Валерий Викторович Бронников - Северина стр 6.

Северина занялась домашними делами. Быстро наставив самовар, она пошла готовить деду свежую постель. Иван полосовал щук, больше не обращая внимания на Северину, увлёкшись и стараясь выполнить работу с высоким качеством. Как вышел дед, он не заметил.

– Так, у нас опять гости!

– С лёгким паром! – обернулся на голос Иван.

– Спасибо! Ты как тут очутился?

– Возвращаю спиннинг и собираюсь домой. Выходные закончились, а Северина пригласила меня в баню.

– Что ж, в баню, так в баню. Полотенце она тебе даст, можешь идти, а тут всё оставь, без тебя сделаем.

– Да я уже закончил. Северина у тебя настоящий рыбак!

– Она не только рыбак. К труду внучка приучена.

– Я знаю, ещё и охотник, хорошо стреляет, – сразу вспомнил её выстрел Иван.

– Ну, за это ты её не ругай. Я уже сам пожурил.

– А я и не ругаю. Действительно, по лесу ходят разные люди, а она умеет постоять за себя. Ну, я пошёл!

– Северина, – окликнул дед, – Дай гостю полотенце.

Северина хлопотала по хозяйству. На столе стоял урчащий самодовольно самовар с заваривающимся наверху маленьким чайничком. Она и сама не знала, что ей не давало покоя. С тех пор, как появился этот, по её мнению, никчемный человек, праздно шатающийся по лесу, что-то в её душе переменилось. Возникло какое-то новое чувство, которое она раньше не испытывала. Ей почему-то не хотелось, чтобы он уходил. Пусть ходит, прячет трупы или ещё делает какие-нибудь гадости, но лучше, если он останется на озере. С ним не скучно и рыбу он умеет ловить не хуже её. Он внёс какое-то разнообразие в её скучную однообразную жизнь. Дед не в счёт. Они так привыкли друг к другу, что почти друг друга не замечали. Каждый из них занимался своим делом. Имелась и полная взаимозаменяемость. Дед мог готовить обед, а Северина охотиться или наоборот. Они никогда не спорили из-за домашних обязанностей.

В свои двадцать три года Северина ещё не знала мужчин. Видеть, конечно, видела много всяких проходимцев. Кого только не заносит в их скромную обитель! Всегда чего-нибудь просят: то соли, то спичек, то полено для костра. Вот и этот – пришёл просить! Всем что-то надо! О замужестве Северина даже не думала – это ей и не приходило в голову. Дед, конечно, об этом думал. Он знал, что рано или поздно с внучкой придётся расстаться, но право выбора оставлял за ней. Никогда о замужестве ничего не говорил и не навязывал ей своё мнение.

Мысли её перескакивали одна на другую, но опять она возвращалась к Ивану: «А этот с руками! Видела, какие у него ручищи! Гребёт неплохо. А если обнимет? – задушит». – её бросило в краску от своих мыслей. Она даже украдкой огляделась по сторонам – не подслушивает ли кто?

Иван вышел распаренный и довольный. Он пыхтел и отдувался.

– С лёгким паром! Садись пить чай, – пригласила Северина, – Дед с тобой тоже ещё чашку выпьет.

– Ты нам, внучка, принеси-ка лучше наливочки. Мы после лёгкого пару примем по одной, тогда и чай лучше усвоится.

Северина спорить не стала. Она не привыкла перечить деду. Принесла бутыль самогону, изготовленному по их особому рецепту, закуску и две стопки.

– А себе что же ты не принесла? – спросил дед.

– Ты же знаешь, что я не пью и не буду. Моя очередь идти в баню. Смотрите, чай весь не выпейте, оставьте мне после бани чашку.

– Ну, как знаешь, одна стопка бы не повредила твоего здоровья. Чай, если и выпьем, тебе согреем. А по стопке мы выпьем. Правда, Иван? – обратился он к всё ещё красному Ивану.

– Правда, дед, – в тон ему ответил Иван.

– Раньше ты заглядывал редко, а тут прямо зачастил.

– Так получилось. Я в этот раз приехал безо всего. У меня взяты с собой только деньги.

– В лесу деньги без надобности.

– Это верно. Так за что выпьем?

– Давай за знакомство, мы встречались всё как-то мимолётом, а так за столом не сидели.

– Давай за знакомство, я согласен. Хорошая у тебя внучка, выручила меня куском хлеба. Два дня я прожил и был не голоден.

– Внучка золото, жаль в лесу женихи не водятся. А с другой стороны, замуж отдавать мне её жалко, совсем один останусь. Попадётся какой-нибудь деспот – житья не даст, – ушёл в свои мысли Николай Николаевич.

– Так, дед, жизнь устроена, что люди женятся, расходятся, рожают детей, старятся и умирают. Мы на это никак повлиять не можем. Так всё в природе устроено.

– А всё равно жалко. Это моё дитя и я за него в ответе. Росла без отца и матери. У неё друзья только звери лесные.

– Я зверей близко никаких и не видел.

– Близко их и нет. Они к человеку не подойдут, а Северину знают и подходят к ней запросто. Когда-нибудь увидишь. У неё и защитница есть: лесная рысь. Она везде следует за ней, только не всегда показывается, а от недругов защищает, к дому подходит редко, собака и кот ей враги, да и запахи человеческие лесному зверью не по вкусу. А ты что же, Иван, женат, нет? – перевёл разговор на другую тему Николай Николаевич.

– Женат. Вот от жены и сбежал сюда. Не получилось у нас, буду разводиться.

– Что так?

– Да так. – уклонился от ответа Иван.

– Ну ладно, не хочешь – не говори, в душу лезть не буду. У каждого своя дорога, по этой дороге мы и идём всю жизнь. Стоит только свернуть, как тут же заплутаешь, а чем дальше идёшь, тем труднее выбраться. Вот такая философия! Не смотри, что я в лесу живу. Лес живёт по тем же законам, что и человек. Здесь многому можно научиться. Я вижу, что ты человек неплохой. Что у вас там получилось, не знаю. Знаю одно, что с дороги вы свернули, а дальше всё зависит от самого: сумеешь сориентироваться, увидишь, где выход на главную дорогу, не сумеешь – тропинка будет сужаться, а после и совсем потеряется.

– Спасибо, дед, вразумил.

– Ты давай, закусывай. Знаю, что два дня краюхой хлеба питался. Тебе ещё ехать. Будет время, заходи. И мне не скучно будет. Я, смотрю, Северина с тобой разговаривает. Обычно она людей сторонится, особенно мужиков. А вот и она, легка на помине!

Северина шла мимо вся распаренная.

– С лёгким паром! – почти одновременно сказали мужчины.

– Спасибо! – она не стала останавливаться, прошла в дом.

Иван тоже встал из-за стола:

– Спасибо, дед, мне пора. Пока дойду, потом доеду, там уже и ночь наступит, а утром на работу. Спасибо ещё раз за гостеприимство.

– Как знаешь, задерживать не буду. Решай свои дела. Тебе лучше знать, что делать. У вас в городе другая жизнь, торопливая и непонятная. Правда, живём мы под одним небом, в одном государстве и на одной земле, – философски закончил свою мысль Николай Николаевич.

– До свидания, – Иван зашагал размашистым шагом по тропинке к калитке.

* * *

Вернувшись домой, Иван обнаружил жену дома. Она мирно посапывала в кровати. Почувствовав его присутствие, Светлана проснулась.

– Ты почему не ушла? – спросил Иван.

– А куда я пойду?

– К соседу или к маме. Здесь ты уже не дома.

– Никуда я не пойду, – заявила Светлана.

– Я подаю на развод, мне распутная жена не нужна.

– А кто же тебе нужен? Развода никакого ты не получишь!

– Ещё как получу! Будешь артачиться, я предъявлю фотоснимки, – сблефовал Иван.

– Какие фотоснимки?

– Я успел заснять процесс на плёнку.

– Только посмей! – взвизгнула Светлана.

– Значит, развод. Я вижу, ты согласна. Спать я буду на диване. Завтра уйду на работу, а ты займись упаковкой своего имущества. У твоей мамы жилплощадь большая, перебирайся пока к ней, по крайней мере, до официального развода. Переехать сосед тебе поможет. Неужели откажет? – спросил, не ожидая ответа, Иван.

– Я всегда знала, что ты подлец. Да, я изменяла тебе и что такого?!

– Вот и иди к своему любимому.

Утром Иван торопился на работу. Он быстро согрел чайник, выпил кофе и, переодевшись, ушёл, даже не побрившись. Ему не хотелось устраивать бесполезные дискуссии, которые заводили только в тупик и пользы не приносили. Работал он в геологоразведке, поэтому его и тянуло на природу, к которой он привык и чувствовал себя там, как дома. Жуков ещё не был настоящим разведчиком, только учился, работал, как говорят, на подхвате, но это его нисколько не смущало. Все когда-то начинали с нуля и числились в своём деле птенцами. Всё со временем придёт, надо только набраться терпения.