Ермаков Сергей Олегович - Пока падали звёзды

От автора

Только тот, кто рискует зайти далеко, знает, как далеко он может зайти…

Глава I. Через тернии к звёздам

Говорят, что между полуночью и тремя часами ночи – граница между Мирами истончается, и сквозь неё к нам проникают сущности, несущие с собой дары. Дары созидания и разрушения, поощрения и воздаяния, боли и удовольствия. Эти дары идут вместе с испытаниями и неминуемыми переменами, от которых невозможно спрятаться или убежать. Что должно быть, то будет.

Раньше… три самых тёмных часа ночи называли – «Ведьмин час», а потому, отправляясь спать, люди вспоминали прожитый ими день и просили обитателей иных Миров обойти их дом стороной, дав шанс проснуться на рассвете и сделать шаг в ещё одном дне.

Всё это так… если в это верить.

Можно найти много примечательного в истории моего города, но меня более всего с самого детства привлекал и интриговал лишь один уникальный феномен, делающий город не просто особенным, но напрямую сопричастным к настоящим вселенским процессам, которые каждый житель мог наблюдать собственными глазами с самых давних времён… если конечно отваживался поднять голову вверх и увидеть… как говорят небеса.

Имею в виду ежегодный звездопад, который виден над нашим городом во двадцатых числах июля. Это то, что манило меня всегда, незримо направляло по дорогам жизни и привело к этому самому моменту.

Я из тех, кто не любит много говорить, а предпочитает наблюдать. Мне интересны люди… они как загадочные и полные тайн природные явления. Мне нравится их изучать, каждую мелочь, каждый аспект. И это не простая любознательность… может изначально так и было, но… опыт и практика наблюдения изменили всё.

Достаточно быстро я пришла к выводу, что многие… да что там многие, большинство людей – сломаны. Сломаны внутри и снаружи, как строки битого кода в программе. Раньше, когда я была моложе, мне оставалось лишь фиксировать свои наблюдения, формируя собственные воспоминания о беспомощности… мне оставалось лишь размышлять над увиденным, ужасаться или смеяться, будучи не в силах что-либо с этим поделать.

Время шло, проделав свой путь, полный испытаний и трудных выборов, из школьницы и студентки я превратилась в ту, кем являюсь сейчас. Не возьмусь описать, кто же я теперь… думаю, сейчас во мне соединились максимально разные аспекты меня, образовав новую сущность, целостную и многомерную, что в итоге дало мне смелость действовать, а не только наблюдать и понимание того, как это делать.

Шаг за шагом, крупинка за крупинкой… головоломка моей жизни складывалась, приближая меня к заветному дню, который изменит многое. Одни из главных вопросов, которые каждый задавал бы себе в начале пути: что именно ты делаешь? И… зачем? Их задавала себе и я.

Ответ для меня оказался столь же ясен, как свет, озаряющий ночь во время ежегодного звездопада. Моей целью стало – создание инструмента, который позволит не только наблюдать, но и действовать, меняя реальность. А нужно это – чтобы помогать исцеляться тем, кто сломан самим собой или обстоятельствами жизни. Меня, как обладателя системного взгляда на устройство человека и Мира в целом, категорически не устраивала ситуация, в которой находились люди… многие из которых были прекрасны, но сломаны, а потому – бесполезны и даже опасны для самих себя.

Я всегда знала, что найти способ помочь этим людям – моя главная задача. Но также мне пришлось прийти к пониманию и других важных вещей. Первое, я не смогу помочь всем, а потому, выбирать тех, кому нужна именно моя помощь, нужно максимально тщательно и аккуратно. Второе, как бы я ни старалась, но в итоге помочь себе, сделав выбор – может лишь сам человек. А это значит, что контекст моей помощи должен быть опосредованным, действовать я должна через создание условий и предложение вариантов, в которых человек погружался бы внутрь ситуации добровольно, где ему необходимо было бы принимать решение о себе и своём будущем.

Чем больше и дольше я наблюдала за людьми, тем чётче становилось моё ви́дение. Вся эта боль, всё сожаление, все неприглядности человеческой жизни – как на ладони перед тем, кто смотрит. Изнутри своих жизней большинству будет казаться, что всё или практически всё более-менее в порядке, но со стороны видится совсем иное… безжалостная, безостановочная тоска, безысходность, злость, от который задыхается практически каждый встречный, нечеловеческая боль и разочарование. С подобным грузом живут тысячи и сотни тысяч, и всё это далеко от нормальности…

Размышляя о том, почему мало кто из людей по своей воле отваживается, во-первых, признать, что, мягко скажем, не всё хорошо, во-вторых, решается сделать то, что необходимо, чтобы ситуация изменилась, я для себя пришла к выводу, что: система общественного устройства практически с рождения формирует в людях привычку – ничего не замечать и ничего не делать. Думаю, так людьми проще всего управлять, ну, а, людям так проще переносить непереносимое, живя в зацикленном лабиринте инертной одинаковости.

Взять хотя бы звездопад, к которому я ещё многократно буду возвращаться. Он для меня являлся источником вдохновения и проведения, такой простой и одновременно – непостижимо сложный, как и сама Жизнь. Но спрашивая друзей, знакомых и коллег об отношении к звездопаду, никогда не получала сколь-либо осмысленный ответ, обычные и стандартные фразы, вроде «ну, да, красиво». Будто речь не о грандиозном природном явлении, доносящем до нас формы и оттенки самой Вселенной, а о гамбургере, который можно съесть на завтрак в любой день.

Сов временем пелена, разделяющая меня и остальных – лишь ширилась. Не потому, что я становилась всё лучше и лучше, вовсе нет, лишь потому, что окружающие – не прикладывали ни малейших усилий, чтобы хотя бы одним глазком, хотя бы на мгновение выглянуть из лабиринта проживаемых дней и обнаружить естество Мира, столкнуться с ним, войти в слияние.

Слияние – это чудеснейшая форма взаимодействия, раскрывающая суть, порой до боли накаляющая контакт, но непременно высвобождающая неимоверное количество энергии, совершая трансформацию. Только слияние создаёт возможность перестать быть маской и стать собой. Однако это именно те человеческие проявления, которые наиболее жестко подавляются, запрещаются и контролируются извне. Начальное стремление человека к слиянию с самим собой – умело подменяется правилами и нормами, следуя которым можно стать вроде как успешным и состоявшимся в социальном пространстве… вроде как. А стремление людей к слиянию друг с другом… подавляется при помощи хитрых социальных игр в богатство, расизм, сексизм и прочую выдуманную чепуху. Всё это в сумме приводит лишь к заблуждениям… иллюзии, порождают новые иллюзии, в которые помещаются люди. Но иллюзии опасны тем, что они не создают опоры… в результате чего большая часть населения – попросту находится в безопорном состоянии.

За время учёбы на биоинженерном факультете медицинского я бесчисленное множество раз слыша от профессоров надменную фразу «человек – это биологический компьютер», выдающую их высокомерную узколобость. Это полная бред. Точнее, сильно искажённый и упрощённый. В этой фразе акцент нужно делать на слово «биологический», тогда как все они всегда концентрировались на «компьютер». Но ни черта они не понимали. Я с десяти лет возилась с компьютерным железом и софтом, затем стала хакером, это дало мне опыт и понимание того, что люди – даже близко не компьютеры.

Компьютер – это просто инструмент, созданный для упрощения вычислений. Не видела ещё компьютеров, которым можно причинить боль, заставить страдать или радоваться; не знаю ни одной программы, которая плакала бы от любви или от потери. Тогда как люди – это биологическая система, созданная для чувств. Отождествляя себя с компьютером, человек лишь усугубляет своё состояние, становясь ещё более уязвимым, беззащитным и слабым. Ведь компьютерам не доступно слияние, оно доступно только людям. Освободиться настолько, чтобы вспомнить об этом, чтобы испытать это – вот то, ради чего имеет смысл жить. И те немногие, кто пришёл к подобному опыту – поймут меня.