После этого князю, правда, пришлось отбиваться от обвинений в пораженческих настроениях и усугублении ситуации против действительной. Но это ладно. В конце концов пришлось напомнить обвинителям, что он слов на ветер не пускает. А доклад, освещающий данные проблемы, находится на столе у государя. Но вот будет ли он распространен, сказать трудно. Возможно, что на него могут наложить гриф секретности, ибо причины для этого имеются.
То совещание, конечно, так и закончилось ничем, если говорить о размещении промышленности. А за ним были еще три. Но пока решения не было, ибо не было денег. А так пути решения частично были нащупаны, но еще не приняты, хотя желательность постройки тех же электростанций на альтернативных видах топлива к этому моменту уже никто не оспаривал. Однако переводить задуманное в практическую плоскость тоже не спешили даже в виде каких-то правительственных бумаг и планов.
В середине января 1906 года вступил в действие подписанный Императором новый Антимонопольный закон. К сожалению Александра он был не столь радикален, как бы хотелось князю, но все равно по сравнению со старым это была небо и земля. Да и на фоне законодательств иных стран он выглядел достаточно авангардным. А под него уже пошли подзаконные акты, которые конкретизировали действие закона применительно к отдельным отраслям промышленности. Так на компании с иностранным участием в Донбассе и Кривбассе был наложен 5-летний мораторий на скупку месторождений угля и железной руды. Также иностранцам было запрещено строительство новых домен, увеличивающих их количество на принадлежащим им заводах. Теперь чтобы построить новую домну, нужно было сначала порушить ранее построенную устаревшей конструкции. Это был жест в сторону владельцев запрещенного ранее синдиката «Продамет». Синдикат хоть формально разогнали, но иностранные хозяева входивших в него заводов никуда не делись.
Было выделено несколько стратегических отраслей промышленности, которые контролировались Антимонопольным комитетом. В список попали черная металлургия, добыча угля и нефти, выработка меди, кокса и керосина, добыча марганцевых руд, производство железнодорожного подвижного состава и еще кое-что. У Агренева имелись планы по расширению этого списка, но это дело будущее. По положениям закона запрещалось создание синдикатов и иных объединений, которые бы контролировали производство более 25 или 33 % от вырабатываемого в стране объема продукции в своей сфере. После введения закона в силу первым постановлением Комитета был заранее запланированный курьез. На собрании сотрудников Комитета заместитель Агренева под аплодисменты и смешки собравшихся вручил своему боссу постановление, подписанное самим Агреневым о том, что не объявленный союз двух горных округовКыштымского и Сысертьского будет находиться под пристальным вниманием сотрудников ведомства, поскольку сей якобы синдикат производит более трети всей отечественной меди. Но поскольку цены заводов двух уральских округов на отпускаемую медь не превышают мировые, то требовать расформирования синдиката ведомство пока не намерено.
А вот следующие предписания Комитета были не столь радужны для их адресатов. Предписания от роспуске в срок 6 месяцев получили компания «Мазут», которую была образована Нобелями и Ротшильдами, а также синдикаты «Продуголь», «Продпаровоз», «Трубопродажа», «Гвоздь» и «Кровля». В сопроводительных документах говорилось о немалых штрафах, которые грозят участникам синдикатов, если полученные предписания ими не будут выполнены в срок. Также в бумагах говорилось, что объединения заводов тем не менее возможны, если они будут контролировать не более 25 или 33 % от объема выпускаемой продукции и будут конкурировать между собой за заказы. А вот если будет обнаружен сговор между объединениями заводчиков, которые по идее должны между собой конкурировать на рынке, то всем участникам этого сговора очень быстро поплохеет. А поскольку новый Антимонопольный закон был составлен особым образом, то не новому государственному контролирующие органу придется доказывать вину провинившихся участников рынка, а как раз объединениям и синдикатам придется оправдываться в том, что они белые и пушистые.
Предписание Комитета были также отправлены в концерн бельгийца Сольве и пермскому купцу Любимову, которые на пару контролировали более 2/3 выработки соды в России. Разделить их концерн возможности явно не было, а потому им предписывалось в 3-месячный срок привести цены на соду к мировому уровню. А ежели господа не подчинятся, то пусть пеняют на себя
Вообще, был еще один не объявленный и никак не оформленный синдикат, объединяющий интересы компании «Мазут» и нефтедобывающих компаний Агренева. Но о его существовании посторонние могли только догадываться. А сам князь на данный момент не был уверен, что данный закулисный сговор вообще действителен. Формально он пока вроде бы сторонами соблюдался, но сколь долго продлится это состояние, было непонятно. В конце концов после смерти прежнего главы французского дома Ротшильдов возможно что угодно, поскольку его новый глава пока не торопился как-то подтверждать или опровергать прежние договоренности. Возможно, Эммануэль Нобель и знал об этом несколько больше Агренева, но делиться этой информацией не торопился. А самому Агреневу делать запрос Ротшильдами было сейчас явно не с руки. Он ведь и сам постройкой двух новых НПЗ в Баку и Грозном, а также освоением персидской нефти по сути готовил новый передел рынка нефтепродуктов. Да и Ротшильдов он не пустил в раработку нефти Персии. С другой стороны Агренев формально ничего пока не нарушал, поскольку оба новых НПЗ на Кавказе нацелены были на переработку новой нефти, которой либо раньше просто не было, либо той, которая раньше вообще не шла в переработку. Потому ситуация на данный ситуация находилась в неустойчивом равновесии, но грозила большим взрывом в будущем.
* * *
Двигались в Империи и военные дела. В конце 1905 года Император Михаил II начал перетряхивать армию. Начал он с того, что ему было ближес Главного Артиллерийского Управления. Генерал Альфатер был отправлен в отставку, а на его место назначен боевой генерал, герой Русско-японской войны Иванов Николай Иудович. Товарищем к нему назначили Костырко Петра Захаровича. Вообще изначально начальником ГАУ планировался именно генерал Костырко, но он вновь отказался от должности. Тем не менее он согласился стать заместителем Иванова, оставшись при этом отвечающим за испытание и принятие на вооружение новых образцов орудий. А как раз именно задача обновления артиллерийского парка и стояла в настоящий момент перед русской артиллерией. На должность Инспектора артиллерии неожиданно был назначен еще один герой недавней войны генерал Мрозовский, которому досрочно был присвоен чин генерал-лейтенанта.
К февралю 1906 года удалось договориться с компанией Круппа о всяких разных делах. В обмен на хорошие отзывы крупповцев о русской легкой гаубице перед османами немцы получили заказ на изготовление опытного образца своей тяжелой гаубицы для России в калибре 6 дюймов с удлиненным на пару калибров стволом и поршневым затвором. Плюс, и это было главным, Военное ведомство пообещало компании Круппа отнестись со всем вниманием именно к немецкому предложению по оснащению оборудованием нового орудийного завода в Царицине. Международный конкурс по этому вопросу все равно предстоял, но ведь Крупп вполне может и не стать его победителем, даже если представит наилучшее предложение В общем небольшой шантаж сработал, и немцы клюнули. Так что русская 42-линейная гаубица из наличия отправилась к туркам на испытание, а Мотовилиха начала срочно переконструирование ствола под калибр 105 мм. Если турки примут на вооружение русскую гаубицуэто будет прорыв! И не важно, что партия может составить всего от 18 до 32 орудий. Османы хотели использовать гаубицу в крепостной артиллерии. Для России важно, чтоб русские орудия вышли на мировой рынок. А репутация у гаубицы уже имелась неплохая, правда только внутри страны. При этом она была единственной из всех легких гаубиц нового типа с откатом по линии ствола, прошедшей войну. Ну, а на то, что произведенным в Перми орудиям возможно придется когда-нибудь стрелять по русским войскам, никто из принимавших решения оглядываться не стал. Главное выйти на мировой рынок и постараться там закрепиться. Можно, конечно, продать батарею гаубиц тестю Михаилачерногорскому князю Николе I, но это фикция. Все ж понимают, что деньги на покупку русских орудий Черногории тоже даст именно Россия. А вот продать гаубицы туркамэто уже международное признание качества. До заказа еще, конечно, далеко. Да и компания Круппа на пару с Рейнметаллом может под конец что-нибудь эдакое отчебучить с подачи германских властей, но пока остается надеяться на лучшее.