Все остальные имелись на уровне планов, разработок, а кое-что уже возглавлялось созданными комиссиями и комитетами. Особенные дебаты в верхах велись по поводу военщины и, естественно, её бюджета. Всё-таки в мире столько проблем, что армия должна быть нормального миллионного размера, а не огрызок какой-то.
Господа, с нами перестали считаться европейские державы, узнав о сокращении.
В чём именно, если не секрет?
Вон, Австрия захватила Валлахию и Молдавию, даже не спросясь.
Так, ежели нам они не нужны, то какая разница?
Ну неправильно сие, должен быть конгресс или хотя бы переговоры. Совсем нас не уважают.
И неважно кто, что и где говорил, проблема в том, что сокращения коснулись генералов. Военный министр Сухозанет пытался, конечно, лавировать и раздавать обещания и сторонникам, и противникам, но уж очень плохо это получалось.
Ваше величество, ну пообещайте же вы им, что армия будет восстановлена в прежнем количестве. Ну жизни никакой не стало, сплошные жалобы и возражения.
Милейший Николай Онуфриевич, глупости я обещать не собираюсь. Зачем тратить огромные деньги на миллион солдат, если их нечем бронировать и вооружить?
Ваше величество, но пока заводы не справляются с производством новых винтовок в потребном количестве.
Всё упиралось в то, что победы в войнах последних лет привели к невостребованности массы солдат. Но сразу возник конфликт. Кем же тогда будут командовать генералы и старшие офицеры? Тут ещё и сам церь блокировал предложение военного министра (незаметного среди полутора десятков других) об«увеличении содержания генералам, штаб- и обер-офицерам всей армии» Оно, конечно же будет внедрено, но только в частях, имеющих новое вооружение.
Господин министр, так заводы и не будут готовить миллион винтовок или сотню тысяч стальных пушек, улыбнулся царь попыткам министра облегчить свою жизнь, это другие державы пусть стремятся к количеству, а мы, по-суворовски, возьмём своё качеством.
Бедолага Сухозанет аж расстроился, получив в очередной раз отлуп. Он искренне верил в силу русской армии и близко к сердцу принимал её угасание. Подумаешь, именно ударные подразделения выиграли Крымскую и Кавказскую войны. Другие, между прочим, тоже героизм проявляли, но не всем досталось стальное оружие. Зато генералы верой и правдой будут служить в мирные времена, а если понадобится и всех себя положат ради славы российской. Ну, или своих солдат. А отправка в отставку приведёт к утере их опыта и знаний. Жаль, что император не хочет понимать столь простых вещей. Вон, назначил выскочку Милютина руководить реформой обучения в училищах и руководить Академией, а заодно разрабатывать новую тактику и стратегию. Куда же это годится, когда коней на скаку меняют.
Министр даже не представлял какой совершенно тайный проект обдумывает император. Иначе лично возглавил бы смену неправильного царя. Польша слишком много войск требовала на своей территории из-за постоянных угроз революций. А отдача от её экономической деятельности всё равно шла, в первую очередь, польским магнатам в карман. Кроме того, если дать им независимость, то получится удобное буферное государство. В принципе, идея хорошая (как и всё, что исходит от Старко), но примут ли её в обществе? И второй вопрос, нужно ли отделить литовские земли, оставив их под собой?
Ещё два вопроса следовало обдумать сейчас. Первый, готовить ли новую русско-турецкую войну, чтобы забрать себе оставшуюся часть Византии и выровнять окончательно границы? Второйкогда, вместе с союзниками, заняться расчленением Австрийской империи? Франц-Иосиф Первый из месяца в месяц усиливает возможности своей армии, пусть, в основном, у себя в мечтах. Тем более, что на приписки в отчётах своих приспешников он даже не обращает внимание. Плохо, что венгерские магнаты (всякие Эстерхази и Баттяни) или поддерживают Вену, или проживают вообще в Англии. Нет у Венгрии лидера, которого можно снабжать оружием и деньгами. Остаётся лишь газетное давление, призывающее австрийцев «восстановить историческую справедливость» и отвоевать обратно ту же Силезию, например.
И тут-то может оказать помощь предоставление независимости Польше. Россия-то откажется лишь от своей доли, полученной при польских разделах. Тогда и Пруссия, и Австрия сразу встанут перед лицом проблем. Или отдавать полякам то, что они получили когда-то, или захватить новое независимое государство. Причём, в случае большой переделки, наша страна готова получить лишь крохи, чтобы не особо утруждатьсячасть Галиции и Буковину. Не для нещадной эксплуатации, а лишь, опять же, для выпрямления границ. Какими бы кривыми они не оказались.
Над вычленением литовских земель следовало поработать с картами и изучить насколько они «литовские» на самом деле. Всё-таки не хочется давать полякам повод на будущее для попыток оттяпать новорусские территории.
Глава 19
Интрига с поляками связывалась с попыткой тем или иным способом выцыганить у пруссаков Мемельланд. Всё-таки гораздо удобнее, когда государственная граница проходит по реке, а не посуху. Сувалкскую губернию расчленили на две части, выделив Ломжу в малюсенькую губернию и оставив за поляками. Вроде Европа не будет против предоставления независимости, как и сами поляки. Александр Второй прекрасно понимал, что владение вечно мятежным краем никогда не будет спокойным. Поэтому вызвал Горчакова и поручил ему продумать цепь спекуляций, не забывая про Мемель. И «брату моему» отписал в Старкоград просьбу попытаться воздействовать на Берлин по данным вопросам. В конце сентября начались секретные переговоры с немцами в рамках углубления пакта о ненападении. Понятно, что за Мемель необходимо обеспечить какие-нибудь компенсации.
Старко предложил дать им право на двадцать девять лет (да хоть на тридцать девять, если на то пошло) разрабатывать шестую часть запасов Магнитной горы. Пусть построят там себе шахты, чугунолитейный комбинат, даже сталь выплавляют, если хотят. Могут и станкостроительный завод поставить, а то и паровозы и рельсы производить. И даже русским свою продукцию продавать, если не хотят к себе вывозить. Налоги можно сделать щадящие (на уровне десяти процентов от дохода), вывозные пошлины тоже разумные (если на продукцию), ну, чуток повыше, коли просто сырьё и материалы собираются всё-таки к себе таскать. Сейчас, когда настолько растёт спрос на руду и чугун, это безумно щедрое предложениеМемельланд того не стоит.
Старко прислал двойной пакет. В одном он расписал основу предложения пруссам и государь даже расстроился. Но, прочитав вторую часть, для внутреннего, так сказать, пользования, долго смеялся, радуясь, и потирал в предвкушении руки. Оказывается чёрт действительно не так страшен, как его малюют. Жаль, что милбрат Олег Саныч уже все российские награды получил, а в титулах не нуждался. За такое выгодное предложение его впору закатать в бронзу и выставить рядом с Медным всадником!
Фридрих Прусский, который вот-вот мог стать Фридрихом Третьим, посоветовался с супругой, а та с собственной маман. Да, Мемель жалко отдавать, но Пруссии нужен доступ к российским недрам. Тем более, что англичане готовы всемерно помочь в освоении богатейших залежей. Проблемы с транспортом уже решает самарское акционерное общество за которым стоит Старко, который известен своим предвидением. Главное, зацепиться одним коготком за столь вкусный проект, а там и вся птичка поместится. Переговоры вступили в стадию деталировки и к рождеству должны закончиться к обоюдному удовольствию сторон. Иначе, русские предложат такое же сотрудничество Франции, где вот-вот закончится предвыборная гонка.
Да, в президенты Франции, в очередной раз сменившей режим, метили разные политики, но армия поддерживала лишь Жозефа Наполеона. Всё-таки отказ от борьбы сильной страны за права савойского герцога, желавшего стать королём Италии, принёс мир и резко сократил расходы на военщину. Программа кандидата предусматривала переход от количества к качеству и в армии, и во флоте, и в промышленности. А разногласия с Австрией, как выяснилось, скорее были надуманы. Ницца и так стала французской, а Савойя сейчас выбирает свой путь развития: или остаться независимой, или войти в состав Швейцарии, или всё-таки попроситься под руку Парижа. И нефиг было громадьё городить!