Всего за 23.8 руб. Купить полную версию
Однако несколько лет назад мне довелось услышать про один финт, основанный на комбинации психологических и физиологических особенностей этого народа, И я приберег полученные знания на будущее. Вот будущее и настало.
Я сурово оглядел каждого из йаванни и прокашлялся.
- Мальчики, а ваши мамы знают, что вы здесь? - поинтересовался я, стараясь говорить как можно более низким голосом.
У всех троих синхронно отвисли челюсти.
- Уже поздно, - продолжал я, не дав им и слова вставить. - Вам давно пора баиньки. Ну-ка, марш по домам! Живо!
Они переглянулись, радостное предвкушение драки, написанное на их физиономиях, уступило место растерянности. Меньше всего они были готовы к тому, что чужак, в два раза уступающий им в размерах, заговорит с ними как взрослый самец йаванни. И вязкий сироп, который заменяет им мозги, теперь мучительно пытался переварить случившееся.
- Вы что, не слышали?! - рявкнул я, сделав вид, что начинаю сердиться. - Живо по домам!
У того, что стоял слева, думательный сироп, очевидно, обрабатывал информацию несколько быстрее, чем у остальных.
- Твоя не йаванни, - прорычал он в ответ, безбожно, как и большинство его соотечественников, коверкая английскую речь. Меня окатило новой волной скипидарного запаха. - Твоя пусть не говорить так с наша!
Чуть присев на лапах, он сделал шаг в мою сторону...
И тогда я издал душераздирающий вой.
Йаванни встал как вкопанный, и на физиономии его обозначилось глубочайшее потрясение, поскольку мозг этого отморозка с рекордной скоростью постиг, какую роковую ошибку он, отморозок, только что совершил: я не двинулся с места, а он сделал шаг в мою сторону. И теперь получалось, что это он нарушил мою территорию. Теперь уже я был оскорбленной стороной и мог по законам йаванни выдвигать свои претензии/обвинения/требования. Таким образом, у меня появилось законное право на первый удар.
Вскоре он вспомнит, что я не йаванни, а значит, и правила хорошего тона его народа на меня не распространяются. Но я вовсе не собирался ждать, пока мой противник додумается до этого. Я сделал широкий шаг вперед и, сжав кулаки, врезал ему с обеих сторон в нижнюю часть туловища, в небольшие впадины по обе стороны центрального мышечного вала.
Йаванни издал жалобный писк, совершенно неожиданный из уст такой здоровенной твари, и рухнул наземь с грохотом, от которого вся таверна содрогнулась, а в моем сердце родилось чувство глубокого удовлетворения. Мой невезучий противник свернулся калачиком на полу и затих.
Двое других так и стояли, уронив челюсти и вытаращившись на меня в глубоком шоке. Я на это не попался - независимо от глубины потрясения они все еще пребывали в режиме личных территорий, и стоит ступить на облюбованный кем-то из них участок, как мне намнут бока. К счастью, это больше не составляло проблемы. Слева от меня теперь оставалось ничейное пространство. Перешагнув через поверженного йаванни, я вошел в таверну.
По залу прошелестело некое подобие куцых аплодисментов, которое, однако, быстро сошло на нет, как только благодарная публика спохватилась, что у входа остались стоять еще два мордоворота. Вряд ли мне стоило ожидать дальнейших неприятностей со стороны этой парочки, но я все же поглядывал на их отражения в медных рожках люстры, пробираясь через лабиринт столов и стульев. В глубине зала оказался пустой столик, удобно расположенный около уютного дровяного камина. Я пробрался туда и сел спиной к потрескивающему очагу. Когда усаживался, я как раз увидел, как два невредимых йаванни помогают своему еще нетвердо стоящему на ногах товарищу покинуть таверну.
- Поставить вам выпивку, сэр?
Я обернулся на голос. Справа от моего стола стоял смуглый мужчина среднего телосложения, в одной руке он держал наполовину опустошенную кружку. Отблески пламени играли на его густой светлой шевелюре.