Всего за 119 руб. Купить полную версию
Первой вошла Даша. Она подготовилась, ее одеждой служило банное полотенце, остальное, видимо, осталось в спальне у Маши.
– Привет. – Даша скинула полотенце и перешагнула бортик ванны.
– Привет. Ложись, распаривайся. – Я, одетый в жутко жмущие плавки, остался стоять. – Маша предупредила, что я не дипломированный специалист?
Даша с блаженством погрузилась в горячую воду.
– Она сказала, что у тебя божественные руки. Талант от Бога важнее бумажки с печатью.
У Даши были длинные черные волосы, белая кожа, грудь с крупными сосками и роскошные бедра. Темнота волос оставила след и там, где не надо, едва пробившаяся поросль бросалась в глаза. Я осматривал взглядом профессионала, а сердце радовалось. Спасибо судьбе за такой подарок. В жизни все странно и до невозможности взаимосвязано. Не поругайся я с родителями… Не оставь бабушка Вера квартиру в наследство… Не случись у «родственницы» Маши неправильного романа… Не оттолкни меня Люба в плотских желаниях… Не потеряй я ключи, чтобы оказаться в ночном клубе… Не окажись Люба-номер-два хозяйкой специфического салона… Не произойди с Машей мелкой на вид, но судьбоносной неприятности, когда понадобилась моя непредставимая помощь…
Цепочка, звено за звеном, привела к счастливому для меня итогу, жизнь взбурлила и наполнилась.
Даша не скрывала, что ей нравится моя работа. Не результат, которого еще не было, а сам процесс. Я старался. Я был чутким и заботливым, руки превратились в бабочек, нежность исполнения зашкаливала. По-моему, чувство, с которым я относился к дарованному небесами объекту труда, нельзя назвать иначе как любовью. Я любил каждую выпуклость, каждую складку и каждую родинку. Каждое мое движение дышало любовью. На интимные части чужого человека, с которым ничего интимного у меня не было и никогда не будет, изливались нерастраченные чувства, годами копимые для моей любимой и единственной. Любе до определенного срока они не требовались, поэтому достались посторонним.
Не таким уж посторонним, если вдуматься. И мое упоминание Даши в качестве человека, с которым у меня не было ничего интимного, не соответствовало истине. Запах ее духов ударил в нос, едва она вошла: нежный, сладковатый, мягко обволакивающий. Уверенность, что под столом в ресторане была именно Даша, росла. Это подстегивало фантазию. Игры воображения сказывались на действиях – движения становились не просто ласковыми, а страстными, как у любовника, сгорающего от неутолимой жажды касаний и проникновений.
Даша ушла в абсолютном восторге, следующей вошла Арина. Тоненькая, с прыщиками грудей, фигурой она походила на подростка, но возраст примерно моей ровесницы выдавало лицо – взрослое, с лучиками морщинок у глаз и намечающимися кругами, с которыми Арина боролась косметикой. В ярко освещенной влажной ванной косметика не работала, я видел правду. Но я обращался с Ариной не как с много повидавшей ровесницей, а как с юной принцессой, впервые попавшей на бал, или как с мотыльком, случайно подлетевшим к огню – оберегал и трогательно заботился в каждом движении и поглаживании. По окончании Арина сказала:
– Спасибо. Маша права, у тебя невыносимо нежные руки, таких просто не бывает.
Когда я, закончив с уборкой и чисткой ванны, отдышался и вышел наружу, в квартире было пусто. Девушки ушли на работу.
Лечь спать? Да кто уснет после такого дня?
Душа болела. Происходившее со мной мне нравилось, но оно было неправильным. Люба, конечно, виновата, что в физическом плане бросила меня на произвол судьбы, но я виноват больше, я этим произволом воспользовался – пусть не сразу, а под давлением обстоятельств. Я себя не оправдывал. Виноват и раскаиваюсь. Но…
Пока Люба держит меня расстоянии, я буду пользоваться этим расстоянием. Как говорится, не я такой, жизнь такая.
На тумбе под телевизором лежали несколько купюр. Плата за «работу». В кавычках, поскольку разве же это труд? Будучи школьником, однажды я пошутил: «Кем буду? Не знаю, но найду себе высокооплачиваемую работу, не связанную с трудом». Кажется, сбылась давняя мечта.
Лежавшая передо мной сумма превышала плату за три виртуальных урока. О, кстати, уроки. Я начисто забыл про них, а время…
Пропущено всего пять минут. Я открыл ноутбук и включился:
– Добрый вечер. Прошу прощения за опоздание, у меня кое-что случилось, но больше такого не повторится. Начнем. Тема сегодняшнего урока…
А после урока я вновь мечтал о Любе и нашем будущем с ней счастье.
Люба. Любимая. Единственная. Несравненная. Когда же я смогу дотронуться до тебя так же, как дотрагиваюсь до других?
Я открыл ноутбук, фантазия включилась, родись новые герои и ситуации. Рассказ получился в жанре фантастики.
«Контактный зоопарк»
«Когда лежишь дома в постели, на улице ночь, а рядом в мерцающем ореоле проявляется посторонний, первая мысль – кирдык тебе, болезному. Умер. За тобой пришли.
Игорь подумал именно так. Прищурившись, он всмотрелся в сияющий силуэт, и волосы зашевелились: некто, возникший из ниоткуда, с плотоядным интересом встречно разглядывал его.
Посланец небес, больше некому. Особенно если учесть, что запертая на замки квартира находится на восьмом этаже, а посланец появился в ней… Посланец? Гм. Посланка. Первой в глаза бросилась грудь – большая и безупречная. И вторая такая же. Они как бросились, так и держали внимание, вцепившись насмерть. Потому что живые и ничем не прикрытые, чего давненько не наблюдалось в этой холостяцкой берлоге. После ухода жены…
Игорь поморщился, словно больной зуб растревожили, и вновь сосредоточился на замершей между кроватью и одежным шкафом посланнице. Не только грудь у нее была сказочной, остальное соответствовало. От чувственных обводов почернели бы от зависти все примы Голливуда, длинные оранжевые локоны напоминали языки пламени и словно облизывались в предвкушении, на коже вспыхивали и моментально исчезали узоры или неизвестные письмена. Глаза… Впрочем, какие же это глаза? Это двери в мир без правил – манящие, искристые, бездонные. Это приглашение в рай. Или в ад.
Так ангел перед Игорем или?..
Теперь без разницы. Он-она-оно уже пришло за ним, и до ответа на вопрос осталось совсем немного.
Взгляд Игоря скользнул в середину посланницы высших сил.
Пупочек. Милый такой, уютный, игривый. Будто жаждущий пошалить.
Неувязочка, огнетушитель ей в пекло. Небесные создания не рождаются греховным путем. Отсюда вывод: гостья – не ангел, не дух бесплотный и не призрак. Скорее, плод воображения, доведенного вынужденным воздержанием до края, за которым всякая чертовщина является – вот такая, оранжевоволосая и почти нагая.
Но до чего же приятная чертовщина. Единственной одеждой чертовщине служило нечто похожее на фартучек, что обрамленным бахромой треугольником свисал с тесьмы, которая опоясывала талию.
Не выпил ли Игорь вчера лишку? Логичная версия, но неверная. Не пил ни капли. В эти выходные он работал на дому, а в такие дни спиртному вход в дом и, тем более, в организм заказан.
В уши втек ласковый голос, пробравший до печенок:
– Я здесь.
«…ессссь…» – шипяще прошелестело и опутало, словно змея подкралась к мышке. Голос обволакивал, убаюкивал и одновременно будоражил. Захотелось откинуть руки за голову и забыть обо всем, отдавшись на волю судьбы.
Плод воображения повел роскошной грудью, которой явно бравировал и едва не тыкал в лицо. А тыкаемое лицо, если честно, ничуть не возражало зарыться в теплый студень и утонуть там физически и ментально.
Игорь сделал над собой усилие.
– Простите, я как бы никоим образом не против вашего визита, но не ошиблись ли вы адресом? Возможно, в соседней квартире вас ждут с намного большими основаниями, поскольку…
Горячий пальчик накрыл его губы:
– Не надо слов. Ты звал, я пришла.
Палец был настоящим.
Кровь вскипела, щеки запылали, как у невесты на выданье, пульс забился в истерике. До Игоря дошло, что он находится в замкнутом помещении с реальной девушкой, лежит обнаженный, а она почти такая же, и пришла она именно к нему. И если продолжить логическую цепочку…