Глава четвертая
Конечно же, я слушал разговор, состоявшийся возле моего левого борта, но пока не определился, как его следует интерпретировать. Военные манеры и командный голос новоприбывшего лейтенанта Рагнора безусловно хорошо характеризуют его лидерские качества.
Вместе с тем стрижка или правильная форма одежды не имеют никакого отношения к боеспособности подразделения. В моей библиотеке зарегистрированы 724 документально подтвержденных случая, когда профессиональные (а не партизанские или повстанческие) и элитные – в смысле эффективности – подразделения совершенно не заботились о форме одежды и тому подобных правилах или, напротив, славились отсутствием таковых. «Рейнджеры» Роджерса, «Мародеры» Меррилла, «Кобры Терры» и американские сухопутные соединения в Юго-Восточной Азии – четыре наиболее известных и очевидных примера. Возможно, что лейтенант Рагнор просто, как говорится, ярый защитник правил, живущий по бумажке офицер, который будет требовать от подчиненных точного соблюдения буквы устава, ни в малейшей степени не способствуя улучшению морали и, что более важно, материального обеспечения данной базы.
Я также озабочен абсолютным пренебрежением персонала к требованиям безопасности. Новоприбывший легко мог оказаться вражеским агентом; его должны были задержать для проверки документов еще на входе в ангар. Теперь же я буду вынужден сам проверить его личность внутри моей боевой кабины. Это делает меня уязвимым для диверсии; кроме того, это не лучший способ встретить человека, который может стать моим новым командиром.
Уменя по-прежнему не слишком большой простор для действий. Я ожидаю развития событий.
Донал обошел Боло спереди, разглядывая массивный бронированный утес переднего ската, возвышавшийся на пятнадцать метров над его головой, затем нагнулся, чтобы пролезть под наклонный выступ носа огромной машины. Нижний люк был открыт – еще одно грубое нарушение правил техобслуживания Боло, – и из него свисала маленькая лестница. Свет, пробивавшийся из люка, освещал прямоугольник пола под брюхом титанического танка. Несколько панелей доступа меньшего размера были сняты, и провода и механические системы левобортовой подвески Боло виднелись среди тяжелых вертикальных цилиндров гидравлических домкратов. На полу валялись инструменты вперемешку с болтами, зажимами и запасными частями, так что Доналу пришлось внимательно смотреть под ноги. Присев – между Боло и землей было всего полтора метра, – он добрался до лестницы и поднялся в боевое отделение.
Боевая кабина Боло была эволюционным рудиментом отдаленного прошлого, чем-то вроде человеческого аппендикса. Когда-то, тысячу лет назад, люди сами вели машины в бой, управляя их движением и вооружением. И хотя Боло давно уже стали полностью автономными, ни в коей мере не нуждаясь в присмотре человека, гигантские машины сохранили эти следы органического управления. Тяжелое противоударное кресло заполняло большую часть помещения, на потолке которого опасно покачивались всевозможные кабели и трубопроводы. Глубоко внутри Боло не могло быть ни окон, ни бойниц. Вместо них комнату опоясывал тороидальный видеоэкран, в данный момент пустой, который открывал находящемуся внутри всесторонний обзор. Несколько вспомогательных экранов, без видимых контрольных панелей, располагались вокруг кресла. Все приказы Боло обычно отдавались голосом.
– Внимание! – прозвучал голос откуда-то из-под потолка. Нейтральный тенор, безо всякого выражения или чувства, которые мог бы заметить Донал. – Доступ к данной системе строго ограничен. Пожалуйста, идентифицируйте себя.