Всего за 199 руб. Купить полную версию
Не доезжая до города, они повернули направо, на совсем уж узкую дорогу, зажатую подступающим вплотную к ней лесом. Въехали прямо под запрещающий въезд «кирпич» – и метров через пятьсот дорога уперлась в массивные металлические ворота, в обе стороны от которых убегал и терялся где-то меж деревьев нескончаемый высокий забор. По верху забора тянулись проволочные струны сигнализации. Кто-то невидимый распахнул перед ними ворота; машина проехала вперёд – и тут же остановилась, поскольку дорогу ей преграждал невысокий крепыш в белой дублёнке и белых же валенках. Крепыш стоял по-хозяйски твердо, руки держал за спиной, исподлобья разглядывал вновь прибывших, всматривался сквозь стекло внимательно – но вполне доброжелательно, впрочем. Ветер перебирал его редкие волосы, обрамляющие обширную плешь.
– Приехали, – объявил водитель.
Давал понять, что дальше они не поедут, хотя дорога и вела вперед, к угадывающемуся за деревьями большому дому из красного кирпича.
Телохранитель вышел из машины первым.
– Здравствуйте, – сказал ему крепыш в дубленке. – Я – Богданов Андрей Ильич, начальник службы безопасности.
Протянул руку для приветствия, сжал ладонь Анатолия в своей, поинтересовался, все еще руку не отпуская:
– Это вы – Китайгородцев?
– Да.
– Очень приятно. Как доехали?
– Спасибо, нормально.
– Холодно у нас?
– Мы еще не поняли.
– Вы к нам с оружием пожаловали?
Взгляд – внимательный и требовательный. Наконец он спросил о том, что его по-настоящему волновало. С блокпоста ему уже сообщили о вооруженном госте, и он поспешил навстречу.
– С оружием, – кивнул Анатолий.
– Оружие придется сдать.
У дома тем временем произошло какое-то движение, взревел мотор – и через несколько мгновений мелькнул меж деревьев двухместный снегоход. Он пролетел чёрным неудержимым снарядом по недлинной дороге и остановился как раз напротив вновь прибывших. За рулем сидела тонкая как тростинка девушка в длинном свитере и джинсах.
– Рита! Замерзаю! – визжала она, раскрасневшись от восторга встречи. – Садись скорее!
Рита, смеясь, взобралась на снегоход, и черный снаряд умчался, обдав остающихся снежным облаком. Богданов проводил девчонок бесстрастным взглядом и снова обратился к Китайгородцеву.
– Так я насчет оружия, – напомнил он. – У нас тут есть определенный порядок… На время вашего пребывания на вверенной мне территории оружие надо сдать.
Снова примчался снегоход. Как оказалось – за Анатолием.
– Ну, что же вы! – крикнула ему Рита. – Едемте! Нас ждут!
– У меня возникла проблема.
– Какая проблема?
– Оружие…
– Ну, при чем тут оружие? – нахмурилась Алтунина, которой хотелось в дом, в тепло, и совсем не хотелось никаких проблем.
– А что такое? – спросила сидевшая за рулем снегохода девушка.
– У нашего гостя – оружие, – объяснил Богданов. – Надо сдать.
– Ему нельзя сдавать, – вступилась за Китайгородцева Рита. – Он же мой телохранитель!
Её подружка смотрела на Анатолия с уважением и интересом.
– Ну, ладно вам, Андрей Ильич, – сказала она Богданову с просительной интонацией в голосе.
– Не положено, – буркнул тот.
– Я поговорю с папой.
Богданов думал недолго.
– Я сам поговорю с Генрихом Эдуардовичем. Вы пока поезжайте в дом, – указующий жест девчонкам, – а вы со мной, – это уже Китайгородцеву.
И ему же:
– Вы не волнуйтесь, всё с вашей подопечной будет нормально. У нас тут кругом охрана – и никого посторонних.
А девчонки уже всё равно умчались, и поздно было о чём-либо волноваться – так что Анатолию не оставалось ничего другого, как направиться следом за Богдановым. Тот шел впереди и, постоянно оборачиваясь вполоборота, говорил:
– У нас тут – гостевой дом. Вы в нём будете жить. А с оружием вашим я решу. Пока не прояснится, как с вами быть, вы к хозяйскому дому не приближайтесь, пожалуйста. У нас там – охрана, а тут – вы со своим пистолетиком. Нет, я вас не пугаю, поймите, просто у нас порядок такой. А вы постоянно девочку опекаете?
– Нет. На эту поездку меня наняли.
– Чтоб в дороге ничего с ней не случилось? Понятно. У нас собаки бродят по ночам, обратите внимание. А вы – как частное лицо? Или от агентства?
– От агентства.
– От какого?
– «Барбакан».
– Это в Москве?
– Да, в Москве.
– Учились где-то?
– Курсы специальные заканчивал.
– Телохранителей?
– Да.
– А в армии служили?
– Служил.
– Какие войска?
– Пехота, – сказал Китайгородцев после краткой, в одно мгновение, паузы.
Богданов хмыкнул, некоторое время шел молча, думая о чём-то своем, потом сказал понимающе:
– Ну, ведь врёшь же!
– Вру, – не стал отпираться Анатолий.
– А зачем врёшь?
– Не люблю о себе рассказывать.
– Но воинское-то звание у тебя есть?
– Есть.
– Какое?
– Старший лейтенант.
– Запаса?
– Да.
– Опять врёшь – что в запасе, мол?
– Нет, не вру.
– Ладно. Считай, что я поверил.
Они вышли к двухэтажному дому, окна первого этажа которого были сплошь забраны решетками. Решетки Китайгородцеву понравились. Прочные. Богданов своим ключом отпер входную дверь.
– Скоро начнут съезжаться гости, – сказал он. – А пока тут пусто. Так что выбирай любую комнату, пока есть такая возможность.
– А две комнаты можно занять?
– Зачем тебе две?
– Одна – для меня, вторая для моей подопечной.
– Ну, в общем, можно. Потом мы вас уплотним, если потребуется.
– Мне нужно осмотреть дом.
– Да-да, – кивнул Богданов. – Это – пожалуйста.
– Вы через часок сможете сюда подойти?
– Зачем?
– Я дом посмотрю, и у меня, может быть, будут замечания.
– Ну, ты шустрый! – покачал головой Богданов. – Не успел в дом войти, а уже замечания готовишь? Ладно, я подойду попозже.
Телохранитель Китайгородцев:
«Замок входной двери – исправен… Решётки на окнах первого этажа – без повреждений, укреплены прочно… Фонарь… Огнетушитель… Освещение коридора – исправно… Где телефон?.. Второй этаж… Окно в коридоре… Щеколда… Огнетушитель?.. Освещение коридора – и тут исправно… Задвижка двери… Вид из окна… Шторы… Да, и вот еще замок двери. Сквозной… Спросить про ключи… Комнаты – смежные… Дверь из комнаты в комнату… Нормально… Опять шторы… Выход на чердак… Замок… Все-таки вот это окно… А в целом – нормально. После некоторых переделок жить можно… Бывало и похуже…»
Для Андрея Ильича Анатолий заготовил целый список пожеланий и прямо по списку ему перечислил:
– Фонарь у входа – неисправен; нет связи с основным домом, надо бы или телефонный провод пробросить, или поставить двустороннюю радиостанцию; на втором этаже отсутствует огнетушитель; задвижка двери в комнате охраняемой слабовата – заменить; заменить и замок…
– Замок-то тебе чем не нравится? – удивился Богданов.
– Сквозной, – пояснил Китайгородцев. – Через скважину замка возможен поджог. Далее. В двери отсутствует глазок; шторы заменить в обеих комнатах…
– А со шторами что?
– Не очень плотные. В тёмное время суток при включенном в комнате свете снаружи видно все, что происходит внутри. Далее. В коридоре второго этажа окно не запирается на щеколду. Щеколду – тоже поменять. На лестнице, ведущей на второй этаж, ступенька не закреплена. Закрепить. И еще. Надо бы какую-нибудь лестницу – складную или веревочную. Сюда, на второй этаж. На случай пожара и прочих непредвиденных обстоятельств.
– Я понял, – с кротким видом кивнул Богданов, затем аккуратно взял из рук Анатолия бумажный лист с перечнем неотложных дел, смял его – и демонстративно бросил на пол.
– В общем, никого не бойся, – покровительственным тоном посоветовал он. – Всё будет нормально, вот увидишь. Пуганые вы все какие-то там, в Москве. А у нас тут – жизнь спокойная.
Китайгородцев наклонился, поднял с пола бумажный комок, расправил его и снова вручил своему собеседнику.