Всего за 179 руб. Купить полную версию
Евгения Перова
Мужчины, которых мы выбираем
Серия «Счастье мое, постой! Проза Евгении Перовой»
Все имена и события в произведении вымышлены, любые совпадения случайны
В оформлении обложки использована репродукция картины художника Висенте Ромеро Редондо «Elena's dreams».
Художественное оформление серии С. Власова
Фото автора на обложке С. Курбатова
© Перова Е., текст, 2020
© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2020
Пролог
Высокий молодой мужчина в джинсах, неприметной куртке и бейсболке, надвинутой козырьком на глаза, подошел к подъезду семнадцатиэтажного жилого дома и постоял, словно кого-то ожидая, а когда в дверях показалась мамаша с коляской, проворно заскочил внутрь – кода он не знал. Поднялся пешком на пятый этаж, на ходу надевая тонкие перчатки, огляделся по сторонам, а потом ловко открыл дверь одной из квартир. На пороге он замер и некоторое время прислушивался, но было тихо. Мужчина перевернул бейсболку козырьком назад и начал неспешный осмотр квартиры, отворяя дверцы шкафов и заглядывая в ящики. Первым делом он отодвинул скользящую дверцу шкафа-купе в прихожей, оттуда на пол вывалились мужские тапки огромного размера, пустая коробка и яркий фиолетовый шарф. Мужчина поморщился и запихнул все обратно, пробормотав: «Так я и думал». В большой комнате, служившей спальней, он задержался подольше и иронически хмыкнул при виде роскошного ложа с резной спинкой.
Войдя в маленькую комнату, мужчина ахнул и негромко воскликнул: «Кошки! И как это я забыл? Где же они?» Действительно, в комнате были кошачьи домики и лежанки самых разнообразных видов и размеров, когтеточки, конструкции для лазанья, кошачьи туалеты и многочисленные игрушки, а также поилка, аппарат для автоматической подачи корма и тренажер в виде большого колеса, но ни одной кошки не наблюдалось. Мужчина затаил дыхание и снова прислушался, но не услышал никаких звуков, кроме тех, что доносились с улицы. Тогда он еще раз прошелся по квартире, но никого так и не увидел.
Сделав все, что хотел, мужчина ушел. Через некоторое время в прихожей материализовались две кошки – черная и золотистая. Взволнованно переговариваясь, они обнюхали ручку входной двери, запрыгнули на тумбочку и уселись ждать прихода хозяйки.
А незнакомец, выйдя из подъезда, прошел переулками к своему автомобилю, завел мотор и включил песню Оскара Бентона «Чудо Бэй-Парквэя». Усмехнувшись, он медленно двинулся вперед, внимательно приглядываясь к идущим по тротуару девушкам. Выбрал одну и поехал за ней…
Часть первая
Кот Шрёдингера
Глава 1
Иван и Юка
Юля Кавелич, а для друзей просто Юка, с раздражением покосилась на трезвонящий мобильник, вздохнула, поморщилась, но все-таки ответила:
– И зачем ты звонишь, Силантьев?
– Только не бросай трубку! Это очень важно, Юля!
Голос Ивана дрожал от напряжения и тревоги, и Юка взволновалась: Ванька называл ее Юлей только в особых случаях. Но она не собиралась так быстро сдаваться:
– Для кого Юля, а для тебя – Юлия Олеговна. Что надо?
– Поговорить! Очень срочно! Это вопрос жизни и смерти. Юля, пожалуйста. Я могу подъехать прямо сейчас. Ты где?
– Дома. Но вряд ли мои кошки захотят тебя видеть. А к тебе я не поеду.
– Хорошо-хорошо! Давай поговорим в машине.
– Ладно, подъезжай.
Через пятнадцать минут Юка вышла во двор и огляделась с независимым видом. Пару месяцев назад они с Иваном чудовищно поругались и с тех пор не общались. Вернее, ругалась Юка, а Иван даже не пытался оправдываться – трудно найти оправдания, когда ты сам в полуголом виде, а из твоей ванной выходит сексапильная блондинка. На самом деле Юка чуть его не убила, с силой кинув в Ивана тяжелую связку ключей. Блондинка завизжала, а Иван чудом увернулся.
Тогда Юка на день раньше вернулась из командировки и, соскучившись, поехала прямо к Ивану, а не за кошками, которых отдавала на передержку. Сюрприз хотела сделать, идиотка! Сначала предполагалось, что ей придется задержаться еще на три дня, но неожиданно удалось уложиться в два. Юка не могла отвязаться от мысли: не вернись она так внезапно и не застань Ивана на месте преступления, узнала бы она когда-нибудь об этой блондинке или нет? Потом она целый вечер рыдала, а кошки недоумевающе мяукали: не так должна вести себя хозяйка, вернувшаяся после долгого отсутствия! Где извинения и покаяния? Где нежные ласки и вкусняшки?
Кошки были породы «ориентал», забавные и очень разговорчивые. Юка специально завела двоих, чтобы не скучали, пока ее нет дома. Золотистая Бонни, кокетливая и нежная, на самом деле то и дело подбивала своего приятеля на разного рода проказы, а потом с невинным видом взирала на хозяйку и только что головой не кивала в сторону Клайда: «Это все он. Ах, Клайд такой хулиган! А я – примерная кошечка». Хулиган Клайд, совершенно черный, щеголял неимоверно большими ушами и разговаривал хрипловатым басом, в отличие от Бонни, выразительно выпевавшей целые фразы пронзительным контральто. К Ивану кошки тоже относились по-разному: Клайд предупреждающе шипел, а Бонни игриво валилась на бок, предлагая почесать ей животик.
После ссоры Иван несколько раз пытался поговорить с Юкой – звонил, подстерегал на улице, один раз даже заявился к ней домой. Она была непреклонна и захлопнула перед ним дверь. И вот он опять возник. Но на сей раз дело явно было не в той ссоре, иначе он бы не назвал ее Юлей. За пятнадцать минут Юка навела максимальную красоту – пусть видит, гад, что потерял! И по страдальческому выражению лица Ивана поняла, что он вполне осознал ценность потери.
– Классно выглядишь! – произнес он, вздохнув. Юка прищурилась:
– Так в чем дело?
– Садись. – Иван распахнул заднюю дверцу, Юка села, он влез с другой стороны и снова вздохнул.
– Я не должен тебе рассказывать, но…
– Не рассказывай.
– Да послушай ты! Информация закрытая, так что – никому. Но тебя я должен предупредить. У нас пошла серия.
– Да ты что! И сколько уже?
Юка тут же забыла о ссоре и измене – работа для них обоих всегда была на первом месте.
– Пока два трупа, но сейчас пересматриваем прошлые дела, вдруг найдется сходство. Первое убийство было около трех недель назад, второе тело обнаружили только вчера. Молодые женщины – одной двадцать пять, другой – двадцать два. Задушены.
– Изнасилованы?
– Нет. Типаж один и тот же.
Тут голос у Ивана дрогнул, и он с трудом договорил:
– Обе худощавые брюнетки, примерно метр шестьдесят. У одной заметные татуировки. У другой цветные пряди в волосах.
У Юки вдруг пересохло в горле. Она машинально провела рукой по своим черным волосам с фиолетовыми прядями разных оттенков. Иван кивнул:
– Да. Вторая вообще очень на тебя похожа. Я как увидел… Господи, Юка, я подумал, это ты!
Они смотрели друг на друга, потрясенные, а потом Иван сгреб девушку в охапку и увлек к себе на колени. Она не протестовала. Он прижимал Юку, целовал, заглядывал в глаза:
– Я так испугался, что потерял тебя навсегда! Прости меня! Прости. Я тогда свалял дурака, признаю, но я люблю тебя…
– Свалял дурака – так теперь называется подлая измена?
– Я клянусь! Больше никогда!
– Скажи, а раньше ты мне изменял?
– Нет! – воскликнул он так искренне и пылко, что Юка поверила сразу.
– Тогда почему?!
Иван сник и виновато сказал:
– Я не знаю.
– Ты понимаешь, какую боль мне причинил? Как унизил?
Он еще ниже опустил голову:
– Прости! Если б ты только знала, что я пережил, когда увидел ту девушку!
Вообще-то он потерял сознание, увидев «Юку», лежащую на мокрых листьях. Шея девушки была неестественно вывернута, а по волосам ползла букашка. Иван как заметил эту букашку, так и отрубился. Никто над ним не смеялся, только молодой фотограф спросил шепотом: «Чего это он?». Ему ответили: «Думал, его девушка. Похожа очень». Он тут же позвонил Юке, она на него наорала, но Иван был счастлив: жива!