Всего за 114.9 руб. Купить полную версию
Вслед за Руссо Кант стремится освободить нравственное чувство человека, сделать его независимым от каких бы то ни было метафизических умозрений и обосновать его естественными задатками и свойствами человеческой природы. При этом, он не разделяет негативного отношения Руссо к культуре и его иллюзорных устремлений вернуть человека к «естественному состоянию», к природе. Путь нравственной свободы человека Кант связывает с необходимостью демократизации культуры. В понимании культуры Кант акцентирует стремление человека к свободе и счастью. Счастье без тонкого вкуса «покоится на простоте и умеренности склонностей; счастье в сочетании с тонким вкусом», который заключается в единстве подлинной образованности и естественной простоты, свойственной обычному человеку.
В 1784–1985 годах, еще до создания основных работ, Кант публикует несколько статей, в которых обозначает принципиально новый подход к анализу феномена культуры. Во введении к статье «Идея всеобщей истории во всемирно гражданском плане» (1784) Кант писал: «…поскольку нельзя предполагать у людей и в совокупности их поступков какую-нибудь разумную собственную цель, нужно попытаться открыть в этом бессмысленном ходе человеческих дел цель природы, на основании которой у существ, действующих без собственного плана, все же была бы возможна история согласно определенному плану природы. Посмотрим, удастся ли нам найти путеводную нить для такой истории, и тогда представим природе произвести того человека, который бы был в состоянии ее написать»[22]. Кант ссылается на опыт великих открытий Кеплера и Ньютона, которые открыли законы небесной и классической механики, объяснив их общей естественной причиной. Вслед за этим философ формулирует «девять положений», образующих «путеводную нить человеческой истории», все они, так или иначе, оказываются связанными с культурой. В них Кант формулирует основные положения своей философии.
Человек, считает Кант, как и всякое живое существо, по своей природе «предназначен для совершенствования и целесообразного развития. Соответственно этому данный ему разум «развивается полностью не в индивиде (как считал Декарт – прим. Г.П.), а в роде… разум не действует инстинктивно, а нуждается в испытании, упражнении и обучении, дабы постепенно продвигаться от одной ступени проницательности к другой»[23]. Поэтому природа человека такова, что все, что человек «всецело произвел из себя», является результатом не инстинктивного (природного), а свободного действия, направляемого «собственным Разумом». Таким образом, культура Разума связана не только с «правилами для руководства Ума» (как считал Декарт – прим. Г.П.), но главным образом со способностью человека свободно пользоваться «своим собственным умом»[24].
По мнению Канта, культура, являясь общественным продуктом, одновременно стимулирует и индивидуальное развитие человека. Потребность в культуре проявляется в склонности «общаться с себе подобными, ибо в таком состоянии он больше чувствует себя человеком, т. е. чувствует развитие своих природных задатков. Но ему также присуще сильное стремление уединяться (изолироваться), ибо он в то же время находит в себе необщительное свойство – желание все сообразовывать только со своим разумением… Здесь начинаются первые истинные шаги от грубости к культуре, которая собственно состоит в общественной ценности человека»[25]. В этом положении с полной отчетливостью формулируется решительный поворот к новой – антропологической ориентации представлений о культуре.
Представление о новом этапе культурного развития Кант связывает с достижением всеобщего правового гражданского общества. Только такое общество может представить его членам «величайшую свободу», и «вся культура и искусство, украшающие человечество, самое лучшее общественное устройство – все эти плоды» могут быть поставлены на службу развитию природных задатков человека[26].
С этих позиций Кант рассматривает проблемы взаимоотношения культуры и нравственности, культуры и политики, культуры и государства, просвещения и культуры, культуры и истории. Кант отстаивает как приоритет интересы конкретной человеческой личности в противовес интересам цивилизации, государства, политики. Он пишет: «Мы чересчур цивилизованы в смысле всякой учтивости и вежливости в общении друг с другом. Но нам еще многого недостает, чтобы считать нас нравственно совершенными… Но пока государство тратит все свои силы на достижение своих тщеславных и насильственных завоевательных целей… нельзя ожидать какого-либо улучшения в сфере морали. Ибо для этого необходимо долгое внутреннее совершенствование каждого общества ради воспитания своих граждан»[27]. Актуально звучат такие слова великого философа: «В настоящее время отношения между государствами столь сложны, что ни одно не может снизить внутреннюю культуру, не теряя в силе и влиянии по сравнению с другими. Просвещение, а вместе с ним и некая неизбежно возникающая душевная заинтересованность просвещенного человека в добром, которое он постигает полностью, должны постепенно доходить до верховных правителей и получить влияние даже на принципы»[28].
В статье «Ответ на вопрос, что такое просвещение» (1784) Кант связывает новый взгляд на культуру с необходимостью формировать новый тип человека – свободной личности, способной «публично пользоваться собственным умом». Это право человека ничем не может быть ограничено и должно быть закреплено в законе. Философ видит в культуре не только средство индивидуального самосознания индивида, но путь самореализации индивида в качестве духовно- и социально-самоценной, свободной личности. Позднее эта идея Канта получит всестороннее обоснование в трактате «Антропология с прагматической точки зрения».
В сочинении Канта «Критика способности суждения» (1790), в восемьдесят третьем параграфе дается не только характеристика основных, исторически сложившихся культурных форм («культуры умения» и «культуры воспитания»), но и содержится то знаменитое кантовское понятие культуры, которое станет основанием для создания науки о культуре.
Кант начинает с вопроса отношений между природой и человеком: «…мы имеем достаточное основание рассматривать человека не только как цель природы подобно всем организмам, но здесь, на земле, так же и как последнюю цель природы, по отношению к которой все остальные вещи в природе составляют систему целей». Таким образом, конечную цель «не следует искать в природе», напротив, «…мы должны, по крайней мере, у человека усмотреть последнюю цель природы»[29]. Такой целью, по мнению Канта, является культура человечества. Исходя из этого рассуждения, Кант формулирует понятие культуры: «Приобретение (Herforbringung) разумным существом способности ставить любые цели вообще (значит в их свободе) – это культура»[30]. Вместе с тем, замечает философ, «не каждая культура достаточна для этой последней цели природы», так культура умения, которая находит свое наивысшее выражение в науке и искусстве, хотя и является главным условием для достижения любых целей вообще, тем не менее, не тождественна «культуре человеческой», т. к. может развиваться на основе «неравенства между людьми». Не является ею и культура воспитания, которая, способствуя развитию у человека «цивилизованных качеств» (вежливости, утонченности вкуса, рассудительности и т. п.), далеко не всегда «делает людей нравственно лучшими»[31].