Всего за 119 руб. Купить полную версию
Да, Младший Наследникбесстрастно подтвердил мастер ОугГлава Клана приказал призвать тебя, как только ты будешь в силах стоять на ногах. Так что прошу тебя встать в строй, выполняя распоряжение Главы.
Но я еще не в силах! канючу, чувствуя как окончательно портится настроениеЯ и бокан-то не удержу! Я еще не до конца вылечился!
Вот тут и вылечишьсяот своей дури! хохочут братья, ласково помахивая темными тренировочными мечами из железного дерева. Им смешно, точнопоймали придурка, и сейчас его будут гонять. А мне не до смехаменьше всего я хотел бы сейчас прыгать по двору под палящим солнцем, держа в руках тяжеленную палку. И в самом делене готов еще к таким перегрузкам! Но попробуй, докажи это отцу! Самодурон и есть самодур. Самодуржавие, вот стиль правления нашего Клана! Впрочем, надо признать, как и любого другого.
Иду к навесу, где на стойках располагаются тренировочные мечи, выбираю себе по руке (они разной длины и разного веса), встаю в строй перед таким же как я по росту и возрасту парнишкой из стражников. Он таращит на меня глаза, веснушчатые щеки розовеютто ли на солнце перегрелся, то ли переживает от осознания шанса врезать по кумполу одному из Наследников. Мне собственно плевать, что он там себе думает. Главное не встать в пару к одному из братьевтот точно не преминет устроить мне хорошенькую порку. Без синяков не обойдется.
Странно такя-Фролов ведь никогда не держал в руках тренировочного меча бокана. И вообще мечи для менякиношный атрибут. И вот поди ж тымашу этим мечом, будто так и надо. Руки-то помнят! Может для братьев я и совершенно бездарный придурок, но вот для этого мальчишки-стражника, которому вряд ли больше шестнадцати-семнадцати лет, я наверное где-то на уровне мастера. Ну, может не мастера, но мечом орудую гораздо ловчее, чем он! Даже умудрился разок выбить меч из его руккогда в конце тренировки нам позволили небольшой спарринг.
Кстати, как ни странноа мне понравились занятия с мечом. Это Альдину они были глубоко безразличны, и даже противны, а я, видавший виды землянин, с удовольствием сейчас позанимался. Занятия в тренажерном зале гораздо более трудоемки, особенно, если тебе уже семьдесят лет. Но ведь я пересиливал себя!
И еще: я всегда любил единоборства, разбираюсь в них на уровне черного пояса, так что мне было бы очень интересно посмотретьчему учат здешних бойцов. Вот только демонстрировать то, что я умеюдумается, пока что нельзя. Чувствую, что лучше бы не высовываться, и остаться в глазах моей родни тем, кем я сейчас являюсьботаником, неспособным проявить себя в бою.
После занятий я шел в свою комнату едва волоча ноги. Устал! Да, все-таки Альдис не шибко утруждал себя физическими упражнениями. А может это последствия удара по голове? А чтослабость, пониженный жизненный тонус, одышкаразве это не может быть следствием тяжелого ранения? Ведь запросто может!
Пока шелпередумал идти в свою комнату. Завернул за угол и потащился в старую часть замка, которая практически не использовалась. Туда, откуда меня недавно притащили буквально на рукахв Старую Библиотеку.
И не пройдя и ста шагов в коридоре наткнулся на стражника, преградившего мне дорогу! Что это за хрень?!
Прости, Младший Наследник, но Глава Клана запретил посещать эту часть замка.
Я Наследник! Какого демона?! я подступил к стражнику в упор, съедая его взглядом. И правда, какого черта?! Это и мой замок тоже! Я Наследник Клана!
Извини, но насчет тебя Глава отдал отдельный приказне пускать! А если ты станешь настаивать, или попытаешься воспользоваться колдовством, чтобы убрать меня со своей дороги, доложить Главе для принятия мер. И велено тебе передать, дословно: «Никакой библиотеки! Запрещаю ее посещать под страхом наказания!» Вот так, Наследник
Глаза стражника смотрели на меня пристально, и в них я не видел ни насмешки, ни угрозы. Мне кажется, он меня даже жалел. И это почему-то бесило меня больше всего. Как они все смеют?!
Я ничего не сказал. Развернулся, скрипнув зубами, и быстрым шагом пошел прочь, по направлению к своей комнате. И куда только делась усталость?! Шаг был легким, бесшумнымсейчас шагал не Альдин, сейчас шагал Чистюля«чистодел» и «чистильщик», за плечами которого сотни исполненных целей.
Только дойдя до самых дверей моих апартаментов, я немного пришел в себя, и даже удивилсяа чего меня так возбудили слова стражника? Этого и следовало ожидать. Я неосторожно подверг опасности свою жизнь, а потому отец принял единственно верное решение, чтобы уберечь своего неуклюжего и непутевого сына от неминучей гибелизакрыл эпицентр опасности для его посещений.
Честно сказать, старая библиотека и в самом деле была источником повышенной опасности. Прогнившие полки, заполненные тяжеленными книгами, тронутыми тлением, провалившиеся местами деревянные полы, из-под которых вылезали крысы, объедавшие кожаные переплеты древних собраний мудрости. Отец всегда критически относился к ученым мужам, считая их бесполезными болтунами, отнимающими время и деньги у наивных аристократовлюбителей науки. Единственными учеными, которых он признавал, были лекари-маги, и маги, занимающиеся исследованиями в области боевой магии. То есть те ученые, которые работают на войну. Остальных«ботаников» он откровенно презирал. О чем не раз и не два сообщал громогласно, при стечении множества слушателей и почитателей.
Я не вошел в апартаменты. Постоял, раздумывая, около минуты возле двери, ипошел по коридору дальше, туда, где в стене был вделан туалет. Да, именно в стенедыра, и в ней оборудован деревянный сортирсо стульчаком, все, как полагается. Дыркапрямо над рвом, наполненным водой. Конструкция ничем не отличающаяся от таких жено только в земных замках, где на стенах до сих пор видны наросты и натеки средневекового дерьма. Цивилизация, однако! Ватерклозета тут нет, как нет.
Нет, я не пошел в туалет. Повернув вдоль стены, дошел до тупика, в котором находилась как у нас говорят«бендешка», то есть подсобное помещение, кладовка, в которой хранили метла, веники, тряпки для мытья полов и всевозможной конструкции швабры. Сейчас тут никого не былоэто помещение использовали редко, даже сдается мнесовсем не использовали. Были бендешки и поближе к жилой части этого крыла замка, и не одно тако помещение.
Я вошел в бендешку, предварительно оглянувшись по сторонам и убедившись, что меня никто не видит, подошел к стене, и выбрав нужные камни нажал на них одновременно, как следует упершись ногами в каменный пол. Камни, каждый размером с человеческую голову, мягко, плавно, хоть и не без усилийушли в стену, которая задрожала и повернулась на девяносто градусов, открывая глазам узкий, пыльный проход, из которого сквозило едва заметным ветерком. Я вошел, снова нажав нужные камни, и стена за моей спиной медленно закрылась, замуровав меня внутри прохода так, как если бы я был погребен в склепе.
Помню, как впервые попал сюда, и как испугался, будучи замурован этой стеной. Мне сразу вдруг стало казаться, что теперь отсюда никуда не выберусь, то я похоронен заживо, и что моя дурная башка наконец-то привела меня туда, откуда я никогда и ни за что не выберусь. Паника! Слезы из глаз! Чуть сознание от страха не потерял. Ноуспокоился, и стал вспоминать расположение стенных ходовкуда ведут, где выходы, и где входы. Часто выходы и входы на старой карте не совпадали. Войти можно было в одном месте, а выйтив совершенно другом.
Самое интересное, что о ходах в стенах никто и не знаеткроме меня. Когда я нашел в старой библиотеке план замка Орис (так называется наследственный замок Клана Конто), и сумел отыскать расположение входов в тоннели, а также узнать, как их открытьбыл потрясен так, что ходил под впечатлением находки неделю, не меньше. Думал, мечтала потом решил пойти к отцу и все рассказать. Ведь это невероятно важно! Мало ли что может храниться в толстенных перегородках замкая не исследовал и десятой части тоннелей! И кроме тогослучись беда, в замок ворвутся врагизащитники могут укрыться в стенах и незаметно перемещаясь разить неприятеля, будто живые мертвецы, поднявшиеся из земли!
Отец не дал мне даже слова сказать, не дал раскрыть рта. Он набросился на меня с упреками в том, что я очень слаб в мечном бое, что в боевых искусствах рукопашного боя меня может победить даже помощник конюха, и что я вообще никчемный, никому не нужный огрызок, неспособный создать даже самый маленький огнешар. Я стоял как оплеванный, смотрел на человека, который считается моим отцом, и думал о том, как мне не повезло.