Итак, именно в условиях полномасштабной и всеобъемлющей войны, подобной рассматриваемой, повышается значение объективных факторов, и, напротив, значение поступков исторических личностей, даже самых могущественных и выдающихся, снижается. Другое дело, что подобные личности своими волевыми действиями способны достичь максимума возможного в той или иной ситуации, но сами их возможности довольно жестко ограничены сложившимися объективными обстоятельствами.
К примеру, никакие организаторские и иные способности И. Сталина и других советских военных и политических руководителей не помогли им организовать успешное отражение агрессии Германии и ее союзников против нашей страны в 1941 году, поскольку нападавшие значительно превосходили СССР в силах, средствах и ресурсах и использовали факторы первого удара и неожиданности времени своего вторжения. Вместе с тем СССР смог избежать поражение в войне в столь неблагоприятных условиях ее начала, по-видимому, во многом благодаря умелым организаторским действиям своих руководителей. То же самое можно сказать о А. Гитлере и восхваляемых многими генералах вермахта, организаторские и прочие таланты которых не помогли им и Германии с немногими оставшимися у нее к тому времени союзниками в войне против блока явно превосходящих их по своим возможностям государств мира в 1944—1945 годах. Вместе с тем эти их таланты помогали добиваться им немалых политических и военных успехов в 1938—1940 годах, а также в 1942 году, в ситуациях примерно или почти равного соотношения сил противоборствующих сторон.
Кроме того, события истории и их причины надо рассматривать с учетом системных связей, поскольку, как известно, явления нашего мира так или иначе, в той или иной степени взаимосвязаны с огромным количеством иных явлений и взаимообусловлены друг другом, а любое из них, в том числе и общественно-историческое, представляет собой довольно сложный набор взаимодействующих и определенным образом упорядоченных элементов, находящихся в тех или иных отношениях как друг с другом, так и внешними элементами. В свою очередь, каждый из этих элементов также представляет собой определенную систему, как и система, в которую они входят, является элементом иных систем. Разрыв внутренних связей в системе либо их дезорганизация приводят к нарушению ее функционирования, ослаблению или даже распаду этой системы.
К сожалению, многие авторы, пишущие об истории Великой Отечественной войны, часто игнорируют всеобщий системный характер мироустройства, в том числе и общественных явлений, а потому и исторических событий, которые так или иначе складываются из этих явлений. К примеру, в последнее время немалое число из них увлеклись подсчетом количества танков в войсках противоборствующих в войне сторон, на основе чего решаются на далеко идущие выводы. При этом подобные авторы подразумевают то, что танки были самым грозным наступательным средством ведения войны этой эпохи. А раз так, то преимущество той или иной противостоявшей в ней стороны в их количестве, по их логике, было решающим фактором боеспособности ее войск, показателем степени готовности к войне соответствующих государств и даже степени агрессивности их военных планов.
Как такое вообще могло быть, чтобы у Германии вместе с ее союзниками танков якобы к началу войны было в несколько раз меньше, чем у СССР, если их армии вместе взятые были в это время гораздо больше советской, во всяком случае по численности личного состава, при том что Германия явно опережала нашу страну в научно-техническом развитии, а страны Оси в целом – в совокупных промышленных мощностях?! Наверное, все же соотношение танковых сил было далеко не таким, как это порой пытаются представить некоторые авторы, да и значение танков в то время, по-видимому, несколько преувеличено.
Чтобы верно определить место, которое занимали танки в рассматриваемой войне, надо начать с того, что танк – это всего лишь машина, создаваемая и управляемая людьми. Без укомплектованного, должным образом подготовленного экипажа, без необходимого оборудования и снаряжения, обеспечения боеприпасами, ГСМ, другими материалами и своевременного ремонта никакой даже самый совершенный, мощный и грозный танк ничего не сделает, разве что только напугает своим наличием вероятного противника. А может быть, наоборот, соблазнит его на захват этого чуда боевой техники, как порой воров соблазняет на кражу дорогостоящая бойцовая собака, которая по своему назначению должна их, как известно, наоборот, отпугивать. Воюет все-таки не танк, а его экипаж, используя эту боевую машину как средство.
В свою очередь, каждый экипаж со своим танком входит в соответствующее подразделение, которое вместе с другими танковыми, артиллерийскими, пехотными и иными подразделениями образует воинские части и соединения, сражающиеся при поддержке авиации и других родов войск. А эти подразделения, части, соединения должны действовать слаженно, для чего необходимо умелое управление ими, невозможное без хорошо развитых технических средств получения и передачи информации. Но и этого недостаточно, ибо нужно организовать сами эти войска, обеспечить их всем необходимым, в том числе и теми же танками, что уже зависит от надлежащего управления государством и обществом, их кадрового потенциала и различных объективных обстоятельств. При этом сражения, как и, разумеется, развитие экономики и инфраструктуры государства, обеспечивающих материально-техническую базу войск, происходят в конкретных условиях места, времени, обстановки и других объективных и субъективных факторов, которые по-разному учитываются сторонами и неодинаково влияют на их поступки и достигаемые результаты.
Таким образом, танки как важнейший вид боевой техники в рассматриваемую эпоху действительно были одним из весьма значимых элементов системы вооруженных сил, но одним из многих, да и вряд ли явно самым важным, поэтому они сами по себе исхода военной кампании решить не могли. Говоря по-другому, возможное преимущество в их количестве той или иной воевавшей стороны было еще совершенно недостаточным для успеха в ней, а тем более в войне в целом. Считать здесь нужно все или, во всяком случае, очень многое, а не только танки или, допустим, самолеты, не забывая при этом и о их качестве. И не только об этом.
Какой же тогда элемент этой системы и всей системы общества был решающим для военных успехов? Простой ответ на этот вопрос, пожалуй, не будет безупречным по своей точности. Но все же в данном случае в целом скорее придется согласиться с советским вождем, который в свое время, как известно, провозгласил, что кадры решают все, правда, говоря о строительстве социализма и технической реконструкции в СССР. Вот также и в войне решающими были человеческие ресурсы, особенно наличие необходимых кадров, системы их подготовки, отбора, ротации, а также развитие в государстве и обществе процессов вертикальной мобильности. Военные, научно-технические, производственно-промышленные и иные кадры и создавали танки, и управляли ими на полях сражений. Как, разумеется, создавали они и прочие многочисленные виды средств ведения войны и воспроизводства социальной системы. Говоря схематично, не танки решали все, а кадры, степень их развития и уровень их подготовки, объективное количество и качество человеческого потенциала в целом.