Всего за 549 руб. Купить полную версию
Нас обнаружили!
Смотрю, передний «месс» повалился на крыло и пошел вниз, вслед за ним пошли и остальные, а мы полезли наверх. Это уже не наша добыча!
Полк отбомбился, потерял четыре машины над Валуйками и вернулся. Самое смешное, что все, в один голос утверждали, что самолетов противника не было! И с удивлением рассматривали кадры из фотокинопулеметов наших «пешек». И тут же вопрос:
Как вы с таких дистанций попадаете?
А Аня перехватила разговор немцев, что их атаковали новые самолеты, скорость которых была на 200300 километров в час больше их скорости. У страхаглаза велики!
Еще один прибамбас: в обед на поле плюхается По-2, из него вылезает очкастый, увешанный фотоаппаратами корреспондент.
Я фотокорреспондент «Правды» старший лейтенант Струнников, Сергей. Имею редакционное задание, согласованное с Главным политическим управлением РККА. Лечу с вами на задание, говорит безапелляционно так. А главное, безальтернативно.
Я скосил голову и спросил:
А как вы себе это представляете?
Я летал, летал на Пе-2 на Калининском фронте, вот он покопался в толстой командирской сумке и достал снимки, сделанные из кабины стрелка. Потом нарыл фото с места штурмана. Вот, видите.
А вот это что такое?
Не знаю, маска какая-то, противогаз?
Нет, это кислородная маска КМ-1, и их в самолете всего три.
Ну, я полечу вместо кого-нибудь.
Вместо меня? Пожалуйста.
Нет, водить самолет я не умею. Вместо стрелка, стрелять я умею.
Ань, открой люк. Аня посмотрела на меня и на него, как на двух идиотов. Я подтолкнул его к самолету.
Ну, что стоите, покажите, что вы можете стрелять из кормовой нижней установки. Тот поднырнул под фюзеляж и сунул голову в люк. Глухой голос, искаженный дюралем:
А где тут пулемет?
Вылезайте! Прежде чем выполнить подобное задание, вам необходимо окончить школу младших авиационных специалистов по специальности воздушный стрелок-радист высотного истребителя-разведчика Пе-3ВИР, знать в совершенстве немецкий язык и немецкий авиационный сленг. Пройти высотную медицинскую комиссию на допуск к высотным полетам. Пройти тренировочные высотные полёты, научиться правильно вести себя в момент боя и перегрузок. Научиться ночью вести наблюдение за воздухом, бороться с холодом на тех высотах и не получать обморожений, получить свидетельство оператора РЛС. Ну, а после этого вам расхочется быть корреспондентом в «Правде», так как служба в легендарных ВВС РККА более почетна и уважаема.
Подбежал красноармеец, зовет в штаб. Сейчас будут мозг выносить, чтобы корреспондент обязательно полетел. Заранее набычился, готовясь дать отпор. Нет, это Красовский, он получил сводку за утро.
В Копанищи направил Земцова и Ромазанова, разберутся. Молодец, что отметила в донесении. Давай вечером «двести тринадцатый» посети, посмотри, что и как, учти, командира там нет, погиб в конце мая, а исполняющий обязанности командира полка там старший лейтенант Кофейников, после налета на Изюм там целых машин почти нет, надери им там уши и посмотри, что делается, чтобы полк восстановить. Считай, что от моего лица действуешь. Косенку с собой прихвати, это его епархия, хоть и молод еще.
А я что, старая? Я еще моложе.
Тыэто ты! Не путай божий дар с он сделал вид, что закашлялся, потом серьезным голосом продолжил: Тыличность в армии известная, к тому же женщина, и пристыдить можешь, и личный пример показать. Время тяжелое, потери, большие потери. Истребителей как-то еще восстанавливаем, а с бомберамитруба полная. И толковых командиров нет. Косенко со своими ссориться не хочет, прикрывает и покрывает. Допрыгается у меня.
Да ничего мужик. Два боевых за день сделал.
Он бы лучше в дивизии порядок навел, а не лично в пекло голову совал. Летчик он хороший, а командир никакой. Так что, Сашенька, не взыщи, что еще и этим нагружаю, присмотри за полками. Днями придет еще один полк, десятый, вместо 213-го, надо посмотреть, что там можно себе оставить и кого.
Когда?
Скоро, уже вылетели.
Косенко сидел рядом и все слышал, вряд ли он радовался такому отношению начальства. Прыжок: из зам командира полка на дивизию после расформирования неудачно действовавшей и понесшей большие потери в майских боях 7-й ударной группы, когда он оказался самым старшим по званию в дивизии, и принял командование над ней, оказался выше его организаторских способностей.
Вот так вот, Александра Петровна. Слышал я, слышал, съездим, тут рядом. А что делать: ПАРМа нет, его разбомбили еще в феврале, ремонтировать машины нечем. Нас подняли 27 мая, а прикрытие не смогло вылететь, топлива не подвезли. Вот и запаниковали все. А было было три полка Пе-2-х.
В кучу их собрать удастся?
213-й и 723-й стоят вместе, отдельно только 138-й, но вы же сами видели, что там творится.
Видела, запросите сто тридцать восьмой о готовности машин.
Смеетесь? Там топливо опять где-то застряло. Майор Соколов под арестом. Сегодня дивизия не сможет сделать еще одного вылета. Только Артамонов ближе к вечеру.
Ну, тогда летим в Хренище. По машинам.
Аэродром там прижат к лесочку, в котором замаскирована вся техника. Село, вытянутое вдоль дороги буквой «Г», небольшой кирпичный заводик. Мужиков в селе практически нет, старики да немного пацанят старшего возраста, остальные бабы да дети малые. Самолетов было много, но в таком виде, что казалось, что это самолетное кладбище. Исправных машин две, у остальных пробоины, снятые двигатели. Но бросилось в глаза, что шасси у всех целые. То, что нужно! Построили полки. В строю 44 летчика и почти сотня штурманов и стрелков. Обратил внимание, что младших командиров очень мало, все в основном имеют звания от лейтенанта до капитана. Выступил Косенко, рассказал о том, чем сегодня занималась дивизия.
«Голос из зала»:
Когда будут запчасти или новые машины?
Высказывающегося я заметил. Тут Сашка в моей, пардон, нашей голове как заверещит:
Акопыч!
Толком объясни!
Это Петросян Марик Акопович, мой ведущий из 41-й эскадрильи.
И приоткрылась еще одна история из прошлой жизни Саши. В этом человеке она души не чаяла. Я вышел вперед и, основываясь и на приказе Красовского и на том, что успела приоткрыть Саша, сказал:
Я получила приказ командующего армией: в кратчайшие сроки восстановить боеспособность 223-й БАД. Именно поэтому я и нахожусь здесь. Существует приказ о расформировании 213-го полка, как потерявшего матчасть, а сейчас в Копанищах работает особый отдел армии и политотдел, по факту умышленного выведения из строя большого количества боеспособных самолетов. Я прошу командиров экипажей, готовых держать в руках штурвал, выйти из строя. Остальные пойдут под расформирование и на переформировку в тыл. Капитан Петросян назначается исполняющим обязанности командира 213-го полка. Выйти из строя!
Прихрамывающий капитан сделал два шага вперед и развернулся лицом к строю.
Мне требуется двадцать экипажей, чтобы сменить проявивших малодушие и трусость, экипажи 138-го полка. Вы получите их машины. Товарищ капитан, принимайте командование, продолжил я.
Он прошел к левому флангу и подал команду.
Полк, равняйсь. Смирно. Желающие продолжить службу в полкувыйти из строя.
Шестеро вышли сразу, затем еще и еще. Двадцать экипажей мы не набрали, девять. Три командира из строя не вышли, больше в полку летчиков не оставалось. Но зашумел второй полк, 723-й.
А нам? А мы?
Приказа на расформирование вашего полка нет.
Нам что, так и бегать безлошадными?
В сводную группу пойдете?
Без приказа начали переходить люди и становиться в строй. Все, укомплектовали. Перестроили, вызвали из строя технарей.
А теперь задача: на большинстве машин 138-го полка подломлена левая стойка шасси и поврежден винт, на некоторых требуется замена радиатора. Инженерам полков организовать установку машин на козлы, снимать шасси. Начальнику материально-технической службы немедленно выехать в Копанищи и начать оформление передачи материальной части. Командиру БАО организовать переезд технического состава к новым машинам. У меня все. Вольно, разойдись.
Нас с комдивом окружили люди, куча вопросов, в том числе и ко мне. Отбрехиваюсь, так как не на все вопросы могу пока ответить, ибо самодурствую, власть почуял! Подошел Петросян и молча меня обнял и приподнял.