Всего за 0.01 руб. Купить полную версию
– Да, это верно, мистер Дэйнтс долгое время наблюдается в клинике.
– Вот видите, тогда Вам не о чем беспокоиться. Смело можете использовать наше заключение в суде.
– А сумеречное помрачение сознания? Его может подтвердить этот аппарат?
– Боюсь, это уже не совсем моя компетенция. Я невролог и занимаюсь эпилепсией в чистом виде. Если у пациента возникают состояния помрачения сознания, то это уже работа психиатра. Сама по себе эпилепсия не является психическим расстройством и не может быть смягчающим обстоятельством. А вот все эти «сумерки», фуги, патологические опьянения – это уже не ко мне.
– Хорошо, спасибо за столь подробную консультацию, – поблагодарил Джонатан, поднимаясь со стула.
– Не за что, обращайтесь! Адвокат – это, наверное, такая интересная работа. Я Вам завидую.
– Ага. А я Вам, – хмыкнул молодой человек, выходя из кабинета.
Домой он ехал, также погрузившись в свои мысли, и едва не пропустил красный сигнал светофора. Джонатана беспокоило то, что он услышал от врача. Что, если прокурор, получив такую же консультацию, ухватится за эту деталь, напирая на то, что обследование не может дать точную гарантию болезни? Правда, вместе с заключением врачей это сделать будет трудновато. Но хорошо было бы найти побольше свидетелей приступов. А в идеале тех, кто видел ту самую первую фугу.
Дэйнтс сказал, что сел в поезд. Не может быть такого, чтобы никто из попутчиков не обратил внимание на странного пассажира. Если кто-то из них подтвердит его неадекватное поведение, это уже сильно сыграет на пользу дела. Раз были одни «сумерки», то могли произойти и вторые, которые, к сожалению, привели к трагедии.
Дома Джонатан решил изучить побольше информации, касающейся здоровья его подзащитного. Об этой болезни он знал совсем немного и боялся, что может упустить какой-то важный для суда момент. Поэтому после ужина он открыл ноутбук и стал просматривать различные медицинские и около медицинские сайты. Ему хотелось найти источник, где все объяснялось бы простыми словами.
– Так…симптомы. Судороги, потеря сознания, риск развития судорожного статуса, – вслух прочитал молодой человек.
Состояния, про которые говорил ему Роберт, действительно не относились непосредственно к эпилепсии, как к неврологическому диагнозу, и пребывали уже в ведении психиатрии. Это было своего рода осложнением, которое встречалось только у предрасположенных лиц и не относилось к основным симптомам болезни, как, например, галлюцинации при гриппе. Такое бывает, но далеко не у всех.
С проявлениями болезни все было относительно понятно. Но Джонатана также интересовало, что может спровоцировать приступы. За это можно было бы также уцепиться на суде, сказав, что накануне Роберт Дэйнтс как раз столкнулся с провоцирующими факторами.
– Людям, страдающим эпилепсией, следует избегать приема алкогольных напитков, резкой переакклиматизации, – машинально вслух зачитывал молодой человек. – Жаркая погода и пребывание в душном помещении могут спровоцировать припадок. Также рекомендуется строгое соблюдение режима дня. Депривация сна – ночное бодрствование – может послужить триггером. Мерцающий свет, быстро мелькающие кадры на экране телевизора или компьютера могут также стать причиной приступа.
Молодой человек вспомнил, как сам несколько раз видел предупреждающую надпись перед началом фильма или передачи о том, что мелькающие кадры могут вызвать ухудшение состояния у больных эпилепсией. Джонатан сделал несколько пометок в блокноте. Он по привычке любил записывать свои мысли и сведения о каких-то запланированных событиях на бумаге. И часто носил с собой блокнот. Хотя, в современном мире намного проще было делать себе «напоминалки» в смартфоне.
«Надо завтра позвонить его лечащему врачу и расспросить подробно о течении болезни. С чего вдруг начались все эти помрачения сознания», – решил молодой человек, сделав очередную пометку.
Он почувствовал себя усталым и принял решение отправиться спать. Заседание должно было состояться очень скоро, нужно было как следует подготовиться. Джонатана немало удивил тот факт, что его наняли буквально в последний момент. Его мать обмолвилась, что раньше у Дэйнтса был другой адвокат, но от его услуг отказались, посчитав, что сын хороших знакомых справится с этой задачей лучше и будет старательнее выполнять свои обязанности. Молодой человек же придерживался принципов, что «лошадей на переправе не меняют» и сменить адвоката буквально незадолго до заседания было не самой лучшей идеей. Он хотел расспросить о причинах такого поступка самого Дэйнтса, но его мать очень просила не поднимать эту тему и молодой человек уступил.
Устав за день, Джонатан быстро провалился в сон, но проснулся сам по себе посреди ночи, когда циферблат на телефоне показывал только четыре утра. Молодой человек имел привычку просыпаться рано утром, а потом снова засыпать через какое-то время, поэтому данное обстоятельство его несильно удивило. Он какое-то время поворочался в постели, но его не оставляло ощущение какого-то дискомфорта. Ему казалось, будто в комнате кто-то есть, хотя этого никак не могло быть. Но Джонатана упорно не покидало ощущение, что на него кто-то пристально смотрит.
Молодой человек сел на кровати и буквально оцепенел. Спросонья ему почудилось, будто в открытом дверном проеме он видит силуэт девушки в белом платье с длинными темными волосами. Именно тяжелый пристальный взгляд этой неизвестной он и почувствовал на себе, проснувшись. Превозмогая страх и желание закричать, молодой человек нашарил на тумбочке очки и включил ночную лампу. Джонатан был близорук и плохо видел без контактных линз или очков, особенно в полумраке.
Едва только зажегся свет, как видение тут же пропало. Молодой человек принялся успокаивать себя, убеждая, что это все было лишь игрой света и тени. Двери в его квартире, как и вся мебель, были выполнены из светлого дерева. Поэтому, возможно, из-за своей близорукости он принял распахнутую дверь за белый силуэт. Но забыть ощущение чужого взгляда и присутствия так просто не получалось.
Джонатан, разумеется, не стал в срочном порядке звонить кому-то и рассказывать о случившемся или убегать из дома. В конце концов, он был взрослым человеком и ему не хотелось быть осмеянным. Поэтому остаток ночи он просто провел с включенной ночной лампой, а злополучную дверь плотно закрыл, чтобы не было соблазна смотреть в дверной проем, ожидая увидеть там нечто странное.
Из-за этого ночного инцидента молодой человек плохо выспался. Тем не менее, он не собирался отступать от намеченного графика и встал строго по будильнику. Умывшись и приведя себя в порядок, он набрал номер доктора Рива Эндерсона, который был лечащим врачом его подзащитного. Номер был написан прямо на медицинской карте. Доктор любезно позволил своему пациенту звонить в случае любого ухудшения состояния. Впрочем, это было неудивительно, ведь Дэйнтс наблюдался в дорогой частной клинике.
– Мистер Эндерсон? Это Джонатан Горт – адвокат Вашего пациента Роберта Дэйнтса, – представился молодой человек, когда на другом конце провода сняли трубку. – Я могу задать Вам пару вопросов о состоянии здоровья своего подзащитного? Наверное, его мать или он сам должны были предупредить Вас, что я буду звонить. Эта информация необходима мне для работы в суде.
– А! Да, да, конечно, – поспешно откликнулся доктор. – Я постараюсь ответить на все вопросы. Но мы не могли бы попробовать уложиться в десять – пятнадцать минут? Затем меня будет ждать пациент, а я не хотел бы опаздывать. В случае необходимости, Вы можете перезвонить мне в другое время…
– Я постараюсь Вас не задерживать, – пообещал Джонатан. – Скажите, как давно Вы наблюдаете мистера Дэйнтса?
– Так…если мне не изменяет моя память, то уже десять лет. Мистер Роберт обратился ко мне, когда ему было семнадцать и он был еще фактически подростком, а сейчас ему почти двадцать восемь. Тогда я даже писал в его карте «юношеская эпилепсия», были надежды, что он ее перерастет, но увы…
– Вы видели приступы мистера Дэйнтса? Могли бы их описать?
– Должен сказать, что я – врач, ведущий амбулаторный прием. Мистер Роберт приходил ко мне с жалобами на припадки, мы сделали ему электроэнцефалограмму и поставили соответствующий диагноз. Непосредственно приступы, как я полагаю, фиксировала скорая помощь и видели окружающие люди.