Всего за 450 руб. Купить полную версию
Приговором Верхневилюйского районного суда Республики Саха (Якутия) А.К. Слепцов был оправдан в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 159 УК РФ. Судопроизводство по ходатайству обвиняемого производилось на якутском языке. Потерпевший Р.Д. Петров подал апелляционную жалобу, в которой указал, что его права при производстве по делу были нарушены. Так, материалы уголовного дела были предоставлены ему для ознакомления без перевода. В ходатайстве о переводе всего уголовного дела с якутского языка на русский язык следователем было отказано. С переводом на русский язык Петров получил только некоторые процессуальные документы. В судебном заседании потерпевший не понимал происходящее в зале, не имел возможности реагировать на выступления государственного обвинителя, стороны защиты, оперативно отвечать на вопросы суда. Также Петров заявил, что не считает вынесенный судом приговор законным, так как официальных переводов уголовного, уголовно-процессуального и других законов с русского языка на якутский язык не имеется, на якутском языке обучение юристов в высших учебных заведениях не осуществляется, что ставит под сомнение правильность перевода юридических терминов, а также соблюдение процедуры судопроизводства. Потерпевший также обратился к председателю Верховного суда Республики Саха (Якутия) с ходатайством о рассмотрении его апелляционной жалобы и дальнейшем осуществлении судопроизводства на русском языке с предварительным переводом всего уголовного дела с якутского языка на русский язык.
В орган внутренних дел обратились супруги Мерзляковы, которые сообщили о краже кроликов из их личного подворного хозяйства. Через три дня Мерзляковы вновь обратились в полицию и попросили вернуть свое заявление, так как выяснили, что кражу совершил их несовершеннолетний сын Игорь, которого они не хотят привлекать к уголовной ответственности и которого очень любят. Однако следователь отказался возвращать им заявление, а напротив, вынес постановление о возбуждении уголовного дела в отношении несовершеннолетнего Игоря Мерзлякова.
Дознавателем органа внутренних дел было возбуждено уголовное дело в отношении неоднократно судимого Баева по признакам преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 119 и ч. 1 ст. 116 УК РФ. Согласно показаниям супруги Баева Кирилловой, находясь в состоянии алкогольного опьянения, на почве давно сложившихся неприязненных отношений Баев нанес ей удар кулаком по лицу со словами: «Прибью, достала!». Угрозу убийством она восприняла реально и опасалась ее осуществления, так как муж был агрессивно настроен, физически намного сильнее и осуществлял активные действия с применением физической силы. Допрошенный Баев свою вину в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 116 и ч. 1 ст. 119 УК РФ, в отношении своей супруги не признал и показал, что в указанные день и время пришел домой в состоянии опьянения. Через час пришла супруга и стала его ругать и оскорблять. Он разозлился и замахнулся на нее кулаком, сказал: «Достала!». Так как был сильно пьян, подробности помнит плохо, но на самом деле никого убивать не хотел, а хотел припугнуть жену, чтобы от него отстали.
В ходе предварительного расследования вина Баева в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 119 УК РФ, не подтвердилась. Дознаватель вынес постановление о прекращении уголовного преследования Баева в связи с отсутствием события преступления. На следующий день дознавателю поступило ходатайство защитника Баева о прекращении уголовного дела, так как уголовное дело о преступлении, предусмотренном ч. 1 ст. 116 УК РФ, считается уголовным делом частного обвинения. Такие уголовные дела возбуждаются не иначе как по заявлению потерпевшего, и проведение по ним дознания законом не предусмотрено. В тот же день поступило ходатайство от потерпевшей Кирилловой с просьбой прекратить уголовное дело в отношении Баева, так как она с ним помирилась, супруг попросил прощения и загладил свою вину. Она не желает привлекать Баева к уголовной ответственности, а хочет продолжить с ним спокойную семейную жизнь.
Дознаватель отказал в удовлетворении обоих ходатайств, так как возбужденное в порядке публичного обвинения уголовное дело прекращению по желанию сторон не подлежит.
Постановление дознавателя об отказе в удовлетворении ходатайства было обжаловано как защитником Баева, так и Кирилловой начальнику органа дознания.
Раздел III
Участники уголовного судопроизводства
§ 1. Суд: общие положения о его роли в уголовном процессе
1. Понятие и классификации участников уголовного судопроизводства.
2. Общая характеристика положения суда в российском уголовном процессе.
3. Законный состав суда и обстоятельства, исключающие участие судьи в уголовном судопроизводстве. Порядок отвода судьи.
4. Основные полномочия суда по осуществлению правосудия.
5. Полномочия суда в ходе досудебного производства.
Решением Щебекинского районного суда Белгородской области Кульпин был освобожден от уголовной ответственности за преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 159 УК РФ, в связи с его деятельным раскаянием, и уголовное дело было прекращено. В апелляционном порядке оно не рассматривалось. На это решение районного суда прокурором области принесено кассационное представление.
При рассмотрении дела Президиумом Белгородского областного суда в кассационном порядке судье Хорошиной был заявлен отвод на основании того, что брат Хорошиной, заместитель начальника полиции по оперативной работе, руководил оперативно-розыскными мероприятиями по обнаружению и пресечению преступления, являющегося предметом данного уголовного дела. Именно по материалам проведенных оперативно-розыскных мероприятий было возбуждено данное уголовное дело в отношении Кульпина.
Судья Хорошина в объяснениях в связи с заявленным ей отводом заявила, что участие ее брата в выявлении и пресечении преступления не может рассматриваться как обстоятельство, свидетельствующее о ее заинтересованности в исходе дела или влияющее на ее объективность при рассмотрении дела. Брат после возбуждения уголовного дела никаких оперативных мероприятий в связи с данным делом не проводил. К тому же в суде не проверяются и не оцениваются данные оперативно-розыскной деятельности.
Судья Кемеровского областного суда принял к производству уголовное дело по обвинению Русакова по п. «в» ч. 3 ст. 126, ч. 4 ст. 111, ст. 119 и ст. 115 УК РФ и Бикеева по ст. 115 УК РФ и назначил судебное заседание. По результатам рассмотрения дела по существу в совещательной комнате судья постановил приговор лишь в отношении Русакова по ст. 111 и 119 УК РФ. Одновременно постановлением судьи уголовное дело в отношении Русакова и Бикеева в части их обвинения по ст. 115 УК РФ было выделено в отдельное производство и направлено для рассмотрения по подсудности мировому судье.
Гайфутдинову было предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 131 УК РФ. По данному уголовному делу судьей районного суда Петровым, рассмотревшим дело в судебном заседании единолично, был постановлен обвинительный приговор. Этот приговор по апелляционной жалобе был отменен судебной коллегией по уголовным делам областного суда, и дело было возвращено прокурору в связи с существенными нарушениями уголовно-процессуального закона. В постановлении суда указывалось на необходимость разъяснить обвиняемому права, предусмотренные ч. 5 ст. 217 УПК РФ.
При новом рассмотрении дела районным судом оно было рассмотрено коллегиально в составе председательствующего Сомова и судей Петрова и Салазкиной. Этот приговор также был отменен апелляционной инстанцией, и дело было возвращено на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе судей. При новом рассмотрении дело слушалось судьями Ивановой, Веретенниковым и Салазкиной. Других судей на момент рассмотрения дела в суде не значилось, кроме судьи Кравцовой, находившейся в тот момент в декретном отпуске, и судьи Комова, который пребывал в очередном отпуске.