Всего за 209 руб. Купить полную версию
Что получается при таком раскладе?
Ловко убиты два зайца!
Сердце Вити разбито – подруга куда-то исчезла, не посчитав нужным что-либо объяснить. В каких случаях так происходит? Когда появляется третий, далеко не лишний, а раз так, кто-то должен уйти, и этот кто-то – Витя, но такие объяснения всегда очень тяжелы. Кинематографические шедевры про сбежавших невест – характерное тому подтверждение. Но тут как раз подоспеет верная, преданная Настя со своими утешениями. Вернуть парня, который уже когда-то был твоим, при таком раскладе проще простого.
И второй аспект: все знают, конкурс при поступлении в творческие вузы огромный. Но на самом деле он, конечно, еще в несколько раз выше объявляемой сумасшедшей цифры. Катя говорит, что не будет помогать дочери при поступлении. Но кто «завалит» дочь известной актрисы и знаменитого режиссера? Это же все – один круг, и кому-то может понадобиться помощь, протекция, никто не решится портить отношения с Воронковыми. И таких актерских дитяток всегда поступает очень много! Так что Насте даже при получении поддержки Воронковых могут просто отказать – потому что несчастных пятнадцать мест уже заняты прямыми отпрысками нужных людей. А если Марина сходит с абитуриентской дистанции – Настя явно в выигрыше. Одним потенциально свободным местом все-таки становится больше. И поддержка Воронковых опять-таки не теряется…
Девочка все рассчитала правильно. При благоприятном раскладе никто никогда не узнает о ее причастности ко всей этой истории. Она особо ничем не рискует, она рассчитывает всех переиграть.
Что ж, надо все-таки посмотреть, что за информация у нее в ноутбуке…
Наталия щелкнула по иконке «Мой компьютер», выбрала наиболее заполненный диск из всех имеющихся, и… Первое, на что наткнулся ее взгляд: папка «Письма Вите».
«Милый Витенька. Я не могу говорить тебе всех этих нежных слов, которые до сих пор являются моими мыслями, моим дыханием. Но я ведь могу писать тебе, правда? Мне все равно, что ты никогда об этом не узнаешь. Наверное, мне даже уже не важно, где ты, с кем ты. Для меня ты всегда находишься только рядом со мной. Мы с тобой переносимся в прекрасное чудесное место. Там всегда лето, поют птицы, все наполнено ароматом цветов и свежей травы. Там бегают наши дети. Там никуда не надо торопиться и ничто не отвлекает нас друг от друга. Там я всегда могу прикасаться к тебе, целовать тебя. И мне все равно, что эта прекрасная страна является всего лишь моей фантазией. Для меня она более настоящая, чем реальные унылые дни, наполненные болью и страданием. Просто дни без тебя…»
– Вам никто не говорил, что лазить по чужим компьютерам нехорошо?
От неожиданности Наталия вздрогнула. Она быстро обернулась и увидела невысокую русоволосую девушку. Если бы ее взгляды превратились в молнии – вокруг бы все уже запылало.
– Я думаю, что лазить по чужим компьютерам – это ничуть не хуже привычки незаметно прокрадываться в комнату.
– В свою комнату! В свою собственную комнату! – гневно заметила Настя и вдруг метнулась к дверному проему, закричала: – Карвин, фу! Место!
– Гав-гав-гав! – возмутился разбалованный пес и, не обращая внимания на команды хозяйки, попытался протиснуться мимо девушки.
Он радостно сопел и вилял хвостом. Ведь ясно же – в комнате Насти находится чудесная гостья, которая умеет так классно чесать за ушами. Она еще не видела этой черной мохнатой игрушки. Сначала Карвин подразнит гостью странной волосатой штукой, а потом положит голову ей на колени. Только вот Настя ничего не понимает! И сама с ним не играет уже давно, и другим не позволяет!
– Гав! – снова выдал пес.
Наталия спокойно заметила:
– Настя, да хватит вам толкать собаку. Я вас уверяю, что уже рассмотрела черный парик во всех подробностях. Я сначала не поняла, почему вы так занервничали. Но потом вспомнила, что Катя мне рассказывала сегодня про какую-то цыганку со страшным предсказанием. Это были вы? Тогда вас можно поздравить, у вас явные актерские способности. Это же надо, так одурачить и до смерти перепугать одну из самых профессиональных актрис в нашей стране! Я думаю, теперь Карвин все-таки может войти…
– Я сама знаю, что может делать моя собака, – огрызнулась Настя. – Если вы заявились сюда, чтобы шарить в моем компе, выдвигать глупые обвинения и давать советы насчет Карвина, то ваша миссия, я так понимаю, уже выполнена? У меня нет никакого желания с вами общаться!
– Потерпите немного. Я только хочу сказать, что знаю все о вашем плане. И я собираюсь пойти в милицию. Вы зашли слишком далеко. Я просто не позволю, чтобы с Мариной что-то произошло. Поверьте, это в ваших интересах – просто сказать мне, где ваши сообщники прячут Марину…
Весь вид Насти выражал холодное презрение. Закатив глаза к потолку, девушка пробормотала:
– Говорят, мудрость приходит с годами. Но это тот самый случай, когда возраст пришел один! Или в компании старческого маразма!
– Огрызайтесь сколько хотите. – Наталия расстегнула висевшую на плече сумочку, достала удостоверение в красной, как и у сотрудников милиции, корочке. – Я вас уверяю, что нам будет очень легко вывести вас на чистую воду. А парик, – Писаренко сурово сдвинула брови, пугать так пугать, – я изымаю на экспертизу!
Карвин послушно разжал пасть. Хотя по его расстроенной морде явно читалось: как жаль расставаться с такой классной штуковиной…
Наталия с треском захлопнула за собой дверь, спустилась вниз на несколько пролетов, а потом присела прямо на ступеньки.
Грубо все получилось. Все карты раскрыты. Если у Насти окажутся крепкие нервы и она просто не станет пороть горячку и разыскивать своих подельников – то, наверное, действительно придется обращаться в милицию. Только…
Мысли внезапно оборвались. Наталия вдруг услышала, как хлопнула дверь квартиры – судя по звуку, возможно, именно Настина. А потом раздался возбужденный детский голосок:
– Витя, послушай, все осложнилось. Я даже вот из дома вышла, чтобы с тобой переговорить, боюсь, мама услышит. Короче, ко мне только что приходила какая-то тетка. Она что-то подозревает. Нам надо перепрятать Марину, дача моих родителей – это слишком рискованно. У меня такое чувство, что эта тетка все знает. Что значит – у тебя нет машины? Тогда надо найти! Тетка пошла к ментам, нельзя терять времени!
Витя…
Дача ее родителей…
Когда Настя вернулась к себе, Писаренко сразу же достала сотовый телефон.
– Катюша, все в порядке, – затараторила она. – Я думаю, что скоро найду девочку. Подскажи мне адрес дачи Настиных родителей. Нет, прямо у Настиной мамы не спрашивай. Да, лучше позвони соседу…
Она ничуть не изменилась за то время, что я ее не видела.
Те же рыжие волосы, ехидная улыбка, проницательный взгляд.
Помню, в детстве мне всегда было не по себе от ее взгляда.
Наталия просто здоровалась со мной, а мне казалось, что она все знает про вырванную из дневника страницу и про то, как я дописала напротив своей фамилии в школьном журнале хорошую оценку…
Конечно же, она сразу поняла, что никто меня не удерживает насильно.
Я так понимаю, прежде чем войти в дом и устроить тут последний день Помпеи, она наблюдала в окно, как я спокойно перемещаюсь по комнате, смотрю телевизор, пользуюсь телефоном…
– А ну рассказывай, что все это значит? Ты хотя бы о матери подумала! На ней лица нет! Ты понимаешь, что есть вещи, которыми шутить нельзя! – орет Наталия. Устав, она безошибочно находит кухоньку, я слышу, как звякают чашки и льется вода. Потом Писаренко кричит еще громче: – Мне больше делать нечего, как тебя, поганку, разыскивать! Я сегодня весь день не жрамши, то трупы, то пропажа вот такой засранки, как ты. А теперь давай, все четко и по пунктам, как в армии: что произошло? Я с тобой разговариваю, между прочим!
Честно говоря, я совершенно не знаю, что ей сказать.
Она в принципе мне нравится, даже с учетом того, что из-за нее весь мой план полетел в тартарары, и Наталия орет так оглушительно, что у меня звенят барабанные перепонки. Просто эта женщина – из моего детства. Там было мало людей. Мама на съемках, папа на съемках. У меня никогда не было няни, родители со спокойным сердцем оставляли меня одну. Я умела поддерживать порядок, жарить картошку, не спускать сразу все деньги на мороженое. Может, они считали, что этого достаточно для такой самостоятельной девочки? Только вот не общаться ни с кем я так и не научилась. Сначала во время отсутствия родителей ко мне часто заходила бабушка. Как я радовалась! Бабуля терпеливо выслушивала все мои детские обидки. «Я вот вырасту и тоже уеду. А маме с папой будет грустно, они станут плакать и говорить: «Марина, вернись!» А я все равно не приеду», – озвучивала я бабуле план моей яростной детской мести. Только потом бабушка умерла, и разговаривать стало не с кем.