроков мы вышли из школы и вдалеке от чужих ушей остановились поговорить.
Ну что Пойдем в лапы к комсомолу?
Не в лапы, а в ласковые ладошки помощника Партии. Поправил я товарищей. Такими несерьезными вещами как попмузыка занимается зам по идеологии. Вот к нему и двинем.
Погодите! Почему это «попмузыка», а не «рок»?
Потому что в нашей стране рок-музыки, как и секса, нет и еще долго не будет, а вот популярная музыка еще имеет шансы на существование.
Идти реши все трое, так представительнее, тем более в двух шагах от РК стоял магазин «Культтовары», куда тоже не мешало бы зайти, освежить информацию о недавно появившихся пластинках.