Всего за 549 руб. Купить полную версию
Мура добрая девочка и всегда хочет порадовать бабушку.
Знаю! «Бесы» и «Отцы и дети» с готовностью сказала она. Нет, ну только не надо меня уверять, что не Достоевский! Лягушку в «Отцах и детях» резали?! И старушку резали там же! Что, нет? Зато я знаю, Чехов написал «Ваньку Жукова» и продолжение, ну, когда он вырос. «Дядя Ваня».
Мурочка! Теперь мы поговорим о поэзии! Каких ты знаешь русских поэтов? вкрадчиво произнесла мама, и у меня вдруг возникло ощущение агрессии с её стороны.
Маяковский! Маяковский написал «Человек в штанах». Ещё русских поэтов знаю Пушкин, Лермонтов, Блок, Евтушенок.
Кто раньше жил, Блок или «Евтушенок»? подозрительно спросила мама.
Но Муру сбить было трудно.
Одновременно.
Мама думает, что Мурка придуривается, но я-то знаю ничего подобного. Разве что совсем чуть-чуть, для увеселения публики. Вся мировая культура просвистала мимо нашей Муры. Трудно сказать, кто виноват, семья или школа, но ведь не я же, и не моя Мура! Значит, остаётся школа! Эта элитарная школа полностью отбила у Муры охоту к процессу познания.
Для меня не читать то же самое, что не есть, не пить и вообще не жить. Я читаю всегда утром, до того, как встать, за едой, в машине в пробках Однажды, когда я стояла в пробке на Фонтанке и читала, из соседней машины высунулся водитель и говорит: «Вам-то хорошо, у вас автопилот!»
Только один раз в жизни я не читала целый месяц. Когда умер мой папа. Я тогда была ещё очень маленькая. Мне было тридцать два года. Папа тоже был ещё не окончательно взрослый, ему было всего пятьдесят четыре. Вечером мы все вместе, с мамой, Муркой и Денисом, пили чай и пели наши любимые песни: «Стоял я раз на Невском, держался за карман», потом «Цыплёнок жареный», и ещё «Крутится-вертится шар голубой». И было как-то особенно тепло, а может, это я потом придумала, а на самом деле было обычно, и я бы ни за что не запомнила этот вечер, если бы той ночью папа не умер. И когда я стояла над ним, уже неживым, мне было как будто лет пять, так я чувствовала. И если кто-то спрашивает меня про родителей, я говорю: «Мой папа умер» и тут же у меня внутри всё наполняется слезами, как будто это было вчера и мне всё ещё очень мало лет, пять-шесть, не больше. Вот тогда я целый месяц не могла читать, брала книгу и тут же начинала плакать. А вообще я всё время читаю. И не понимаю, как у меня выросла такая грандиозная невежда как Мура.
Для меня не читать то же самое, что не есть, не пить и вообще не жить. Я читаю всегда утром, до того, как встать, за едой, в машине в пробках Однажды, когда я стояла в пробке на Фонтанке и читала, из соседней машины высунулся водитель и говорит: «Вам-то хорошо, у вас автопилот!»
Только один раз в жизни я не читала целый месяц. Когда умер мой папа. Я тогда была ещё очень маленькая. Мне было тридцать два года. Папа тоже был ещё не окончательно взрослый, ему было всего пятьдесят четыре. Вечером мы все вместе, с мамой, Муркой и Денисом, пили чай и пели наши любимые песни: «Стоял я раз на Невском, держался за карман», потом «Цыплёнок жареный», и ещё «Крутится-вертится шар голубой». И было как-то особенно тепло, а может, это я потом придумала, а на самом деле было обычно, и я бы ни за что не запомнила этот вечер, если бы той ночью папа не умер. И когда я стояла над ним, уже неживым, мне было как будто лет пять, так я чувствовала. И если кто-то спрашивает меня про родителей, я говорю: «Мой папа умер» и тут же у меня внутри всё наполняется слезами, как будто это было вчера и мне всё ещё очень мало лет, пять-шесть, не больше. Вот тогда я целый месяц не могла читать, брала книгу и тут же начинала плакать. А вообще я всё время читаю. И не понимаю, как у меня выросла такая грандиозная невежда как Мура.
Мурка заметила выражение моего лица и решила оправдаться.
А зато я знаю, кто написал «Дневник Бриджит Джонс», первый том и второй тоже, похвасталась она и затихла в предвкушении похвалы.
Молодец, Мурочка. Мама улыбнулась печальной улыбкой обитателя последнего островка культуры в нашем мире. Твоя мать кандидат психологических наук вырастила очень продвинутую девочку!
Откуда мама знает слово «продвинутая»? Читает журнал «Афиша»?
Мама ушла домой, а Ирка-хомяк всё сидела и сидела, просто какой-то каменный гость! Я наврала ей, что мне нужно готовиться к лекциям, но Ирка сказала, лекции это ерунда.
Тогда я придумала, что сейчас ко мне с любовными намерениями зайдёт Роман. И тут Ирка уселась поудобнее и сказала, что она только одним глазком и вообще не помешает
Я не сдалась и сообщила, что мне необходимо срочно с ног до головы обернуться морскими водорослями для улучшения цвета кожи лица и тела. Это Ирка-хомяк посчитала за уважительную причину и наконец-то убралась, а я собралась читать «Постижение истории», а вовсе не новый детектив Акунина. Противная Мурища спрятала нового Акунина от меня в своей комнате. Но мы с Львом Евгеньичем прокрались в её комнату, как следует порылись в Куче и нашли всё, что хотели, я Акунина, а Лев Евгеньевич недоеденный бутерброд с сыром.
Поздно вечером, почти ночью, мне в голову пришла блестящая, совершенно новая революционная идея насчёт Муры. Факультет международных отношений! Не могла дождаться утра, растолкала Мурку и спросила, не хочет ли она стать послом?