Всего за 119 руб. Купить полную версию
Чувствую возню, слышу попискивание. Протягиваю руку, и по ней, блестя красными бусинками-глазами бежит здоровенная ухоженная крыса. Вернеекрыс.
Привет, Анур! говорю я, счастливо улыбаясьсоскучился? Сейчас я тебя угощу!
Достаю кусочек лепешки, кладу на ладонь. Анур естбыстро, но аккуратно. А глаза следят за мнойон всегда настороже.
Я нашел его в одном из переходов. Как он туда попалне знаю. Крысы всегда находят себе дорогу, иногда думаетсяони умеют телепортироваться. Как Анур выходит из моей тайной комнаты, запертой с двух сторон тяжелыми каменными плитами? Ну не магия же, в самом-то деле!
Он был сильно изранен, и я буквально физически почувствовал, что крыс изготовился к смерти. Любой из людей замка просто наступил бы на него каблуком. Хрусть! И нет поганой зверюшки! Я так не могу. Я же выродок. Я такой же белый крыс, как и он. Моя стая тоже меня не принимает, белого ублюдка, все время норовит меня погрызть. Так чтомы с ним почти братья, а убивать братьев нельзя!
Лекарской силы у меня немного, не сравнить с нашим лекарем-магомее, эту силу, надо развивать, надо учиться, пить специальные снадобья, целыми днями делать упражнения и лечить больныхно все-таки она у меня есть. И уж на маленького крыса точно хватит. И хватило. А когда он вскочил на свои тоненькие ножки и посмотрел на меня, я положила на пол руку с раскрытой ладонью, и предложил: «Пойдем со мной?». Анур помедлил секундуи запрыгнул мне на ладонь. Потом забрался на плечо и сидел так все время, пока мы не пришли в мою комнату.
С тех пор он вырос, раздобрел, стал настоящим взрослым крысом. Но так и остался моим другом. Единственным другом, единственным существом в замке, которому я верю.
Глава 3
Огромная комната. Даже непонятно, как такую большую комнату умудрились спрятать от обитателей замка. Впрочемчто значитумудрились? Войти в нее можно только через потайные ходы из тоннелей в стенах, выйтину так же и выйти. А то, что ее не нашлитак для того и существуют тайные комнаты, чтобы их было трудно найти.
Для чего ее такую придумали? Здесь можно укрыть роту солдат! Сто пятьдесят человек поместятсяи даже без особого труда. Если притащить сюда воды, едыможно безвылазно сидеть в засаде сколько угодно. Только вот куда ходить по нужде
Сбросил сапоги, растянулся на постели. Светильник заливает потолок мертвенным белым светом, не доносится ни звука. В ушах звенит. Читал, еще давнов полной тишине мозг человека, лишенный звуковых раздражителей, начинает слышать фантомные звукивот откуда берется этот самый звон.
Когда я вышел на эту комнату, сразу решилвот оно! Моя! Мое логово! Это былохммтри с чем-то года назад. Тогда я и начал оборудовать свое обиталище, вначале сам не знаязачем. Видимо подсознательно хотелось, чтобы у меня было такое место, которое никто не сможет найти. Совсем никто! С тех пор здесь многое изменилось. Появился топчан, на котором я могу поваляться и поспать. Появились полкигрубые, но абсолютно соответствующие своему предназначению. Появиласькак там она называется? Здесь она называется анар, у насмакивара! Вот! Макивара! Боксерских мешков здесь нет, так что приходится ограничиваться этой штукой. Помню, как Альдися ее делал: сшил из украденной старой кожи что-то вроде мешка, набил его конским волосом (кстатиэто была самая сложная задача. Не набить, конечно, а найти, где этот волос взять). Пришлось поискать книгикак эти самые макивары устроены. Оказалоськто как хочет, так их и делает. Есть просто обтянутые кожей по дереву, есть мягкиеотносительно мягкие, как у меня. Почему я сделал мягкую? А зачем мне разбитые костяшки пальцев? Зачем мне дурацкие мозоли на этих же самых костяшках? Да и вообщея же ботаник! Никто не должен знать, что я тайком тренируюсь в единоборствах. Это просто унизительно для меня!
После того разговора, когда отец обрушился на меня с обвинениями в никчемности, я как и полагается одинокому, обиженному мальчишкепоплакал, порыдал, а потомпотом решил доказать всем этим негодяям, что я лучший. И лучший во всем! Правданадолго меня не хватило, но занимался все эти годы регулярнодва, три раза в неделю. Бил макивару, отрабатывая удары, метал ножи, проделывал упражнения с мечомс деревянным, а когда отец подарил настоящийи с настоящим. Правда с настоящим всего один раз. Слишком заметно, когда ты уходишь гулять по замку с мечом в подмышке. Повесить же его на поясзасмеют. Все равно как на корову надеть седло.
Вот теперь я понял, откуда у моего предшественника, вернее у его телавполне развитые, крепкие мускулы. Даон гладкий, чистый, привык жить в комфорте, но под белой и гладкой кожей довольно-таки тренированные мышцы, которые работают соответственно возрасту парня, а может даже и лучше, чем у обычного пятнадцатилетнего. А его вид абсолютного ботаникасуть самая настоящая маска, которую он носит не без удовольствия, про себя потешаясь над незадачливыми родичами, неспособными проникнуть под облик недотепы и понять его настоящую суть.
Эх, жаль, что парень погиб! Надеюсь, в новом воплощении он получит то, чего заслуживаетпочет, уважение, счастливую семейную жизнь. Ну а я постараюсь продолжить его деложить так, как он хотел. Ведь зачем он носил эту маску? Затем, что дурачка, неумеху, недотепу никто не пошлет на войну, никто не возьмет в набег на соседний клан, никто не потребует от него того, что он не хочет делать. Напримервремя от времени братья Альдиса казнили преступников, нарушивших законы Клана, а также врагов, которых посчитали невыгодным обратить в рабство. Не всегда, но казнили. Зачем? спросит незнакомый со обычаями этого народа человек. А затем, что господа, правители земель, если выносят приговор, должны иметь в себе душевную силу и суметь привести приговор в исполнение. А еще, и это говорю уже я, Фроловомыть Наследников кровью, чтобы они ее не боялись, чтобы всегда были готовы снести голову неприятелю и не заморачивались какими-то морализаторствами и общегуманными принципами. Нет человеканет проблемы. И только так!
Я, то есть Альгисни разу никого не казнил. И это тоже было предметом насмешек. Я сразу сказал, что если будет война, опасность для Кланапойду как все, и буду воевать. Но чтобы рубить головы беззащитным? Я не палач, и не мясник.
В общемскандал был несусветный, папаша вопил, братья вопили: «Значитчто, ты считаешь нас мясниками?! Мы палачи?!» Да, палачи! О чем я им и сообщил.
Фингал и сломанное ребро вылечил лекарьвсего через полчаса. Но зато больше ко мне никто не приставал, не требовал рубить башку, или кого-нибудь вешать на перекладине. Тоже мнемоду взялисамолично казнить! Только представитьПрезидент России пошел бы расстреливать какого-нибудь негодяя. Смешно ведь! Нет смертной казни? Будетк тому все идет. И правильно. Штаты не отменили смертную казнь, а мы вон чего, передовые, понимаешь ли! Содержать всю эту швальманьяков-убийц и педофилов-растлителей. Впрочемтеперь речь не о Земле. Все, кончилась для меня Земля!
Отдохнув, встал с топчана, аккуратно сняв с груди сытого и довольного крыса и положив его на топчан. Все это время он спал, укачиваемой моей поднимающейся вверх-вниз грудной клеткой. Довольный такой, толстенький. И чего их женщины боятся? Симпатичная зверушка. Если свой.
Подошел к макиваре, нанес несколько резких, проникающих ударов в болевые точки. Хорошо! Двигаюсь быстро, ничего не болит, суставы не щелкают, пятнадцать летэто тебе не семьдесят!
Минут пятнадцать истязал макивару, ускоряясь, превращая серию ударов в подобие вулканического извержения. Это когда летят раскаленные, смертельно опасные бомбы, и нет от них спасения. Главноене заморачиваться на подготовленных сериях. Противник не должен догадываться, какой удар будет следующим. Бить из самого неудобного положения, без замаха, без кружения вокруг своей осикак изображают это в дурацких голливудских фильмах о боевых единоборствах. Все просто, эффективно, и смертельно. И не выпускать противника из поля зрения ни на долю секунды!
Получается на удивление хорошо. Пока у меня не поднялись со дна памяти основные воспоминания, я считал бывшего владельца тела абсолютным ботаником, неспособным дать отпор, неспособным на активное сопротивление. Жалкая личность, точно. А оказалосьон не трус. И совсем даже не неумеха. Он сосредотачивался, ждал своего момента. Оружие наготове, дух крепокдержись, подонки!