Всего за 199 руб. Купить полную версию
Капитан испуганно замахал руками:
Даже и не думайте, мадам! Стоит выпалить из этой клистирной трубки один-единственный рази командир клипера получит законное право открыть огонь. Его шестидюймовки пустят нас на дно за четверть часа!
Женщина едва заметно скривиласьбыло видно, что её коробит столь явная демонстрация трусости и нерешительности.
Так вы уверены, что в случае сдачи нам ничто не грозит?
Разве что некоторый дискомфорт, мадам. На военных судах довольно тесно. Вряд ли они смогут выделить вам достойные апартаменты.
Женщина вздохнула.
«Луиза-Мария» любимое судно моего покойного супруга. Он позаботился о том, чтобы оборудовать на её борту подходящее помещение для себя для нас.
Будем надеяться, русские её пощадят.
Унтер-офицерусатый детина с нашивками артиллерийского кондуктора на рукаве форменкиподдел лезвием топора крышку ящика, прочного, основательного, обитого от сырости кожей, и с натугой отодрал прочь. Барон осторожно, стараясь не испачкать мундир, извлёк винтовку. Латунная затворная коробка, длинный гранёный ствол, характерная скоба для перезарядки. Всёв густом слое оружейного сала.
Винтовки Пибоди-Мартини, прокомментировал он. По шесть штук в ящикенедурно, недурно. Всего, значит, выходит две с половиной тысячи. Английская работа?
Бельгийская, из Льежа, равнодушно отозвался шкипер-бельгиец. Фрахт британского военного ведомства.
Патроны?
В соседнем трюме. Там жеамуниция и тюки с военной формой. Ещё тридцать два ящика с револьверами. Английские, фирмы «Веблей и сыновья».
Солидно присвистнул Греве. Порт назначенияКарачи?
Кивок.
Полторы тысячи новеньких винтовок для индийских колониальных частей Любопытно, чего англичане опасаются большенового восстания сипаев или казачков генерала Гурко?
Мне не докладывают, буркнул шкипер. Моё делодоставить, сдать груз. Фрахт есть фрахт, а политикой пусть занимаются другие.
Что ж, так и запишем: военная контрабанда в чистом виде. Приходи кума любоваться!
Последние слова он произнёс по-русски. Бельгиец озадаченно покосился на барона.
Что ж, мсье э-э-э?..
Капитан Бувилль к вашим услугам.
Что ж, мсье Бувилль, это всё. Судовые документы я забираю, он похлопал по папке, зажатой под мышкой. Вы тоже отправитесь со мной на «Крейсер». А пока отдайте распоряжение помощнику, пусть готовится принять призовую партию.
Шкипер кивнулна этот раз, как показалось барону, с облегчением.
Если позволите, мсье офицер
Я вас слушаю.
На борту моего судна мадам де Кремс, вдова владельца пароходной компании, которой принадлежит «Луиза-Мария». Если можно, я бы попросил позволить ей пока остаться на пароходе. В её апартаментах наверняка удобнее, чем в каюте, которую вы сможете выделить для неё у себя на борту.
Я доложу, согласился Греве. Это, вероятно, та самая дама, которую мы видели наверху?
Когда он под угрюмыми взглядами матросов парохода следовал к трапу, ведущему в грузовой трюм, на мостике мелькнул женский силуэт. Греве, ещё в училище прославившемуся амурными подвигами, понадобилось не больше секунды, чтобы уверенно вынести вердикт: незнакомке лет чуть больше тридцати, необыкновенно хороша и весьма уверена в себе.
Полагаю, командир клипера согласится выполнить вашу просьбу. Она одна?
При ней горничная и повар.
Вот и ладушки. Кстати, у вас не найдётся свежих газет?
Только недельной давности.
Пойдёт. Последний раз мы получили газеты с немецкого пакетбота ещё в начале июляи с тех пор изрядно стосковались по новостям
Оттолкнуть нос!
Баковый налёг на отпорный крюк, гичка медленно отделилась от «Луизы-Марии». Матрос положил крюк на сложенный между гребцами рангоут и занял место на банке радом с загребным.
Весла разобрать!
Гребцы сноровисто взяли тяжёлые, налитые свинцом вальки на локтевые сгибы; лопасти при этом легли на планширь.
Унтер, шлюпочный старшина, критически обозрел гребцов и, видимо, остался доволен.
Вёсла
Истёртые кожаные манжеты скользнули в уключины. Лопасти замерли, не касаясь воды.
на воду!
Гребцы разом, с синхронностью, которой позавидовал бы любой почётный караул, занесли лопасти к носу. Слитный гребок толкнул гичку вперёд.
Два-а-араз! Два-а-араз! Навались, ребята!
Белая стена борта быстро удалялась. Шкипер Бувилль сидел на банке перед бароном и безучастно ковырял башмаком решётчатые рыбины на дне шлюпки.
«Ему что, вообще на всё наплевать? недоумённо подумал Греве. Попался на доставке военной контрабандыи спокоен, как удав».
Барон поднял взглядна мостике интригующе маячила знакомая фигура. Ветер рвал из рук женщины открытый зачем-то зонтик.
«Вдова, значит? Любопытно, весьма любопытно»
Два-а-араз! Два-а-араз!..
24°0446 N, 64°4942 E. Задержан идущий под бельгийским флагом пароход «Луиза-Мария» с грузом оружия и амуниции, квалифицированным как военная контрабанда. Порт назначения Карачи. Ввиду хорошего хода и достаточного количества угля, решено приз не топить, а конфисковать вместе с грузом, чтобы в дальнейшем использовать как вспомогательное судно. Для этого на пароход выделена призовая команда под началом
В дверь постучали.
Вы позволите, господин капитан-лейтенант?
Михайлов захлопнул журнал.
Это вы, Карл Густавыч? Заходите, и прошу вас, без чинов. Мы не на мостике.
Командир клипера, как и прочие офицеры, упорно именовал барона Карлом Густавычем вместо чеканно-остзейского «Карл-Густав», и он уже устал объяснять, что имя его отца вообще-то не Густав, а Франц, и правильное обращение звучит «Карл Францевич».
Впрочем, Греве не обижался. Кают-компания «Крейсера» за время боевого похода стала настоящей семьёй, в которой не принято обращать внимание на всякие пустяки. Густавыч так Густавыч.
Я, собственно, вот по какому делу, Леонид Васильевич. Пассажирка с бельгийской посудины
В нескольких словах он изложил просьбу вдовы судовладельца, не забыв описать саму просительницу.
Что ж, Карл Густавыч, ничего не имею против. Полагаю, «Луиза-Мария» будет сопровождать «Крейсер» некоторое времяс тех пор, как мы отослали «Сынка», нам отчаянно не хватает быстроходного разведочного судна. Страшно подумать, скольких купцов мы упустили из-за этого!
«Сынок» бывший британский пароход «Мур», перевозивший на Цейлон уголь и артиллерийские запасы для флота. Перехваченный «Крейсером» ещё весной, он был довооружён, переименован и отдан под команду лейтенанта Пороховщикова, после чего некоторое время сопровождал клипер в качестве вспомогательного и разведочного судна. Но в конце концов приз пришлось отослатьнакопилось слишком много команд с захваченных судов, прокорм и содержание их превратилось в нешуточную головную боль. Пленных перегрузили на «Сынка» и отправили во Владивосток. Вместе с ними на пароход передали захваченные судовые документы и большой мешок писем от команды «Крейсера».
Так я распоряжусь, чтобы даму оставили, где она есть?
Сделайте одолжение, барон. У вас всё?
Греве замялся.
Ещё кое-что. Я давеча прихватил на «Луизе-Марии» пачку газет. Не вполне свежие, но уж какие есть. И вот послушайте, что я там отыскал
Он продемонстрировал собеседнику потрёпанный газетный лист.
«Таймс» от девятнадцатого июля. На второй полосеофициальное сообщение из канцелярии вице-короля Индии сэра Роберта Булвер-Литтона. В нём говорится, что осуждённые за подготовку мятежа офицеры-индусы отправлены согласно приговору на каторгу. Они, видите ли, собирались дождаться, когда Гурко со своими молодцами вступит в пределы Индии, и взбунтовать свои части. Заговор провалился, троих главарей приговорили к смертной казни, остальных же присудили к бессрочной каторге на Андаманских островах.
Андаманские острова капитан-лейтенант развернул карту. Отправили их, надо полагать, пароходом из Калькутты. Не так уж далеко, давно должны быть на месте. Но к чему это, Карл Густавыч?
Греве снова помедлил.
Я подумал: а что, если нам сменить на некоторое время амплуа и из каперов превратиться в капитана Немо?