Всего за 149 руб. Купить полную версию
Когда вода закипела, он добавил соль, огонь приглушил, надев на трубу поддувала печки консервную банку, снял пенку и положил порезанную морковь. Пока рыба томилась на медленном огне, подготовил картофель и лук. Он приготовил так называемую максу из печени налима. А готовилась она обычно так: печень в течение 5 минут проваривали в кипящей ухе, а затем её перетирали вместе с мелко нарезанным луком. Как только уха закипела, Николай положил порезанный картофель и целую луковицу. Далее варил уху примерно 20 минут при слабом огне, а потом вынул металлическое ситечко. После добавил кусочки филе налима, готовую максу, перец и лавровый лист. Всё опять закипело, тогда он снял кастрюлю с ухой и вылил туда половину лафитника водки. Далее всё накрыл толстым полотенцем, чтобы уха, как сказал Николай, протомилась десять минут. Аня, ощутив аромат ухи, отметила: «Уха получается дивная», а далее задала вопрос:
– Николай, я всё стеснялась спросить, но видя, как мастерски вы всё делаете… Поясните, пожалуйста, удивительную конструкцию вашей печки. Она весьма необычная.
– Это подарок от сына. Видите, у неё на поддувале небольшая труба с радиусом девяносто градусов. Если печка растапливается, то труба должна быть полностью открыта, а когда она разгорится (а нужно огонь убавить), то надевается заглушка, которая перекрывает приток воздуха, и огонь притухает. Сама заглушка хранилась в маленьком ящичке с песком, в котором она остывала. Заглушки потерялись, и я использую набор консервных банок с разным количеством отверстий в днище, с помощью которых я и регулирую тягу воздуха. Вот и весь секрет.
– Аня, Миша, давайте есть уху. А пока мы её будем есть, поджарится налим. Это будет нам на второе, прошу к столу.
Они с удовольствием сели ужинать. За окном уже был вечер. Чудесным ароматом ухи наполнилась вся избушка. Ужин удался, но у Николая было всё равно тревожно на душе. Вдруг рядом с избушкой раздался волчий вой. Анна вздрогнула, а Миша заплакал, так как ему стало страшно.
– Николай, что это?
– Одинокий волк. Сейчас я отгоню его выстрелами.
Он открыл дверь и выстрелил из ружья. Услышав выстрел, волк умчался в чащу. Николай выстрелил ещё раз в ту же сторону, куда побежал волк. Он вернулся и сказал, что волк от страха убежал и больше сюда не вернётся. Миша успокоился и пошёл спать. Николай понял, что у Ани назрел серьёзный разговор с ним, и решил его не откладывать на потом.
– Аня, я чувствую, что у вас есть ряд вопросов. Пока Миша спит, давайте их обсудим. Я сам в этом заинтересован.
– Николай, вы угадали мои намерения. Мой вопрос: как мне действовать по возвращении?
– Полагаю, написать от себя справку в милицию о событиях, произошедших со дня нашей встречи до последнего дня вашего пребывания здесь. К ней я приложу документы пилота с указанием места крушения вертолёта и места захоронения пилота. Приложу также все документы, которые я нашёл в вертолёте. Попрошу заверить мою справку подписью лётчика с указанием его паспортных данных. Лётчиков я попрошу отправить вас в Иркутск или Киренск в зависимости от их маршрута полётов.
После этого он сделал паузу, а затем продолжил:
– Аня, по прибытии в один из этих городов вы должны, как прилетите, первым делом обратиться в милицию с заявлением о катастрофе, приложив к нему мою справку. После этого попытайтесь связаться с вашей организацией в Москве. Далее – действовать по их указаниям.
– Николай, в связи с политическими изменениями в стране я не уверена в каком-либо положительном сценарии событий для себя и Миши.
– В любом случае я дам вам два письма. Первое письмо будет адресовано моему сыну, в котором я попрошу его о максимальном содействии в вашей судьбе. Оно будет содержать два его адреса (в Иркутске или Киренске). Второе письмо будет адресовано моей сестре, живущей в Киренске, с аналогичной просьбой. В обоих письмах я кратко изложу события о катастрофе вертолёта и вынужденном вашем проживании в тайге. Кроме того, я дам им указание предоставить вам жильё в моей пустующей квартире в Киренске на любой период, какой вам понадобится.
– Николай, я очень благодарна за вашу заботу обо мне и Мише. У меня с собой сберкнижка, на ней порядка 5 тысяч рублей. В советское время это были бы достаточно большие деньги. Сейчас, судя по передачам радио, этой суммы нам с Мишей вряд ли хватит на авиабилеты до Москвы.
– Да, такое исключать нельзя. Я полагаю рассмотреть вариант, если ваши предположения полностью оправдаются и денег вернуться в Москву будет недостаточно. Я предлагаю вам остаться в Киренске или Иркутске хотя бы на полгода. Возможно, в Иркутске вы сможете устроиться программисткой, хотя не очень уверен. Вы прекрасно владеете английским языком, вы имеете соответствующий диплом высшего образования об этом. Я думаю, вы сможете устроиться преподавателем в вуз или в школу, поживёте в моей квартире, а там определитесь со способом возвращения в Москву.
– Возможно, это тоже вариант. В любом случае я попытаюсь связаться со своей двоюродной сестрой, которая живёт в Подмосковье. В зависимости от её ответа я и буду действовать.
Сделав после этих слов паузу, она продолжила:
– Николай, мы с Мишей улетим, а как же вы? По моим понятиям, оставаться здесь – это путь в никуда. Цены будут расти, и вам вряд ли хватит соболей, чтобы расплатиться с вертолётчиками за их услуги, не говоря уж о более сложных превратностях судьбы – это болезни, опасности охоты и многое другое. Я предлагаю вам рассмотреть вариант нашего совместного возвращения в городскую жизнь.
– Пока я не готов к такому повороту событий, но исключать его нельзя. Послушаем, что нам расскажут про городскую жизнь вертолётчики. Давайте, Аня, спать, утро вечера мудренее.
По итогам этой беседы Аня сделала в своём дневнике седьмую запись: «1 февраля 1992 года – зимняя рыбалка и варианты возвращения».
Анна и Николай больше не обсуждали варианты возвращения. Анна была в душе очень благодарна Николаю за его предложения поселиться в Киренске или Иркутске временно. Более всего её беспокоил вопрос о квартире в Москве и о работе. Она понимала, что имеющегося у неё вклада недостаточно для жизнеобеспечения и возвращения в Москву. Из радиопередач она поняла, что цены непрерывно растут, уже в январе-феврале они увеличились на основные продукты в 10–15 раз по сравнению с августом 1991 года.
Николай понимал, что в словах Анны есть большой резон вернуться к сыну, так как все его накопления в очень короткий период обесценятся, и смысла вести жизнь отшельника никакого нет. В первой половине февраля Николай был всегда рядом с Анной и Мишей. В один из дней, когда Анна и Миша спали, Николай начал писать свою справку о катастрофе. Утром, перечитав её, он предложил Анне ознакомиться с ней. Ей всё в этой справке было понятно, и она со всем была согласна. Николай, понимая свою ответственность за всё происходящее, очень внимательно следил за окрестностями вокруг их жилья, к счастью для них, ничего тревожного не наблюдалось.
Во вторник, 12 февраля, над их избушкой пролетел вертолёт. Сделав небольшой круг, он совершил посадку в 100 метрах от избушки, подняв тучи снега над собой. Николай мгновенно оделся и выскочил из избушки. Снежный вихрь от вертолёта прекратился, и снег улёгся, из вертолёта вышел мужчина. Николай бросился к нему. Анна по указанию Николая оставалась в избушке и стала быстро собирать обед, чтобы накормить прилетевших лётчиков. Миша внимательно следил за всем происходящим. Николай и мужчина о чём-то быстро переговорили и направились в избушку.
Анна и Миша поздоровались с вошедшим лётчиком. Он представился пилотом вертолёта Ми-4П и попросил рассказать о катастрофе. Анна всё озвучила, отметив, что пилот Ми-2 делал всё возможное, чтобы спасти вертолёт и жизнь пассажиров. Выслушав это, пилот попросил согласие Анны и Николая на немедленную связь с руководством полётов для доклада о катастрофе Ми-2 и судьбе пассажиров вертолёта.
Пока пилот говорил со своим начальством, Николай зачитал Ане письмо от сына, переданное вертолётчиком: «Дорогой отец, прошу выполнить просьбу сына и срочно вернуться домой. Без тебя плохо мне и твоим внукам, мы очень ждём тебя. В стране всё летит прахом, рубль обесценивается. Ты мне можешь очень помочь в моих делах, сейчас важно не упустить время. Подпись: твой сын Василий».