Лошадь, молодой человек, всё равно, что женщина: её нужно держать в руках. Чуть ослабь, и не дай Бог, выпусти поводуже не ты, а она ездит на тебе. Ласковой рукой крепко держите повод, и лошадь будет вашим верным другом. Потом вы поймёте, что и армией нужно управлять, как лошадьювовремя кормить, поить, давать отдых и уход, чистить снаряжение и крепко держать повод в руках.
Моя Тайна вообще была шёлковой лошадьюисполнительная, в меру спокойная, сильная, выносливая, легко бравшая любые препятствия и имевшая исключительно мягкий шаг на учебной рыси. Иногда она начинала косить на меня лиловым взглядом, делая занос вправо при выполнении команды «налево кругоммаааарш»в ней просыпался чёртик противоречия и хулиганства. В это время надо было внимательно следить за ней и настораживать повод, чтобы уловить момент подгибания ног для кувыркания на мягком грунте манежа, и в необходимый момент напоминать, кто из нас лошадь, а кто наездник.
К сожалению, вскоре нам пришлось расстатьсяТайне была уготована участь генеральской лошадистать жирной, лоснящейся, неповоротливой и ленивой кобылой, которой уже не хотелось поваляться на опилках манежа, оглашая окрестности озорным ржанием.
Заснул? Выходи, приехали, сказал Анастас Иванович, открыв дверь машины.
Глава 7
Я вышел из машины и огляделся. Позади нас находился барский дом в английском стиле, перед которым был разбит английский парк. Мы стояли в нижней части дорожки, обрамляющей большую круглую клумбу с кустарниковыми фигурами лошади и зайца. Метрах в десяти от дорожки было поле для гольфа, на котором стоял стол с лежащим на нём оружием и вдали мишени для стрельбы. Стойка с четырьмя мишенями метрах в двадцати и ростовые фигуры метрах в ста от нас.
Рядом со столом стоял мужчина за пятьдесят лет возрастом, в сапогах, песочного цвета галифе и мундире английского типа без знаков различия.
Здравствуйте, господа, сказал он, по вам можно часы проверять.
Здравия желаю, Ваше превосходительство! отчеканил я, прищёлкнул каблуками ботинок и склонил в поклоне голову.
Мой автоматический жест несколько удивил взрослых мужчин, а Его превосходительство жестом пригласил меня подойти поближе к нему.
Любите стрелять, юнкер? спросил меня хозяин.
Так точно, Ваше превосходительство, отчеканил я.
Хозяин с некоторой укоризной посмотрел на Настасью Ивановну и сказал мне:
Хватит кричать мне в ухо. Мы не на строевом плацу, а у меня дома, поэтому извольте называть по имени и отчествуАлександр Петрович.
Так точно, Александр Петрович, отрапортовал я и все засмеялись.
Можно сказать, что знакомство состоялось и установлен неплохой контакт.
Для начала хочу познакомить тебя с оружием, сказал хозяин. Ты когда-нибудь видел револьверы?
Видел, сказал я. Вот этот, япоказал на первый револьвер, системы Нагана образца 1895 года, калибр 7,62 мм, количество зарядов 7. Этот офицерский самозарядный. Второйанглийский Webley & Scott Mk VI. Caliber.455, шестизарядный, калибр 11,43 мм.
Анастас Иванович и хозяин были поражены.
А это что такое? и он показал на прислонённую к столу небольшую винтовку.
7,62 мм карабин системы Мосина образца 1938 года, господин тайный советник, сказал я, длина сто один сантиметр, вес три с половиной килограмма, магазин на пять патронов, начальная скорость пули 816 метров в секунду, прицельная дальность один километр.
Тайный советник достал из кармана портсигар, взял папиросы и предложил Анастасу Ивановичу. Они закурили и стояли, рассматривая маленького уникума с пролетарским происхождением.
Может, ты ещё назовёшь мою фамилию и должность? спросил хозяин.
Так точно, сказал я. Удивлять так удивлять до конца. Вы тайный советник Александр Петрович Китченер, товарищ министра финансов Российской империи.
Зарядить револьвер сможешь? спросил тайный советник.
Смогу, просто сказал я и взял в руки револьвер. Знакомая сталь оружия добавила мне сил. Открыв защёлку барабана, я по одному вложил в него семь патронов и доложил о готовности к стрельбе. Держа револьвер двумя руками в немецкой стойке, где левая рука, согнутая в локте, является упором для оружия, я выстрелил семь раз.
Можно мне ещё выстрелить из винтовки? спросил я. Калибр уэбли не для детских рук.
Хозяин только согласно мотнул головой.
Я положил винтовку на стол и заполнил магазин патронами. Четыре патрона в магазине и один в ствол. Доложив о готовности, я установил прицел три, прицелился в ростовую мишень и выпустил в неё все пять патронов.
Подошедший служитель сбегал и принёс мишени, в которые я стрелял. Карабин оказался хорошо пристрелянным и все пять пуль оказались в десятке. Из револьвера тоже неплохо получилось: три десятки, две девятки и две восьмёрки. Шестьдесят четыре очка из семидесяти возможных. Браво.
Может вы ещё и на шпагах фехтовать умеете? спросил меня хозяин.
Умею, просто сказал я.
Ловите, и он бросил мне рапиру.
Я подхватил её, выполнил приём «приветствие» и встал в боевую стойку. Китченер сделал скачок вперёд, я ответил скачком назад и скачком вперёд вдогонку противнику. На скачке вперёд я поймал хозяина и «наколол» его на рапиру.
Ещё раз и снова тайный советник утыкался в мою рапиру.
Откуда вы знаете этот приём? спросил Китченер.
Я давно изучил этот приём, сказал я, когда Алекс Питер Китченер в возрасте двенадцати лет вместе со своим дядей фельдмаршалом Великобритании Горацио Гербертом Китченером, графом Хартумским, виконтом Ваальским, Трансваальским и Аспальским, виконтом Брумским, бароном Дентон летом 1916 года на крейсере «Хэмпшир» стремились в Россию для проведения переговоров. Но крейсер подорвался на немецкой мине и из всего экипажа спаслись только вы и ещё одиннадцать членов экипажа. Ваш дядя вёз вас в Россию, чтобы вы изучили эту страну и стали главным специалистом по ней. По распоряжению премьер-министра я определил вас в кадетский корпус и был вашим наставником, пока вы не окончили его и не вышли в статскую службу, посвятив себя экономическим вопросам.
Поражённый хозяин так опёрся на рапиру, что чуть её не согнул пополам и еле удержал равновесие, внимательно разглядывая меня сверху вниз. Ну никак не мог мальчик из пролетарской семьи рассказать всё, о чём знали немногие.
Напомните мне ещё раз ваше имя и отчество, сказал Китченер.
Полковник Туманов Олег Васильевич, сказал я, флигель-адъютант Свиты Его Императорского величества.
Но вы же умерли! воскликнул Китченер. Я сам был на ваших похоронах.
Тем не менее, я стою перед вами и сам не понимаю, как мне жить дальше, потому что это моя третья жизнь и во вторую жизнь я пришёл во взрослом виде, сделав себе недюжинную карьеру, сказал я. Мы в своё время были дружны, и я надеюсь на вашу дружескую помощь.
Вы ставите меня в совершенно непонятное положение, сказал Китченер. Диалектика не допускает того, чтобы человек после своей смерти появлялся вновь, тем более в младенческом возрасте и со знаниями человека, прожившего долгую жизнь. В реинкарнации я не верю. Это всё мистика и шарлатанство. Мне нужны более твёрдые доказательства о вашей личности.
Единственное доказательство, которое я могу представить, сказал я, это скан моей руки, хранящийся в банке, где находится наш общий с покойной супругой моей банковский счёт. И делать это нужно так, чтобы ни одна душа не могла увидеть, что владельцем счёта является десятилетний мальчик.
Мне нужно всё тщательно продумать, сказал Китченер и снова закурил. А вы, Анастас Иванович, обратился он к губернскому секретарю, сами понимаете, что всё происходившее здесь должно остаться в секрете. Очень много важных персон завязано на эту тайну.
Так точно, Ваше превосходительство, сказал Анастас Иванович и прищёлкнул каблуками.
Глава 8
Похоже, что сценарий встречи был скомкан и всё пошло не так, как ожидалось. Откуда господину Китченеру было знать, что способный мальчик, вундеркинд окажется по сути своей индиго и ещё неизвестно, какими способностями я обладаю.
Анастас Иванович, спросил хозяин, а как же вы не разобрались, что господин Туманов по сути своей является представителем индиго?