Всего за 399 руб. Купить полную версию
Тот же «взгляд со стороны», отдалённость от Днепра.
И, наконец, именно «Сказания» дали нам ключ к пониманию некоторых слов в тексте «Велесовой книги». Так было установлено слово «акыне», что значит «акинаки» – скифские короткие мечи. В «Сказании про Беду-Бедучую» говорится об «оконяках» – специальных длинных ножах для вспарывания брюха лошадям противника: «берите оконяки ваши для коней вражеских и бейте их в самое черево!»
Также прояснилось слово «емшцы» – в «Сказаниях» это «емцы» – от «яти» (брать), то есть захваченные в плен враги.
Слово «крыженщiе» оказалось понятием «распинать на кресте» (букв. «раскрещивать»), т. к. выражение из «Велесовой книги»: «поврждете русе Боже-Бусе i седемдесент iне крыженщiе» (дощ. 32), нашло почти дословный перевод в «Сказании про Адагу-царя»: «Убили Годяки царя Руси (Буса), а с ним и семьдесят воевод его, да ещё и на крестах распяли их».
Детализировались и стали более понятными названия народов, которые встречаются в «Велесовой книге» – «верманое» – армяне («Ормяне» в «Сказаниях»), «кiморiе» – киммерийцы («Комыри» в «Сказаниях»), «кiельце» – кельты («Кельча» в «Сказаниях») и другие.
Таким образом, и «Велесова книга», и «Сказания» являются как бы частями единого целого, дополняя друг друга и помогая нам разобраться в тех или иных понятиях, исторических фактах и событиях, имевших место в Древней Руси.
Утверждения Ю. Миролюбова о том, что «Сказания» записывались им с 10-летнего (!) возраста со слов Прабки Варвары, старухи Захарихи и других «старых людей» на родине, – это миф.
В XVIII–XX вв. были забыты даже имена и предназначение славянских богов, не говоря уже о прадавней истории и мировоззрении наших пращуров до Рождества Христова! Также весьма сомнительно, что во всей Екатеринославской губернии, «в Карпатах, на Волыни, Киевщине, Задонье, на реках Кагальнике и Елабузде, среди солдат во время Первой Мировой войны», где, как утверждает Юрий Петрович, он собирал в записную книжку народный фольклор, не нашлось других собирателей – учёных-этнографов, славистов, фольклористов, которые запечатлели бы нечто подобное «Сказам» Миролюбова. Известные филологи-слависты конца XVIII – начала XIX века А. Глинка в «Древней религии славян» и А. С. Кайсаров в «Славянской и российской мифологии», равно как и М. В. Ломоносов в «Древней российской истории» (XVIII в.), и известнейший украинский историк Д. И. Яворницкий, живший в те же времена и в тех же местах, что и Ю. Миролюбов, исходивший и исследовавший их вдоль и поперёк, прозванный за это «энциклопедистом казачества», и другой украинский этнограф Иван Манжура (1851–1893 гг.), а также прочие профессиональные исследователи почему-то «прошли» мимо целой россыпи уникальных свидетельств, которых гимназист Миролюбов походя насобирал несколько томов (!) Это нонсенс. Следует также отметить, что в его первых книгах образы «рассказчиков старины» ещё очень расплывчаты и неопределённы. Сначала в их роли выступают «старые люди» из села. Там же упоминается старуха-знахарка, «имя которой, к сожалению, забылось… Её, кажется, звали Захариха, но с точностью уверить не могу». (Ю. Миролюбов, «Русский языческий фольклор. Очерки быта и нравов». Мюнхен,1982 г., стр. 27–28). Позднее появляются образы Прабки Варвары и кобзаря Олексы, а старуха Захариха вдруг… оказывается в семье Миролюбовых! «В нашем дворе в летней кухне… поселилась Захариха с мужем. Захариха была сказительницей. (Ю. Миролюбов, «Славяно-русский фольклор», Мюнхен,1984 г., стр. 122). Несомненно, что это – литературный приём, когда в уста своих персонажей Ю. Миролюбов вкладывает информацию из конкретных источников и, вернее всего – из «ценной библиотеки» художника Изенбека.
Имея на руках 20 томов трудов Ю. П. Миролюбова, работая в его архивах и проводя многолетние исследования, мы пришли к выводу, что весь имевшийся у него материал Ю. Миролюбов разделил на три части: одна часть была переведена, обработана и оформлена им в виде «Сказов Захарихи» (на манер «Народных русских сказок» А. Афанасьева), вторая часть послужила базой для написания своих различного рода произведений, а третья часть – собственно «Велесова книга» – оказалась наиболее трудной для перевода, поскольку язык её был специфический, жреческий, предназначенный для летописей и обрядовых молитв, а не «облегчённый», как в «Сказах», предназначавшихся широкому кругу простых людей. Поэтому «Велесова книга» и сохранилась в своём первоначальном виде и так попала к своим дальнейшим исследователям А. Куру (Куренкову) и С. Лесному (Парамонову). При их содействии «Велесова книга» увидела свет почти такой, какой она была, в отличие от «Сказов Захарихи», обработанных Ю. Миролюбовым.
Поэтому здесь пришлось основательно потрудиться, чтобы восстановить тексты и приблизить их к оригиналу. Нами проведена определённая литературно-художественная обработка текстов: убраны повторы, неточности, язык приведён в более современную норму, оставлены лишь слова, не вызывающие сомнения в их древнеславянском происхождении.
Приняв к сведению вышеизложенные факты, мы назвали данное произведение «Довелесова книга. Древнейшие сказания Руси», что более соответствует его сути.
Для удобства восприятия мы разделили «Сказания» на главы по временному и тематическому принципу и дали необходимые комментарии.
В главе «Сказания о земле Ойразской» читатель познакомится с самыми удивительными преданиями древнейших времён – за несколько тысячелетий до нашей эры, когда Русы-Ойразы жили на благодатном острове (или полуострове), и эта земля за одну ночь исчезла в пучине вод. Была ли это легендарная Атлантида? Об этом читайте в первой главе.
Во второй главе «Войны с Вавилоном и Персией» становится известно, как царица Мать-Сиромахова расправилась с персидским царём Киром, как русы воевали с Дарием Первым и заставили его отступить, применив тактику «выжженной земли». В «Велесовой книге» также говорится, что «персы забрали великую часть Руси и подчинили Набсуру» (Навуходоносору) – дощ. 6-В, и упоминается «вавилонское рабство», из которого русы сбежали благодаря землетрясению.
В третьей главе собраны «Древнейшие сказания Руси», когда пращуры ещё скифами-скотоводами кочевали на возах по степям («скифы» от древнерусск. «скуфе», «скуте» – скот). Есть здесь и интереснейшее сказание про Бабу-Ягу, которая выступает вполне реальной фигурой, установившей при своей жизни матриархат («Бабовщину»), за что и запомнилась на все времена.
В четвёртой главе «Приход киммерийцев» выясняется родственная связь киммерийцев со ставрами. «Комыри» надолго уходили в чужие земли, но потом какая-то часть вернулась, обогащённая новыми знаниями, в частности, они имели мечи «из прудкого (упругого) железа скованныя», в то время как в Крымских степях был ещё бронзовый век. «Велесова книга» также называет киммерийцев своими отцами: «Были кимры – также отцы наши, и они римлян потрясали, и греков разметали, как поросят испуганных» (ВК, дощ. 6-Е).
В пятой главе речь идёт о приходе кельтов («Кельчи»). Здесь находит подтверждение упоминанию в «Велесовой книге» о том, что кельты были дружественны русам. Однако не все, а та часть, которая осталась жить с русами. Удивительны и исполнены мистической тайны познания кельтов в лозоходстве, чародействе, траволечении и предсказании будущего. Также рассказывается о племенах костобоких и некоторых других народах периода древней истории.
В шестой главе «Отношения с греками» раскрывается механизм очень длительных и сложных взаимоотношений двух народов: войны, перемирия, совместные выступления против врагов, торговля.
Глава седьмая «Войны с Римом». С римлянами у древних русов было больше войн, чем мира: хищническая политика рабовладельческого государства всегда вызывала противодействие со стороны свободолюбивых славян. Особенно тяжкими были войны с Волохами. Wlochi («влохи») в переводе с польского означает «итальянцы», т. е. те же римляне, однако это не совсем одно и то же. Волохи «сидели за Дунаем» – это была территория, подчинённая Риму и платившая ему дань, одна из римских провинций, которую русы именовали «Волошина». Русы различали Ромов (или Румов), т. е. «собственно римлян», Волохов (как задунайскую провинцию) и Ромеев-Греков, т. е. Византию. Как видим, русы очень точно определялись в названиях, – Византия хотя и считалась Восточной Римской империей, но фактически принадлежала грекам.