Всего за 0.01 руб. Купить полную версию
Мы ищем хомячка Ронипосле долгой паузы сказал Род.
Не видела я тут никакого хомячка, толстая женщина прошла, шатаясь, к столу. чего стоите? Звонок давно был.
Оу, а мы уже уходим.
К Вашему сведенью, мадам, мы будем идти на уроки тогда, когда сами этого захотим, и Вы нам уж точно не указ. круто повернулась Вероника.
Характер твой меня не пугает.
Вероника остановилась. Она улыбнулась, как учил ее братвысокомерно и злостно.
До свидания.
Ребята вышли.
Иногда мне хочется размазать ей мозги по стенке. фыркнула Шарлотта.
Не тебе одной. Рони толкнула дверь ногой и вошла в класс. Все смотрели только на них. Вы продолжайте, продолжайте, мы вас не отвлекаем. сказала она учительнице по алгебре, примиряя ее взглядом. Женщина дернула головой и продолжила урок.
***
После уроков Лотти рассказала Веро о новом кошмаре. Вероника, впервые за многое время была искренне расстроена.
Я хотела поговорить с тобой без мальчиков потому что это ну не их ума дело. сказала Шарлотта. Дон уже готов вести меня к психотерапевту, судя по нездоровому интересу к моим снам, у Рода и так проблем достаточно.
Ты и в том мире это видела?
Да. Почему то он не гнался за мной. Не стремился меня убить.
В «Радости» играла все та же музыка шестидесятых.
Где Тони? Тони!
Тони не было. Зато из кухни вышел красный с испариной на лбу запыхавшийся Роджер.
Простите, ребята, но Тони сегодня не будет.
А что с ним?
Я дал ему выходной, он сегодня плохо выглядел.
Лотти искоса посмотрела на Веронику.
Будете коктейли?
Только ей. Я не буду.
Роджер кивнул и ушел к горящим котлетам. Наступило долгое молчание. Рони задумчиво кусала внутреннюю сторону щеки.
Будешь еще на людей гавкать?
Вы все такие одинаковые; ты, мама, Найджел, теперь еще и Род. Тебе мораль зачитать, что я хочу и что я не хочу?
Слушай, Вероника, это уже не очень смешно. Ты знаешь, что он может с собой сделать?
Знаю.
Нет, ты не знаешь.
Нет, это ты не знаешь.
Пауза.
Вероника откинулась на спинку дивана.
Знаешь, раньше мне было не наплевать на окружающих меня людей, а теперь мне пофиг на всех. Серьезно. Мир изменился. Всем пофиг на меня и мне пофиг на них. Я живу только для себя. Потому что я себя не в питомнике воспитывала. Каждый день я встаю и знаю, что они меня не стоят, но я стою того, чтобы жить. Ты думаешь, мне хорошо жить? Нет, у тебя хотя бы семья есть. И даже не название, а семья, а у меня есть путь. Дорога. Дорога по горящим углям и поленьям. С любой проблемой можно справиться, но с тем, что сделал из меня Смиттауннет.
Не он виноват.
Он. твердо ответила Вероника. Живи я в другом месте, я была бы другим человеком. Все думают, я не знаю любви и не понимаю, что такое хорошо, но я видела это и мне не нравится вспоминать об этом. Потому что это пройденный этап. Я встала на тропу войны.
Мы все тут на тропе войны.
И ведь они подумали об одном и том же. Тут и говорить нечего!
Теперь у нас один путь. Одна дорога.
Ты хочешь с ним бороться?
Мы, конечно, можем бросить ноут гденибудь или куда-нибудь, но оно не даст нам покоя. Мне кажется, вы встряли.
Встряли они уже давно, и ошибка была не там, где они хотят ее видеть.
Глава 4. Это путешествие не будет последним. Это лишь начало.
Восемь часов вечера. Дети, стараясь не шуметь, пробрались в школу и встретились возле кабинета потерянных находок. Пока Дон скрежетал скрепкой в замочной скважине, Лотти размышляла о том, что неплохо было бы сходить в библиотеку, но вряд ли там будет что-нибудь про того монстра, ноут и ее сны. Она все же хотела разобраться в этом, пока это не привело к летальному исходу.
Дверь поддалась и скрепка, уже не нужная как мамонту крылья, упала на пол.
В нашей школе стоят камеры? вовремя вспомнил Род.
Откуда они тут?
Они не знают, что это такое. фыркнула Рони.
Дон снял картину со стены и забрал оттуда чистенький и нетронутый ноут. Честно говоря, он шел сюда со страхом, что его тут не окажется. Но, к счастью, все обошлось.
Быстро заходим в тот мир, ищем что-то живое и пытаемся силой мысли не допустить появление монстра и, если это не сработает, стараемся не стать его добычей как можно дольше и сбежать оттуда. Всем все ясно?
Да.
А если попробовать зайти туда всем вместе?
Как мы это сделаем?
Ну мы можем взяться за руки.
Все посмотрели на Лотти.
Иногда мне бывает жаль тебя. Вероника вздохнула и с обреченным видом встала перед ноутбуком на столе. Но не в этот раз. она взяла Рода за запястье. Роду на секунду показалось, что у него отсохнет рука раньше, чем они туда попадут, в частности от силы сжимания Веро.
Дон покачал головой и открыл ноутбук. Инфракрасный луч считывал их, пока они брались за (относительное понятие) руки. В конце на экране появился одобрительный зеленый восклицательный знак и перед глазами начало темнеть. Ребята еще сильнее начали цепляться друг за друга, потому что пространство между ними начинало возрастать.
В итоге им все же не удалось очутиться в одном месте. Первая проснулась Шарлотта. Она была в старой полуразрушенной библиотеке. Ветер, настоящий ветер, который можно было ощутить кожей, развевал страницы открытых книг. Обстановка была довольно приятной. Лотти подошла к столу с разложенными книгами о мифологии древнего мира. Там она нашла кое-что об этом монстре. Почитав об этом, она многое поняла, но лучше ситуация от этого не стала. О своих снах она еще собиралась поискать книгу, было видно, что литература в этой библиотеке отборная и простых книжек тут не будет.
За все то время, пока она там бродила, так никто и не появился и не вышел. За окном тоже было пустынно. В прямом смысле. Просто голая пустыня с мелкими песчинками бронзового цвета, напоминающими кинетический песок. «Марсианские Хроники», всетаки, брали свое.
Ау-у, ходила по библиотеке Лотти. Там в принципе никого не было. Если бы оно было там, она бы уже давно была съедена. тут есть кто-нибудь?
Тишина.
Круто, тогда я возьму самые старые и дорогие книги!
Молчание.
Отлично, границы разрушены! Можно делать все, что угодно!
Лотти нашла все книги и справочники, какие ей были нужны и не нужны и тут перед ней встал вопрос: как отсюда выбраться? Во всех справочных материалах, которые она брала, не было ничего написано про это. Шарлотта уже начинала волноваться.
Вдруг краем уха она услышала тихое наливание воды. Словно из чайника. Сердце упало в пятки. Первая мысльбежать. Такая же безумная, как и втораяпрятаться. Инстинкт самосохранения сработал, но кто говорил, что он заставит ее бежать и прятаться?
Шарлотта, стоя на месте с охапкой книг молилась о том, чтобы это было не оно. А в принципе, зачем ему горячий чай или кофе? Да и телевизор он наверняка не смотрит. Странным было то, что то, о чем она думала, сразу же сбывалось. Значит, все тут зависит от нее.
Набравшись смелости и уговорив себя пойти к нему, Лотти быстрыми шагами пошла к двери, из которой доносились звуки. За столом в небольшой комнате сидел человек лет тридцати и смотрел телевизор, потягивая чай из фарфоровой чашечки 19-го века. Завидев Лотти, он быстро поставил чай и выключил телевизор. Сказать, что он был напуган и удивлен, не сказать ничего.
Простите, сэр, мне не стоило Вас пугать.
Как ты тут оказалась?
Совершенно случайно, я уже собиралась уходить, но только не знаю, как.
Человек указал пальцем вправо. Лотти посмотрела, и рядом со старым стеллажом была дверь со светящейся зеленой лампочкой «Выход». Как можно было такое не заметить?
Спасибо. А Вы не знаете, что это за место?
Твой мозг.
Прозвучало это не очень весело.
Простите?
Мы у тебя в голове. Не можешь найти этому объяснение-читай книги. он улыбнулся. А сейчас, прошу меня простить, тебе пора.
Шарлотта поняла, что пора уходить.
***
Больница. Род просыпается на больничной койке. Палата пустая. Сначала к горлу подкатывает страх, потому что над головой у Рода истерически пищат приборы в ритм нарастающего пульса, в вены воткнуты не одна капельница, а на лице маска с какимто едким газом, вкус которого напоминал Роду гнилые груши. Он в принципе груши не любил, а гнилыеособенно. Убедившись, что реальность не «заморожена» и действовать можно, Дон быстро сорвал с себя маску, вырвал из руки иглы капельниц. Боже мой, это что, беспроводные капельницы?.. Должно быть, он гдето в будущем. Пиканье приборов прекратилось. Он вскочил с кровати и вышел из палаты в коридор. Совершенно пустой. Ни души. Ни живой, ни мертвой. Дон уже догадывался, что все здесь зависит от его воображения, он может делать все, что захочет и это не просто дурацкие сновидения. Ты можешь воровать, оставаться сколько угодно, потом сбегать, снова возвращаться или уже забывать, в общем, все, на что фантазии хватит. Сейчас он был немного в недоумение. Почему больница? Почему один? Ладно, наверное, это не важно. Главное сейчаснайти выход.