Всего за 239.9 руб. Купить полную версию
С Шилом Алексей сблизился незаметно. Вор постарше его немного, но умен. С удовольствием слушал рассказы Алексея по истории России. А потом удивил, повертел в руках письмо.
Не твое?
Алексей за карман схватился, где письмо от матери лежало, а карман пуст.
Отдай.
Как Шило письмо вытащил загадка. Алексей не пьян, в сознании, а не заметил.
Леха, карманник, щипач по-воровскому, специалист высокого пошиба. Хочешь, научу?
Не хочу. Отсижу и в институте восстановлюсь.
Ну ты насмешил. Кто же тебя с судимостью восстановит? Благодари бога, если на физическую работу возьмут мешки таскать, круглое катать. И заметь за копейки.
Воровать нехорошо. У меня мать библиотекарь, зарплата смешная. Как у такой украсть?
А что у нее красть? Если рисковать, так по-крупному. Клиента приглядеть надо, выпасти. Зайди в дорогой магазин, посмотри, как и чем богатенькие расплачиваются, где денежки лежат, у тех и лопатник стяни.
Не буду, претит.
Чистоплюй ты, Леха. Знания за плечами не носить. Не хочешь не воруй. А я так думаю когда-нибудь пригодится. Пальцы у тебя тонкие, длинные. У хирургов такие бывают, у скрипачей и у щипачей.
И Шило рассказал о специализации карманников. Были трясуны. Встретят якобы знакомого, обнимают на радостях, по плечу хлопают, выбивая бумажник из внутреннего кармана пиджака. А потом извиняются.
Обознался, земляк, извини.
А лопатник уже владельца поменял. Или ширмачи. Те газетой или пакетом карман жертв от посторонних взглядов прикрывают, мгновение и вор уже с добычей. Писари режут бритвой или краем остро заточенной монеты сумочки дамские, пакеты. Колесники толкаются в общественном транспорте в часы пик метро, автобусах.
А ты?
Я не колесник. В общественном транспорте пенсионеры ездят или работяги. Что у них красть? В лопатнике стольник на обратную дорогу. Я магазинщик. Бутиков дорогих полно, там красотки толкаются, что в любовницах у папиков. Но в одном бутике или магазине дважды появляться не стоит. Нынче там везде видеокамеры. На том я и спалился.
Говорил Шило увлеченно, интересно. Алексей подумал что время терять? Воровать он не собирался, не так воспитан, но попробовать себе интересно. Шило в карман пустой кошелек клал.
Давай, стырь!
Не получалось. Шило сразу за руку ловил.
Грубо работаешь. Выжди, когда человек заинтересуется чем-то, скажем витриной. Или туфли будет мерить, самый удобный момент. Дамочки, когда интересный для себя товар видят, всякую бдительность теряют. Ничего не слышат и не видят вокруг. Как глухари на весеннем току.
Со временем получаться стало. Шило даже похвалил.
Я же говорил, что у тебя пальцы тонкие, чуткие, физическим трудом не раздавлены, как у слесаря или кузнеца. Со временем щипач из тебя получится.
Не буду.
Все так говорят.
Хм, вот ты ловкий и опытный, а на зоне паришься. Я сюда больше возвращаться не хочу.
Э! Ты что думаешь я хочу? Случайность. Не повезло, день несчастливый выдался.
Шило освободился раньше Алексея. За хорошее поведение по УДО условно-досрочному освобождению Алексей вышел раньше срока, год отсидел вместо полутора. Сразу домой поехал. Мать дома была, дверь открыла. Алексей вида не подал, что испугался. За год, что он в колонии сидел, мать постарела на все десять морщины, седые волосы, сгорбилась. Алексей обнял ее, мать заплакала.
Вернулся! Пахнет от тебя нехорошо. Иди, помойся, я еду приготовлю.
Соскучился, я, мам, по домашней лапше.
Алексей помылся под душем, жесткой мочалкой тер себя, как будто лагерную жизнь с кожей стереть хотел. Одежду другую надел, в которой раньше в институт ходил, на кухню пришел. Угощение скромное вареная картошка, селедка, два огурца, черный хлеб. Алексей ком в горле ощутил. Ему бы матери помогать, а он на зоне сидел. Сел есть, мать на него смотрит, глаз не отводит.
Мам, ты чего?
Повзрослел ты, черты лица жестче.
Мам, давай не будем. Зона не пионерский лагерь.
Дай слово, что никуда снова не влезешь.
Даю. Завтра в институт поеду.
Дай-то бог.
Мать вздохнула. Алексею ее жалко стало до слез. Всю жизнь горбатилась на скромную зарплату, рада была, что сын в институт поступил, гордилась всем знакомым рассказала. А сын подвел, оступился.
Назавтра поехать не получилось. Пришлось идти в полицию, потом в паспортный стол, сдать справку об освобождении из колонии, чтобы получить паспорт. Пока в фотоателье бегал, ожидал получения, уже вечер. Зато вышел с новым документом.
Вернулся! Пахнет от тебя нехорошо. Иди, помойся, я еду приготовлю.
Соскучился, я, мам, по домашней лапше.
Алексей помылся под душем, жесткой мочалкой тер себя, как будто лагерную жизнь с кожей стереть хотел. Одежду другую надел, в которой раньше в институт ходил, на кухню пришел. Угощение скромное вареная картошка, селедка, два огурца, черный хлеб. Алексей ком в горле ощутил. Ему бы матери помогать, а он на зоне сидел. Сел есть, мать на него смотрит, глаз не отводит.
Мам, ты чего?
Повзрослел ты, черты лица жестче.
Мам, давай не будем. Зона не пионерский лагерь.
Дай слово, что никуда снова не влезешь.
Даю. Завтра в институт поеду.
Дай-то бог.
Мать вздохнула. Алексею ее жалко стало до слез. Всю жизнь горбатилась на скромную зарплату, рада была, что сын в институт поступил, гордилась всем знакомым рассказала. А сын подвел, оступился.