Всего за 419 руб. Купить полную версию
Шай казалась высокой на каблуках, и, черт, умела же она носить такие туфли.
Мои икры начинало ломить при одной мысли, что я их надену.
– Да, в порядке, – откликнулась я, бросив взгляд на свой желтый кардиган со стрекозами, связанный мамой. Под ним скрывалась старая футболка с надписью Metallica, которую я стащила у папы, потому что она не налезала на его живот с 1988 года. Образ завершали мои любимые голубые рваные джинсы и желтые кеды.
Я собрала волосы цвета кокосовой кожуры в хвост, а от косметики на моем лице остались лишь микроскопические частицы туалетного мыла, которым я умывалась утром. По крайней мере, хоть мои брекеты были аккуратными и чистыми.
Стоило надеть лифчик с эффектом пуш-ап. Хотя навряд ли бы помогло. Такие лифчики подходят тем, кому есть что демонстрировать.
Рюкзак, тоже связанный мамой, болтался у меня на плече, и я уже начала считать мгновения до того момента, когда эта вечеринка закончится.
– Здесь в основном ребята из баскетбольной команды и их друзья, – заметила Шай, словно это могло изменить мое отношение к вечеринке, которую я уже начинала ненавидеть.
– Отлично.
– И там будут интересные люди, – продолжила она. – А не одни придурки.
– Звучит многообещающе.
– Ладно, давай зажжем, – воодушевилась Шай и, распахнув дверь, вошла в дом, переполненный людьми, которых я мечтала бы не видеть. Встреча с одноклассниками за пределами школы казалась мне самой чудовищной формой наказания. Я и так достаточно насмотрелась на них в течение года, и теперь мне меньше всего хотелось оказаться в их толпе, словно сардина в банке.
Мне больше по вкусу была бы пижамная вечеринка, когда мы с родителями снова посмотрели бы «Так чья сейчас реплика?», а не поглощение попкорна и жирных чизбургеров. Мама, конечно, приготовила бы вегетарианские бургеры. Несколько лет назад она посмотрела документальный фильм об истреблении животных, который изменил всю ее жизнь.
Папа тоже смотрел этот фильм, однако по-прежнему предпочитал стейк средней прожарки.
– Принесу тебе кока-колу, – сказала Шай.
– А ты пьешь сегодня?
Она покачала головой.
– Нет, после того случая с Лэндоном. Лучше быть трезвой, чем спьяну снова согласиться с ним поцеловаться.
– Это, конечно, правильно, но, если ты все-таки напьешься, я прослежу, чтобы ты не целовалась с придурком.
– Вот поэтому ты моя самая любимая кузина.
– Я твоя единственная кузина. И постарайся найти лед для колы, ладно? Я буду…
– В углу. – Она ухмыльнулась. – Готова поспорить на пять баксов, что найду тебя там с книгой.
– Похоже, ты знаешь меня как свои пять пальцев.
Расхохотавшись, она заторопилась прочь, однако это стоило ей большого труда. Каждый раз, когда Шай входила в комнату, все вокруг пытались привлечь ее внимание, а она была достаточно мила, чтобы никого не обидеть.
Я бы просто смылась.
Я не сразу получила свою колу, но зато мне повезло обнаружить укромный уголок под лестницей – местечко как раз в стиле Гарри Поттера, где можно было спокойно почитать.
Я натянула наушники, и не потому, что собиралась слушать музыку, а потому, что люди обычно оставляют тебя в покое, завидев их. Это была идеальная уловка интроверта: казаться занятым, чтобы избежать лишнего общения. А сочетать и то, и другое было просто беспроигрышным вариантом.
Одной лишь книги часто не хватало, чтобы люди оставили тебя в покое, но книга и наушники… Что ж, в этом случае вы превращались в призрака.
Нелегко быть интровертом в мире экстравертов, с его непременными домашними вечеринками, школьными клубами, «Неделей Духа» и общением с людьми, до которых тебе дела нет. Только тогда о тебе смогут сказать, что ты «живешь на полную ка- тушку».
Общество было худшим местом для интровертов, но я не сомневалась, что грядут изменения. И с нетерпением ждала того дня, когда в средствах массовой информации заявят о том, что жизнь в стенах своего дома – новое веяние моды, а общение с теми, кто тебе неприятен, стало пережитком прошлого. Как же мы, интроверты, возрадуемся!
Тишина… одиночество… чашечка вкусного кофе, большая стопка интересных книг и наши верные коты.
Я удобно устроилась на полу, скрестив ноги и скрючившись, словно сухой крендель, и прислонилась к стене. Чем лучше я спрячусь в своем уголке, тем меньше людей меня заметит. Продолжайте в том же духе, маглы. Меня здесь даже нет. Я всего лишь часть стены.
Достав из рюкзака книгу, я погрузилась в мир магии. Мне потребовалось несколько минут, чтобы отгородиться от царившего вокруг шума, однако Дж. К. Роулинг облегчила мне задачу, позволив раствориться в строках романа.
Удивительно, но эта вечеринка оказалась не такой уж и потрясающей. Кое-кто пил спиртное, но большинство интересовала музыка и неуклюжие танцы. Неподалеку от меня двое парней обсуждали баскетбольную статистику и тренировки.
Мне казалось, что многие будут помалкивать. Хотя, вероятно, большую часть своих предположений о том, как проходят школьные вечеринки, я почерпнула из сериалов и многочисленных романтических комедий.
И, похоже, читающая девушка не казалась чем-то из ряда вон выходящим. Странно, но я как-то вписалась в эту тусовку.
Однако я думала так лишь до тех пор, пока не услышала разговор двух парней, шепотом обсуждавших Шай. Пришлось оторваться от книги, потому что они говорили не только о Шай, но и обо мне.
Обо мне.
И это было… ненормально. Большую часть времени, проведенного в школе, мне удавалось, опустив голову, оставаться в тени. Мне казалось, что никто вообще не знал, кто я такая, и все считали меня какой-то странной девчонкой в нелепой одежде, с которой Шай каждый день ходила на ланч.
– Чувак, Железные Зубы тоже здесь, – донесся до меня шепот одного из парней поверх музыки.
– Не надо ее так называть, – простонал другой.
– А ты видел ее зубы? Все по-честному. Она ведь кузина Шай, да?
– Да, это она. Элеанор, – ответил другой.
Гм.
Он назвал мое имя. Большинство школьных знакомых называли меня Лицо со Скобкой или кузина Шай.
Странно.
– Иди, подмажься к ней и расположи ее к себе. И тогда Шай увидит, что я лажу с ее семьей. И уж тогда мы точно снова будем вместе.
Я бросила взгляд на парней, стараясь выглядеть невозмутимо, а затем снова уткнулась в книгу.
Конечно, этот Лэндон Гаррисон пытался снова найти способ завоевать сердце моей кузины, а точнее, пробраться в ее трусики.
В прошлом году они исполняли главные роли в школьном спектакле. На репетиции, когда Шай была взбудоражена происходящим, между ними вспыхнула искра. А потом она допустила глупейшую ошибку для актрисы – влюбилась в вымышленного персонажа, которого исполнял актер. Что взять с дебютантки?
Лэндон определенно не был мистером Дарси.
Они встречались целую неделю, а затем он изменил ей прямо перед премьерой. Когда она порвала с ним, он решил во что бы то ни стало вернуть ее, по всей вероятности потому, что не мог смириться с мыслью, что девушка не желала иметь с ним ничего общего. С ним и его мошенничеством.
К несчастью для него, Шай оказалась слишком стойкой и не могла терпеть его дрянное поведение. Она даже не смотрела в его сторону, за исключением тех случаев, когда не была подогрета спиртным.
– А не лучше будет, если сам с ней поговоришь? – спросил другой парень.
Я осторожно взглянула на него. Грейсон Ист был одним из самых классных учеников нашего класса. Его, как и Шай, обожали все.
Грейсон был чертовски красив, модно одевался, был звездой баскетбольной команды и мог заполучить любую девушку, какую бы пожелал. Стоило мне задуматься о том, кто был самым популярным в старших классах, на ум сразу приходил Грейсон. Его фотография красовалась на главной странице школьного сайта. В нашей школе он считался значимой фигурой.
– Чувак, я не могу разговаривать с этим существом. Она наводит на меня ужас. Она только и делает, что читает и постоянно носит эти нелепые кофты.