Бах! первая пистолетная пуля влупила в коня командира алая. Озеров откинул разряженный пистолет в сторону и вторым выстрелом уложил одного из всадников свиты.
Бах! Цыган разрядил ружьё с картечным зарядом в ошалевшую от неожиданности группу у дверей.
А-а-а, раздался вой и стенания раненых. Бах! Бах! Бах! посыпались выстрелы из всех окошек, бойниц и из продухов строений.
Лёшка со своей группой уже вылетел из подпола, четверо егерей, два с колена, двое стоя разрядили свои гладкоствольные фузеи в мечущихся по двору всадников. Бабах! Бабах! оглушительно грохнули первые гренады, разнося рой осколков и картечин.
Этого сюда! прокричал Озеров, подскакивая с Цыганом к подмятому конём османскому командиру. Ваня Кудряш выскочил следом и аж до ворот закинул свою гренаду. Лёшка с Куртом и Тимофеем в это время прикрывали всю «группу эвакуации». У каждого из них было по два пистолета и по десять секунд. За это время «группа эвакуации» успела отойти. Вокруг уже пели пули, сипахи пришли в себя и отчаянно пытались взять кровь врагов. Шлёп! круглая тяжёлая пуля влупилась в бедро Курта, и Лёшка с Тимофеем, подхватив своего товарища под руки, затащили его в дом. Все заполошно дышали. Казалось, что эти первые две минуты боя стоили несколько часов тяжёлых учений.
Ослободи ме! Одвежи ми руке! Вања, помози ми, друже! кричал в волнении лежащий связанным серб. В лихорадке первых минут боя про Живана все совершенно забыли, и теперь он рвался в бой, но путы были такими крепкими.
Ваня, к Живану! Тимофей, перевяжи Курта! Мишель, глянь пленного! скомандовал Лёшка и кинул штуцер Светильникова Цыгану.
Амнистия, Фёдор, всё, прощён! Ты опять штуцерник, веди бой! и, выглянув из двери, выстрелил в гарцующего у ограды всадника с полковым значком. Байрактар выпал из седла, а пуля Фёдора сбила что-то орущего у ворот субаши.
В доме все бросились выполнять приказы подпоручика, и даже Озеров, признавая Егорова хозяином всего вот этого боя, согласно кивнул и бросился осматривать захваченного командира турок.
Вниз, вниз всех веди! крикнул Лёшка, забивая пулю в ствол штуцера, и лесник потащил свою семью к люку подпола. И ты двигай, туда же давай! Что пнём встал?!
Бородатый валах с перевязанной головой протянул руку к ружью: Я убье осман. Я не убье русси!
О как приклад мозги-то на место ставит, ладно, держи, пробормотал Алексей, пристально вглядевшись в глаза бородатому, и протянул ему ружьё. Тот открыл полку замка, проверил насыпку в нём пороха, затем кремень на курке, искоса глянул на Лёшку и на Тимофея с наведёнными на него стволами и усмехнулся: Бедрос не люби осман. Осман убье семье Бедрос. Он вскинул ружьё, прицелился и плавно выжал спусковой крючок. Бах! Последний из всадников, ковыляющий к лесу без лошади, рухнул на землю. Всё, в команде егерей на этот бой появился ещё один стрелок.
Всем осмотреться! Унтера, доложить о потерях! крикнул Лёшка в открытую дверь.
У нас все живы, господин подпоручик, раздался с чердака дома приглушённый голос Гусева.
Конюшня, все живы, вашбродь! Сарай живы! донеслись доклады унтеров Макаровича с Карпычем. Амбар живы, только вот Борьке передние зубы отлетевшей щепой выбило, и все губы расшибло, доложился капрал третьего десятка Трифон.
Конюшня, все живы, вашбродь! Сарай живы! донеслись доклады унтеров Макаровича с Карпычем. Амбар живы, только вот Борьке передние зубы отлетевшей щепой выбило, и все губы расшибло, доложился капрал третьего десятка Трифон.
Ну, легко отделались для первого раза! Алексей присел возле Озерова, стягивающего верёвками руки и ноги пленному. Что, важная птица или так себе?
Более чем! Целого бигбаши послали, у сипаев они алаем, тысячей командуют! Считай, это как полковник, ежели под нашу армию его чин перевести.
Ого! аж присвистнул Егоров. Видишь, Мишель, как тебя с твоими важными бумагами османы уважают, высоких гостей с приветами шлют, а ты их хлоп из пистоля, на землю и вязать! Грубый ты какой-то, вот никакого вежества в тебе нет!
Это да-а, поручик затянул последний узел на верёвке и посмотрел в открытую дверь. За таким-то гостем скоро к нам и другие пожалуют, а у нас уже вон ночь на дворе.
Лёшка нахмурился. Да, своего полковника они нам просто так не отдадут, но и времени на долгую осаду у них тоже нет, вот-вот Гущинский со своими гусарами по ним с тыла ударит. Да и не дураки они, понимают, небось, что теперь отступить за реку спокойно у них уже не получится. Нам бы один штурм ещё отбить, но в темноте ночной бой вести ох как непросто будет! Нужно будет хорошо двор подсветить.
Подпоручик выглянул наружу и, убедившись, что живых врагов не было видно, пригнувшись, перебежал к колодцу.
Братцы, тащите сухое сено, дерево, ветки и всё, что только из шибко горящего найдёте! Тришка, у себя в амбаре пошарь, там, у зажиточных селян завсегда скипидар, масло или дёготь для телег хранится. Всё сюда живо тащите! Фёдор, ты самый глазастый у нас, бери пяток самых шустрых ребят, закройте ворота, подтащите туда кибитку и облейте её скипидаром. Потом выйдите чуть за ограду, глядите там и слушайте. Как только османы полезут, нам шумните, свистните, а сами отходите поскорей и прячьтесь!