Всего за 549 руб. Купить полную версию
Мое Путешествие
Большинство из тех, кто начал практиковать асаны, делают это по причинам сугубо практическим, то есть для здоровья, пытаясь, например, избавиться от болей в спине, высокого кровяного давления, артрита или последствий спортивной травмы. Возможно, иногда это проявление озадаченности проблемами, связанными с улучшением качества жизни, – стрессом, зависимостью от чего-либо и лишним весом. Мало кто начинает заниматься в надежде достичь просветления, а большинство и вовсе относятся к этой идее весьма скептически. В принципе, это не так уж плохо, поскольку указывает на людей практичных, здравомыслящих и имеющих вполне определенные цели.
Делая свои первые шаги, я тоже имел весьма отдаленное представление об истинном величии этой науки. Я также, прежде всего, интересовался, насколько полезна она будет для здоровья. В этом смысле не будет преувеличением сказать, что йога спасла мне жизнь: я словно возродился из болезни и бессилия для процветания и стойкости.
Когда я родился, Индию, как и многие другие страны, пожирала эпидемия инфлюэнцы. Моя мать, Шешамма, вынашивала меня, будучи уже тяжело больной, так что я появился на свет очень хилым, с тонкими руками, рахитичными ногами и выпяченным животом. Я был до того слаб, что никто и не думал, что я выживу. Даже держать голову стоило мне неимоверных усилий: она была непропорционально большой по сравнению с остальным телом, так что вдобавок братья и сестры частенько меня дразнили. Я был одиннадцатым из тринадцати детей, одним из десяти выживших.
В детстве я так и оставался весьма болезненным и хрупким, еще мальчишкой пережил тяжелейшие болезни, такие как малярия, тиф и туберкулез. Мое бедное здоровье, как это часто бывает в таких случаях, было подстать скудному уму – мной часто овладевала черная меланхолия, и я спрашивал себя, стоила ли жизнь свеч, если приносила одни страдания.
Я вырос в деревеньке Беллур округа Колар южноиндийского штата Картнатака – крестьянском поселении в пятьсот человек, которые занимались в основном выращиванием риса, проса и некоторых овощей. Как бы то ни было, наша семья жила чуть лучше других, ведь отец владел небольшим земельным участком и к тому же подрабатывал учителем в городской школе неподалеку от нашей деревни, в то время как Беллур не мог похвастаться наличием образовательных заведений.
Мы переехали в Бангалор, когда мне исполнилось пять лет. Отец с самого детства страдал от аппендицита, который никогда не лечил, а на мой девятый день рождения он пережил еще одно обострение, ставшее для него роковым. На смертном одре он с горечью вспомнил, что и его отец умер, когда ему едва исполнилось девять, и в юности ему пришлось несладко. И все же, несмотря на мою нелегкую долю, отец, в конечном счете, прочил мне счастливую жизнь, и смею сказать, что его предсказание полностью сбылось.
После его смерти наш дом словно опустел, и некому было поддержать меня в школьные годы и в периоды затяжных болезней. На занятия я ходил от случая к случаю, а потому всегда отставал.
Хотя отец работал школьным учителем, моя семья принадлежала касте браминов, то есть потомков священнослужителей, рожденных для выполнения религиозного долга. Обычно брамины живут подношениями других, а также платой за совершение определенных обрядов, порой и вовсе под покровительством аристократических семей. Согласно древней традиции, они могут вступать в брак только внутри своей касты, по взаимному согласию родителей.
Так, мою сестру в возрасте одиннадцати лет отдали замуж за нашего дальнего родственника Шримана Т. Кришнамачарью. Это был превосходный союз: ее супруг был выдающимся и почтенным ученым, знатоком философии и санскрита. Окончив обучение в университете, Кришнамачарья много лет провел в Гималаях на границе с Непалом и Тибетом, продолжив свое постижение йоги под чутким руководством Шри Рамамохана Брахмачарьи.
В те времена индийские правители, махараджи, жили в укрепленных крепостях, верхом на слонах охотились на тигров в своих владениях, по площади превышающих некоторые европейские страны. Махараджа из Майсора прослышал о мастерстве моего шурина и необычайно им заинтересовался. Владыка пригласил его преподавать санскрит в своем колледже, а позднее предложил открыть школу йоги в великолепном дворце Джаганмохан. Иногда он просил Кришнамачарью посещать и другие города, распространяя учение йоги среди простого люда. В одно из таких путешествий в далеком 1934 году, когда мне было четырнадцать, мой шурин попросил меня приехать из Бангалора в Майсор проведать мою сестру и провести какое-то время с его семьей, пока сам он будет в разъездах. По окончании того памятного путешествия я спросил позволения вернуться домой к матери, а он неожиданно предложил мне остаться в Майсоре и заняться йогой, дабы поправить здоровье.
Отметив всю плачевность моего состояния, шурин установил для меня жесткий режим тренировок, чтобы укрепить тело и сделать меня сильным перед лицом трудностей взрослой жизни. Подразумевал ли он тогда, что это неизменно повлечет духовное развитие, я не знал и просто приступил к занятиям.
В тот момент фортуна повернулась ко мне лицом, и мне нужно было решить, схватить удачу за хвост или упустить счастливую возможность навсегда. Вот так незаметно изменилась моя жизнь, а за этим последовали годы упорного труда. Кришнамачарья стал моим гуру, опекуном и наставником, заменив мне отца и мать.
Моей обязанностью в те дни было показывать асаны при дворе Махараджи для его гостей и знати. Мой гуру поражал и развлекал окружение владыки, выявляя, на что способны тела его учеников (я был самым младшим из них), а мы демонстрировали настоящие чудеса гибкости, принимая неожиданные и впечатляющие позы. Тогда я шел на крайности, стараясь отдать должное своему Мастеру и оправдать его самые высокие ожидания.
В восемнадцать, когда меня послали преподавать йогу в Пуну, у меня не было рядом ни общины, ни друзей, ни семьи, не было даже уверенности в завтрашнем дне. Только практика асан по-прежнему была моим неизменным союзником, но я и понятия не имел о дыхательных техниках (пранаяме), философии и священных йоговских текстах.
Я взялся за практику как путешественник, который пустился в плавание, едва научившись управлять судном, а теперь вцепился в него мертвой хваткой и отдался на милость звездам. И хотя я знал о моих предшественниках, у меня не было ни единого путеводителя. Порой я натыкался на некое подобие карт, составленных за сотню или тысячу лет до этого, и обнаруживал, что они пестрили открытиями, которые я уже сделал. Воодушевленный и приободренный, я продолжал в надежде увидеть новые берега и разобраться, как управлять своим кораблем. Я хотел тщательно расчертить карту каждого побережья, измерить глубины всех морей, оказаться на прекрасных и невиданных островах и предупредить об опасных рифах и неожиданных приливах, угрожающих нашему плаванию в океане жизни.
На этом поприще тело стало моим первым инструментом в постижении йоги. Медленный процесс совершенствования, начавшись тогда, не прекращается и по сей день. Асаны оказали огромный эффект на мое физическое состояние и помогли превратиться из болезненного мальчугана в крепкого и проворного юношу. Мое собственное тело стало образчиком, доказавшим положительное влияние йоги на здоровье.
Ваше собственное Путешествие
Вся эта книга – о Жизни. Это попытка осветить ваш путь и путь других искателей, предоставив им некоторые ключи.
В ней даются советы, раскрываются методы и философская подоплека йоги, изложенная в форме, доступной даже для начинающих. Единственное, чего вы никогда здесь не найдете, – это коротких путей или пустых обещаний для доверчивых читателей. Только неустанная практика помогла мне стать тем, кто я есть, но это не значит, что и вам потребуется семьдесят лет для того, чтобы научиться пожинать плоды этого метода. Быть может, вы будете вознаграждены уже в первый день, когда почувствуете, как что-то происходит в вашем теле, разуме и душе на очень глубоком уровне. Некоторые описывают это как небывалое ощущение легкости, спокойствия и радости.