Всего за 259.9 руб. Купить полную версию
Ты заходи в избу-то и вон к столу присаживайся, Архип, кивнул ему на лавку у печи хозяин, погладил по голове Ванятку и шепнул ему что-то на ухо.
Тот только кивнул в ответ светлой головёнкой и убежал за загороженную занавеской комнатёнку.
Ладушка, ты бы угостила чайком нашего гостюшку, своим-то расчудесным пирогом. С морозу чай человек пришёл, вот и согрелся бы. Ну а мы с ним побеседуем здесь, пока тот твой чаёк греется.
Проходи, проходи, Матвеевич, снимай поршни и проходи ближе, что ты всё мнёшься у порога-то, повторно пригласил гостя Сотник, и Архип, в смущении мявший руками снятую шапку у самого входа, на негнущихся ногах прошёл вовнутрь избы.
Прости, Андрей Иванович, за слова мои поганые, не смея присесть, бормотал мужик, Не знаю, что и нашло-то нынче на меня там, на площади этой, когда я Вашу милость прилюдно хаял. Ведь истинно же всё получил сполна. Семья в тепле, сыта, одета, обута вон вся, грех было жаловаться. Всё-то язык мой поганый, истинно говорят без костей. Не губи, хозяин, оставь хотя бы их на своей земле, а меня хоть в какую кабальную неволю отправь! причитал всегда такой занозистый мужик, нутром чуя свою неправоту и ответственность перед близкими.
А ты перед посадкой репы, сколько замоченными семена в тепле держал, седмицу или только три дня?
Неожиданно заданный вопрос заставил буквально выпучить его глаза на Сотника.
Так и трёх дней хватило, хозяин, за неделю б упрело семя-то, и в рост бы потом не пошло, ответил он, тряся в недоумении бородой.
А капусту чем удобрил, чтобы она крупный кочан набрала, куриный помет, небось, разводил, или настоянной на солнце травяной водой с коровяком вперемешку поливал? опять задал вопрос Андрей.
Архип почесал голову пятернёй и уже уверенней отвечал:
Так не только этим, ещё и золу обильно подсыпал, и не только под корень, а ещё и сами листья сверху порошил, чтобы, значит, на них гусеница потом не нападала. И ещё землю хорошо глядел, ей ведь не всякая для роста-то подойдёт!
Ну да, кивнул Сотник, На кислой почве, урожая капусты не жди. Для неё и тень с сушью губительны ведь будут.
Как есть правда, Андрей Иванович, земля и свет это первое дело, какое условие тут нужно соблюсти, согласно закивал крестьянин, На гнилой почве лишь одни кочерыжки к осени будут торчать, а поливать так вообще постоянно ту капустку надо, чтобы всё время под ней бы влажной землица была.
Ну да, всё верно, подтвердил сказанное Сотник, Правильно про тебя люди сказывают, Архип Матвеевич, что ты с овощами своими, как с детьми малыми нянчишься. От того-то они у тебя и вырастают лучше, чем у всех. То, что ты говорливый не в меру, это, конечно, не делает тебе чести. Да ты и сам всё прекрасно понимаешь, не зря же и разговор наш сам с извинений своих начал.
Архип покраснел до самых своих корней волос и, винясь, попытался подняться с лавки.
Сиди, Матвеевич, сиди, не буду я больше тебя журить. Волен ты сам свою судьбу выбирать, из-под кабальной ты выкуплен подчистую. Можешь хоть здесь оставаться, а хоть идти, куда твои глаза глядят как полностью обелённый. Вольный ты человек теперь, и можешь искать себе на другой стороне добрую долю. Торопить я тебя не буду. Семью никто с места не сгонит. Заберешь её, как обоснуешься на новом месте.
Огородарь, не выдержав, всё-таки вскочил и, низко поклонившись, быстро затараторил:
Прости, Андрей Иванович, виноват я, никуда не хочу отсюда уходить. Здесь привольно и мне самому, и моим близким жить. Не в жизни больше поганого слова никто от меня впредь не услышит, Христом Богом клянусь, и он истово перекрестился на икону в чистом углу, Только оставь ты нас на земле этой!
Так сказал же уже, не гоню я тебя. Живи, коль по нраву тебе здесь, серьёзно глядя ему в глаза, ответил Сотник, Только и ты уж, Архип Матвеевич, прислушивайся к добрым советам властей посадских. Не зря же Парфён Васильевич со своими помощниками полеводами всё тебе подсказывал как зерновое хозяйствование правильней и удачней вести. Ты вот огородарь знатный, никто ведь тебе слова не сказал поперёк вот этого твоего удачного дела. Ну а в полеводстве, видишь, у тебя промашка вышла. Согласись, что неправильно ты там свою работу построил, от того то и выход ржи, овса и пшеницы у тебя такой был малый. Небось едва-едва на прокорм семьи хватает да на посев следующего года лишь заготовил? А вот коли прислушивался бы сам к доброму совету, так ходил бы сейчас как глухарь на токовище, важно так и во всём красивом. И близким бы своим на сданные излишки накупил бы даров знатных, всё бы было у тебя как у людей. Прости, братец, но ты сам во всём виноват.
Сидел Архип на лавке и вздыхал сокрушённо. Все верно, нечем тут было крыть, во всём прав был Хозяин. И уже ругал про себя распоследними словами этот свой дрянной характер мужик.
Ладно, не журись, семье-то хватает ли еды, не бедствуете? с сочувствием, от которого аж в пол было в пору провалиться, спросил собеседника Сотник.
Всего хватает, хозяин, сокрушённо вздохнул крестьянин, На прокорм и на семя всего изрядно заложено. Чуток сдал зерно в счёт податей. Да и овощ мой изрядно семью выручил. Хорошо, что хоть он в зачёт пошёл. Опять же скотинка с птицей приплод дала, так что всего пока нам хватает. Ещё бы с полем вёл себя разумно, так и вообще бы всё было бы хорошо. А-а, что уж тут говорить! и он сокрушённо махнул рукой.
Батюшка, откушаете с гостем? подошла с пирогом Лада и поставила разогретую ей еду на стол.
Тут же по глубоким канопкам был разлит душистый кипрейский чай с чабрецом. Вот и почаёвничали вдвоём в удовольствие.
Затем как-то само собой зашёл за столом разговор об любимом деле Архипа, огороде. Тут он мог часами рассказывать о любой травке и об хитростях в её выращивании. Всё это было понятно Андрею, что и сам в какой-то мере был не чужд вот этому доброму делу.
Архип Матвеевич, скажи ты вот мне, а все ли огородные культуры, что ты сейчас выращиваешь, знали в глубокую старину наши предки? задал с эдакой подковыринкой вопрос хозяин.
Дык, репу-то давно наши пращуры выращивали, почесав макушку, начал перечислять гость, Бобы, редьку, капусту, горох тоже издревле растили, а вот если морковь, лук, свеклу, так их уже гораздо позже начали. А в нашей северной земле так и вообще, пожалуй, недавно. Поговаривают, что многие овощи к нам из Греции или Царьграда пришли, тогда, когда Русь ещё при светлом святом князе Владимире святое крещение приняла. Ещё тогда, в старину греческие монахи с пастырским словом многие семена и плодовые саженцы сюда к нам завезли. Сказывают, во многих монастырях свои огороды издревле были, откуда-то потом овощи уже и расходились по всем нашим землям.
Ну да, видно, всё так именно и было, кивнул, соглашаясь с ним, Сотник, А как ты думаешь, Матвеевич, есть ли ещё какой такой овощ на земле из тех, что мы не знаем, но который в иноземных землях растят и где он обильно, затем в пищу идёт?
Огородарь внимательно посмотрел на собеседника и, подумав, с уверенностью ответил:
Знамо дело, Андрей Иванович, сказывали мне сведущие люди на Смоленском торгу, из тех, что в дальних странах бывали, что там и овощи, и фрукты-ягоды весьма диковинные есть. А некоторые они так даже сами пробовали, и те по вкусу им были весьма приятными.
Вот! улыбнулся Сотник, Иноземцы, значит, диковинные овощи и фрукты вкушают, а мы, русские, значится, нет. Потому, как мы их и не знаем вовсе даже, и на стол свой их выставить не можем. Не порядок-то!
Не порядок, поддакнул Архип, А что же делать-то? и он внимательно уставился на Андрея.
Так то уже к тебе вопрос, Архип Матвеевич, ответил Сотник, Ты ведь у нас знатный огородник. Вот и займись своим любимым делом. Есть у меня масса новых семян и клубней новых овощей, что пришли ко мне из заморских стран. Кое-какие я со своими близкими на своём опытном огороде уже третий год как выращиваю, да и ты, небось, о том уже слышал?
Как не слыхать кивнул собеседник, Поговаривали меж нас, серых, что хозяин, прошу меня простить, блажью самой что ни на есть занялся. Какие-то там новые травы, кусты и овощи у себя в тайном месте выращивает. И грозится, дескать, потом всех скопом заставить всё это у себя в хозяйствах растить, да ещё потом и вкушать.