Он ушел, успокоил их я. Бояться пока нечего.
Юдифь рассказала сестре Магдалине о наших проблемах, и мы вместе обсудили их. Магдалина настойчиво советовала пока ничего не предпринимать.
Я отвечаю за очищение Юдифи, сказала она. Я смогу растянуть очищение еще на неделю, и только после этого она снова будет тянуть жребий.
Я сказал:
Необходимо что-то сделать до этого.
Юдифь, переложив свои беды на плечи Магдалины, заметно успокоилась.
Не волнуйся, Джон, мягко сказала она. Вряд ли жребий выпадет на меня в первый же день. Нам нужно следовать ее советам
Сестра Магдалина презрительно фыркнула:
Ты совершенно не права, Джюди. Как только ты вернешься, жребий падет на тебя немедленно, вне всякой очереди, можешь быть уверена Она внезапно замолчала и прислушалась. Ш-ш-ш, замрите. И она бесшумно выскользнула из алькова.
Тонкий луч света вырвал из темноты человека, притаившегося у алькова. Я прыгнул на него раньше, чем он успел выпрямиться. Как ни быстр я был, сестра Магдалина опередила меня. Она повисла у него на плечах, он упал, дернулся и замер.
Подбежал Зеб.
Джон, Мэгги, раздался его напряженный шепот. Что произошло?
Мы поймали шпиона, Зеб, сказал я быстро. Что с ним делать?
Зеб зажег фонарик.
Ты вырубил его?
Он не придет в себя, ответил спокойный голос Магдалины из темноты. Я вогнала ему виброкинжал между лопаток.
Шеол!
Зеб, я вынуждена была это сделать. Благодари Бога, что я не воспользовалась обычным ножом а то весь пол был бы в крови. Но что нам теперь делать?
Зеб тихо выругал ее, но Магдалина не ответила ни слова.
Переверни его, Джон. Посмотрим, кто это.
Я повиновался, и луч фонарика уперся в лицо шпиона.
Так, да ведь это Снотти Фассет.
Зеб замолчал, и мне показалось, что я слышу его мысли: «Его-то мы оплакивать не будем».
Джон!
Да, Зеб?
Вернись на пост. Если кто-нибудь подойдет я проверяю коридор. Надо от него отделаться.
Юдифь нарушила тишину:
Выше этажом есть мусоросжигатель. Я вам помогу.
Молодец, девочка. Иди, Джон.
Я хотел возразить, мол, это не женское дело, но понял, что меня никто не будет слушать, и пошел к выходу. Зеб взял труп под мышки, женщины за ноги и унесли. Они вернулись через несколько минут, которые показались мне вечностью. Без сомнения, тело Снотти превратилось в атомы прежде, чем они вернулись, может быть, нас и не поймают. Правда, мне это не казалось убийством, да и сейчас не кажется: мы просто сделали то, что должны были сделать, следуя обстоятельствам.
Зеб был краток:
С этим покончено. Нас сменят через десять минут. Нам надо обо всем договориться раньше, чем появятся Ангелы Ясно?
Наши предложения были до смешного непрактичны, но Зеб выслушал всех, а затем сказал:
Слушайте. Теперь дело уже не только в том, чтобы помочь Юдифи. Как только обнаружат, что Снотти пропал, все мы все четверо окажемся под смертельной опасностью допроса. Понятно?
Понятно, сказал я.
И ни у кого нет плана?
Никто не ответил. Зеб продолжал:
Тогда нам надо просить помощи. И есть только одно место, откуда мы можем ее получить. Это Каббала.
3
Каббала? повторил я тупо.
Юдифь ахнула от ужаса:
Как же так Это значит продать наши бессмертные души! Они же поклоняются Сатане!
Зеб обернулся к ней:
Я в это не верю.
Юдифь посмотрела на него со страхом:
Вы каббалист?
Нет.
Так откуда вы знаете?
И как, добавил я, обратиться к ним за помощью?
Ответила Магдалина:
Я член подполья. Зебадия об этом знает.
Юдифь отшатнулась от нее, но Магдалина продолжала:
Послушай, Юдифь. Я понимаю, что ты чувствуешь. И когда-то я тоже была потрясена самой мыслью о том, что кто-то смеет выступать против Церкви. Но потом я узнала как узнаешь ты, что на самом деле скрывается за фальшивкой, в которую нас заставляют верить. Она взяла девушку за руку. Мы не поклоняемся дьяволу, моя милая. Мы и не выступаем против Бога. Мы сражаемся только с самозваным Пророком, который притворяется голосом Бога на земле. Иди с нами, помогай нам, борись вместе с нами и мы тоже поможем тебе. В ином случае мы не можем рисковать.
Юдифь всматривалась в ее лицо при неверном слабом свете, пробивавшемся от портала.
Ты можешь поклясться, что это правда? Что Каббала борется против Пророка, а не против Господа нашего?
Я клянусь, Юдифь.
Юдифь глубоко вздохнула.
Просвети меня, Господь, прошептала она. Я иду к Каббале.
Магдалина быстро поцеловала ее и затем обернулась к нам:
Ну?
Я ответил сразу:
Если Юдифь согласна, то и я согласен. И про себя подумал: «Боже, прости мне нарушение присяги. Я должен так поступить!»
Магдалина смотрела на Зеба. Он неловко помялся и сказал со злостью:
Я сам это предложил, правда? Но все мы идиоты, и инквизитор переломает нам кости.
Больше мы это не обсуждали не было возможности. На следующее утро я проснулся, проведя ночь в страшных снах, в которых действовал инквизитор и кто похуже его, и услышал, как в ванной весело жужжит бритва Зеба. Он вошел в комнату, стянул с меня одеяло, болтая о всякой чепухе. Я ненавижу, когда с меня стаскивают одеяло, даже когда я себя хорошо чувствую, и ненавижу веселье перед завтраком. Я снова натянул одеяло и попытался не обращать внимания на Зеба, но он схватил меня за руку: