Всего за 319 руб. Купить полную версию
Надо отдать должное тому, кто это придумал. Все гениальное просто. Главное, выглядит правдиво. А если ты еще и прирожденный актер, то вообще не к чему придраться. Но все дело в том, что работники кафе и ресторанов тоже не дураки. Поэтому серия подобных схем облапошивания, прокатившаяся по кафе и ресторанам Тарасова, быстро сошла на нет.
Бармен тоже, видимо, решил, что мы с Аней как раз из тех, кто пожелал отведать превосходнейшего мясца, но не собирался за него платить. Стойку и наш столик разделял неширокий проход, поэтому он обратился ко мне, не покидая своего рабочего места.
– Счет? – предложил он, улыбаясь одним уголком губ.
– Давайте, – ответила я. – Вы не могли бы приготовить кофе на двоих?
– Просто кофе?
– Покрепче.
Бармен пожал плечами.
– С учетом времени суток предложил бы латте. Сердечко тоже хочет жить.
– Отлично. Давай латте.
В дальнем углу зала вспыхнул экран телевизора, установленного под потолком. Это был кабельный канал, по которому крутили зарубежные музыкальные клипы. Сначала я бездумно смотрела на экран, а потом подумала, что каждый из нас вполне может оказаться на месте Дмитрия. И ведь оказывается. Просто вида не подает. Или тщательно скрывает. Причины могут быть разными. Вот, например, написал ты сценарий и показал его знакомому. Тот сказал: «Так себе сценарий, никуда не годится». Ты и думать об этом забыл, а потом сидишь дома и смотришь фильм по телевизору. Это же фильм, снятый по твоему сценарию, оставленному у знакомого! Как? Что? Почему? Но фильм отхватывает премию «Оскар». И ты такой: «Эй, это же мой сценарий! Почему мне ничего не сказали о съемках? Почему нет моего имени в титрах?» А твой знакомый в ответ: «Твой сценарий? Не смеши, ты не имеешь к этому никакого отношения. Ты сам мне его отдал. Ну и что, что он мне не понравился. Ты все придумал. Славы захотелось? Так и скажи». И все верят не тебе, а тому, кто украл. Рукоплещут ему, берут интервью, осыпают деньгами. А ты теперь никто, твоя правда никому не нужна.
Почему так получается? Почему справедливость превращается в тлен? По какой причине? Аня сказала, что Макар Волков одним словом перечеркнул жизнь своего благодетеля. И все же – с чего бы ему так делать? Может быть, Замберг где-то перегнул палку, отговорил от выгодного контракта, поставил жесткие условия, пригрозил или чем-то обидел Макара? А Волков не смог этого пережить и отомстил Дмитрию таким ужасным способом? Интересно, как долго они общались? Из какой помойной ямы Замберг вытащил Волкова? Судя по всему, он много ему дал. А сам потерял все.
Анька все же молодец. Сколько ее помню, она была пробивной. И довольно трудолюбивой. Я никогда не видела ее ноющей или просящей о помощи, если не считать пары случаев, когда она забегала за солью или брала взаймы тысячу до завтра. И ведь реально вернула тогда деньги на следующий день, еще и дыню в благодарность приволокла. Тете Миле она, правда, почему-то не нравилась. Тетушка утверждала, что Аня не из тех людей, которые будут общаться с кем-то долго, ничего не требуя взамен. Но я с ней не соглашалась. Просто тетя Мила была не в курсе, что прошлой весной редкие в нашем городе таблетки от давления достала ей именно Аня, у которой нашлись нужные знакомые. И Аня умоляла меня не говорить об этом тете Миле, чтобы та не стала рассыпаться в благодарностях.
А мы живем и делаем свои выводы в отношении других, совсем их не зная. Эх…
– Вот ваш кофе. И счет.
Рядом с латте легла маленькая кожаная папка. Вот он – час расплаты. Сумма за наши с Анькой посиделки вышла немаленькой, и я положила в папку последние купюры, решив взять эту часть культурной программы на себя. Что ж, осталось дождаться подругу и спокойно отчалить домой.
Кофе был очень кстати, потому что коктейль почти выветрился из головы и повторения не хотелось. Меня потихоньку стало клонить в сон. День был тяжелым, а прекрасный ужин и легкая духота, царившая в помещении бара, способствовали возникновению желания выйти на свежий воздух. Но торопиться я не стала. Решила дождаться Аню, которая почему-то задерживалась.
От компании веселых мужчин, которые зашли в бар после нас, отделился один и через весь зал направился ко мне. Я мигом подобралась. Его намерения были не ясны, но я догадывалась, что он вряд ли захочет обсудить со мной мировую политическую обстановку.
Он остановился рядом со стойкой и прикоснулся к спинке свободного стула.
– Разрешите?
Я осторожно качнула головой. Мужчина сел на Анин стул, сложил руки на стойке и принялся меня в упор разглядывать.
Я перевела взгляд на бармена. Он с интересом наблюдал за происходящим.
– Сколько? – поинтересовался гость.
Он был симпатичным, если не сказать больше. Суперская стрижка, ухоженная растительность на лице, а из-под воротника рубашки выглядывал край татуировки, которая, несомненно, занимала значительную часть его тела. Странным образом строгий пиджак и брюки чудесно дополняли его образ. Чувственный мужчина.
– Вы про что? – спросила я.
Конечно, я уже поняла, что он имеет в виду. Вопрос, который он задал, мог относиться только к одному. Правда, обратился красавчик не по адресу. Но мне отчего-то вдруг стало весело.
– Не понимаю вас, – светски улыбнулась я.
– Разве?
– Поверьте.
– А вы тут с подругой, да?
– Да, мы с подругой, а что вам нужно?
– Как зовут подругу?
Он реально думает, что я ему выложу все по первому требованию? Может, ему еще и паспорт показать?
– Зачем вам ее имя?
– Ну как это? – изобразил он искреннее удивление. – Я Виталик. Меня так мама в детстве звала. А как вас в детстве звала мама?
Зря он вспомнил о наших мамах. Особенно о моей.
– Что же вы все-таки хотите?
– Да познакомиться же.
– Вас друзья ждут.
Виталик обернулся и посмотрел на своих спутников. К своему удивлению, я отметила, что никто из них не пялится в нашу сторону. Они о чем-то увлеченно спорили.
– Нет, не ждут, – покачал он головой.
Будь тут Аня, все стало бы гораздо понятнее и мне, и Виталику. Но так как за стойкой находилась только я, то отбиваться приходилось в одиночку. В принципе, я была бы не против познакомиться с ним поближе, но как-нибудь в другой раз. Сегодня я уже ничего не хотела. А главное, Виталик принял меня за кого-то другого. И я решила принять правила игры.
– Вы задали мне вопрос, но не уточнили, – напомнила я.
– Да, – тут же отозвался Виталик. – Сколько?
– Я отвечу, – пообещала я. – Но сначала уточните, пожалуйста, о чем вы. Вопрос-то к чему угодно можно привязать. К весу. К возрасту. К количеству арестов.
Боковым зрением я заметила, что к нам приближается еще один человек из той же компании. Вот теперь я серьезно напряглась. Даже бармен застыл на месте.
Но развязка оказалась весьма прозаичной. Второй подошел к Виталику и опустил ему руку на плечо.
– Ты ошибся, – коротко заметил он и повернулся ко мне: – Извините за беспокойство. Просто мой друг боится знакомиться с девушками, но немного выпил и решил погеройствовать. Простите его, пожалуйста.
И тут Виталика словно подменили. От слащавой улыбки не осталось и следа. Он посмотрел на своего знакомого.
– Ты уверен?
– Да. Пойдем.
Виталик прижал руку к груди.
– Бога ради, девушка… вот черт. Простите меня.
И они ушли. А я в одиночестве осталась переваривать увиденное и услышанное.
Аня даже не подозревала, какие страсти тут разгораются. Курила себе на улице и, видимо, не особенно торопилась вернуться. Плюхнулась на стул и сделала жалобное лицо.
– Слушай, мне позвонили, я совсем потеряла счет времени. Меня долго не было?
– Не знаю, – холодно ответила я. – А ты что, куда-то уходила?
– Да не обижайся, я же не сбежала!
Она повернулась к барной стойке.
– Друг, меня долго не было? – спросила она.
– Не считал, – невозмутимо ответил он и вдруг хрюкнул от смеха.
– Да ладно, – ахнула Аня. – Ой, кофе. Ты мне заказала кофе? Спасибо, Жень. Я как раз хотела… Слушай, давай попросим счет, а я его оплачу, а?