Всего за 429 руб. Купить полную версию
Но что именно он увидел?
Времени искать ответ на этот вопрос уже не оставалось. Охранник уже направлялся к выходу. Алекс наконец принял решение. Входная дверь ресторана находилась между ним и охранником, и он поспешил к ней, опустив голову и притворившись, что не разбирает дороги. Расчёт времени получился идеальным. Алекс врезался в охранника в тот самый момент, когда тот проходил в дверь. Беспечно взмахнув рукой, он задел руку охранника, и мобильный телефон упал на пол.
– Ой… извините, – протянул Алекс. Прежде чем охранник успел его остановить, мальчик наклонился и поднял телефон. Взвесив его в руке, Алекс протянул аппарат владельцу.
– Вот, пожалуйста, – сказал он.
Охранник ничего не ответил. На мгновение он задержал взгляд на Алексе, и чёрные зрачки, казавшиеся абсолютно безжизненными, словно пронзили его насквозь. Бледное, совершенно бесстрастное лицо охранника было усыпано оспинами, на верхней губе блестела капелька пота. Он резко вырвал телефон у Алекса и ушёл, захлопнув за собой дверь.
Рука Алекса всё ещё висела в воздухе. Он посмотрел на свою ладонь. Алекс боялся, что выдал себя, но ему всё-таки удалось кое-что узнать. Мобильный телефон был подделкой. Он слишком лёгкий. На экране ничего нет. И никакого узнаваемого логотипа: Apple, Samsung, Nokia… ничего.
Алекс снова повернулся к столику Брайанта. Теннисист уже допил воду и смял стаканчик в руках. Он пожал руку другу и встал, собираясь уходить.
Вода…
Алексу пришла в голову идея, которая казалась совершенно абсурдной, но, судя по тому, что он увидел, была даже в чём-то логичной. Он снова прошёл внутрь ресторана и присел возле кулера. Такие аппараты были расставлены по всему теннисному клубу. Он взял стаканчик и нажал его краешком на кран. В стаканчик налилась отфильтрованная и охлаждённая вода. Алекс почувствовал кожей ладони ледяной холод.
– Что, чёрт побери, ты здесь делаешь?
Алекс поднял голову и увидел, что над ним возвышается какой-то человек с багровым лицом, одетый в пиджак цветов Уимблдона. То было первое недружелюбное лицо, которое он увидел с тех пор, как приехал сюда.
– Я просто хотел выпить немного воды, – объяснил он.
– Это очевидно. Я имел в виду другое: что ты делаешь в этом ресторане? Он только для теннисистов, официальных лиц и прессы.
– Я знаю, – ответил Алекс, отчаянно пытаясь не сорваться. Он на самом деле не имел права здесь находиться, и если этот человек – кем бы он ни был – пожалуется руководству, то Алекс может потерять свою работу болбоя.
– Простите, сэр, – добавил он. – Я принёс ракетку мистеру Брайанту, вот только что. Но мне очень хотелось пить, и я налил себе воды.
Работник клуба явно смягчился. Рассказ Алекса звучал вполне правдоподобно, да и, опять же, ему понравилось, что Алекс назвал его «сэр».
– Хорошо. Но чтобы больше я тебя здесь не видел. – Мужчина кивнул, протянул руку и забрал пластиковый стаканчик. – А теперь уходи.
Алекс вернулся в «Комплекс» минут за десять до начала матча. Уолфор свирепо посмотрел на него, но ничего не сказал.
В тот день Оуэн Брайант проиграл Жаку Лефевру, тому же неизвестному французу, который неожиданно обыграл Эрнста Блица два дня назад. Общий счёт – 6:4, 6:7, 4:6, 2:6. Брайант сумел выиграть первый сет, но затем начал играть всё хуже и хуже. Ещё один сюрприз. Как и Блиц, Брайант считался одним из фаворитов турнира.
Через двадцать минут Алекс вернулся в ресторанчик в подвале и сел за столик с Сабиной; та пила диетическую колу.
– Сегодня приехали мои мама и папа, – сказала она. – Я сумела достать им билеты, а за это они обещали купить мне новую доску для сёрфинга. Ты когда-нибудь занимался сёрфингом, Алекс?
– Что? – Мысли Алекса были где-то далеко.
– Я говорю про Корнуолл. Сёрфинг…
– Да, я катался на доске. – Алекс учился вместе со своим дядей, Яном Райдером. Шпионом, гибель которого так резко изменила жизнь Алекса. Они вдвоём провели целую неделю в Сан-Диего. Это было несколько лет назад. Хотя сейчас мальчику иногда казалось, что прошло уже несколько веков.
– С твоей банкой что-то не так? – спросила Сабина.
Алекс понял, что держит банку с колой на ладони перед собой, внимательно её разглядывая. Но на самом деле он думал о воде.
– Нет, всё нормально… – начал он.
А потом уголком глаза увидел охранника, который снова спустился по лестнице в «Комплекс» и направился к телефону в углу. Там он достал монетку и набрал номер.
– Сейчас вернусь, – сказал Алекс.
Он встал и прошёл к телефону. Охранник стоял спиной к нему. На этот раз он сможет даже подойти достаточно близко, чтобы расслышать разговор.
– …завершится полным успехом.
Охранник говорил по-английски, но с сильным акцентом. Он по-прежнему стоял спиной к Алексу. Немного помолчав, он продолжил:
– Я встречусь с ним сейчас. Да… прямо сейчас. Он отдаст всё мне, а я потом передам вам.
Снова пауза. Алекс понял, что разговор вот-вот закончится, и отошёл на несколько шагов назад.
– Мне надо идти, – сказал охранник. – До свидания.
Он положил трубку и ушёл от телефона-автомата.
– Алекс?.. – позвала его Сабина. Она по-прежнему сидела за столиком одна. Алекс понял, что она, скорее всего, увидела, что он сделал. Он поднял руку и помахал ей. Придётся потом как-нибудь объяснить ей всё произошедшее.
Охранник не пошёл обратно наверх. Вместо этого он вышел через дверь, ведущую в длинный подземный коридор. Алекс последовал за ним.
Всеанглийский Лаун-теннисный клуб занимал обширную территорию. Снаружи он чем-то напоминал парк развлечений, только посвящённый теме тенниса. Тысячи людей непрерывным потоком из ярко-белых рубашек, тёмных очков и соломенных шляп ходили по тропинкам и крытым дорожкам, соединявшим корты, чайные комнаты и кафе, рестораны, магазины и палатки с атрибутикой, билетные кассы и будки охранников.
Но под всем этим великолепием располагается ещё один мир, скрытый от посторонних глаз. Здания клуба соединены между собой подземным лабиринтом коридоров, туннелей и дорог – некоторые из них настолько широки, что по ним может проехать автомобиль. Даже на поверхности легко потеряться, а уж под ней – тем более. Указателей очень мало, да и стюардов, которые всегда подскажут, куда нужно идти, тоже нет. Это мир поваров и официантов, мусорщиков и курьеров. Каким-то образом им удаётся во всём этом ориентироваться – выходить на свет божий именно там, где нужно, а потом снова исчезать.
Коридор, в котором оказался Алекс, назывался «Королевским трактом». Он соединял Миллениум-билдинг с Первым кортом – теннисисты ходят по нему на матчи, оставаясь незамеченными. В коридоре, выстланном ярко-голубым ковром, было тихо и пусто. Охранник шёл метрах в двадцати впереди Алекса; внезапно оказавшись в одиночестве, мальчик даже немного испугался. Кроме них, в коридоре никого не было. Над ними, на поверхности, туда-сюда сновали целые толпы, наслаждаясь солнцем. Алекс очень обрадовался ковру – он приглушал звуки шагов. Охранник, похоже, очень торопился. Он до сих пор не остановился и даже не обернулся.
Охранник дошёл до деревянной двери с надписью ТОЛЬКО ДЛЯ СОТРУДНИКОВ и, не останавливаясь, прошёл в неё. Алекс, немного подождав, последовал за ним. Обстановка резко изменилась: бетонный коридор с отметками жёлтым строительным скотчем, над головой – широкие вентиляционные трубы. В воздухе пахло бензином и мусором; Алекс понял, что это так называемая «Дорога багги», транспортная артерия, которая огибает кругом весь клуб. Мимо него прошли двое подростков в зелёных фартуках и джинсах, толкавших перед собой пластиковые мусорные контейнеры. В другую сторону шла официантка с подносом, полным грязных тарелок. Охранника нигде не было видно, и на мгновение Алексу показалось, что он вообще упустил его. Но затем он увидел размытый силуэт, исчезнувший за прозрачными пластиковыми лентами, которые свисали с потолка. Разглядев форму охранника, Алекс поспешно пошёл следом.
Пройдя за занавеску, Алекс сразу понял две вещи. Он вообще не знал, где оказался – и он здесь совсем один.
Он стоял в изогнутой подземной комнате, напоминавшей по форме банан; крышу поддерживали бетонные колонны. Помещение напоминало подземную стоянку, и действительно рядом с мостками, на которых он сейчас стоял, были припаркованы три или четыре автомобиля. Но бо́льшую часть места занимал мусор: пустые картонные коробки, деревянные поддоны, ржавая бетономешалка, обломки старых заборов, сломанные кофейные автоматы, отправленные доживать свой век на мокром бетонном полу. В комнате неприятно пахло; Алекс слышал режущий уши визг, похожий на звук, издаваемый циркулярной пилой, из машины по уплотнению мусора, стоявшей где-то неподалёку. Тем не менее эту же комнату использовали для хранения еды и напитков. Здесь стояли пивные бочки, сотни бутылок с газировкой, газовые баллоны и с десяток огромных белых холодильников с надписью «РЕФРИЖЕРАТОРЫ РОЛЛИНГС».