Всего за 169.9 руб. Купить полную версию
Художественным образам свойственна способность прояснять за счет высокой степени концентрации на объекте, сопричастности ему. Воспринимая художественные образы произведения, человек погружается в них, присваивая себе черты, действия, переживания, состояния его героев, а их «награждая» своими чертами. Данное свойство художественного восприятия можно наблюдать и в процессе становления личности (в частности, формирования ее идентичности), например в персонификации как присваиваемой идентичности. Но, в отличие от результата художественного восприятия, присваиваемая идентичность пассивна в плане создания. Она копирует, в лучшем случае апробирует предлагаемый реальностью шаблон, который зачастую весьма однообразен. В быту в этом случае говорят: «Яблоко от яблони недалеко падает».
Художественное восприятие продуктивно, оно создает новое произведение за счет высокой степени включенности в содержание воспринимаемых художественных образов индивидуального, глубоко личностного реципиента, оно диалектично по своей природе. Н. А. Бердяев пишет: «И вот, несмотря на мою немузыкальность, музыка глубоко потрясает мое существо, преодолевает подавленное настроение. При этом я не столько погружаюсь в стихию данной музыки, сколько испытываю творческий подъем моего существа, я как бы перехожу виной мир… Я вижу смысл искусства в том, что оно переводит в иной, преображенный мир. Оно освобождает от гнетущей власти обыденности и тогда, когда художественно изображает обыденность» [8, с. 328–329]. Восприятие художественных образов, в отличие от восприятия других идентификационных объектов, практически всегда имеет стимулирующий характер, так как в силу своей энергетики активизирует рефлексию, отождествление, стремление к пониманию, узнаванию и познаванию. Причиной тому является содержание художественного образа, которое, по мнению Л. С. Выготского, «…является зависимой и переменной величиной, функцией от психики общественного человека и изменяется вместе с последней» [17, с. 39]. Также необходимо отметить и то, что в художественный образ уже включены оценки (эмоциональные, смысловые, нравственные, мировоззренческие) автора (или авторов) произведения. Восприятие художественно одаренных или способных людей, а к таковым относится большинство, так как художественность – это их сущностная, видовая характеристика, в обязательном порядке содержит процесс вживания в образ. Вот как описывает Ф. И. Шаляпин процесс подготовки к исполнению образа Дон Кихота: «Я, например, могу понять, что этот сосредоточенный в себе мечтатель должен быть медлительным в движениях, не быть суетливым. Я понимаю, что глаза у него должны быть не трезвые, не сухие. Я понимаю много различных и важных отдельных черт. Но ведь этого мало – какой он в целом, синтетически? Ясно, что в его внешности должна быть отражена и фантазия, и беспомощность, и замашки вояки, и слабость ребенка, и гордость кастильского рыцаря, и доброта святого. Нужна яркая смесь комического и трогательного» [95, с. 265–266]. Аналогичных примеров множество. А. Демидова считает, что «только тогда можно изобразить поступки людей, когда все психологические предпосылки, вытекающие из того или иного характера, известны тебе из собственных наблюдений и переживаний. Понять человека – значит быть им, носить его в себе. Надо уподобиться тому духовному миру, который хочешь постигнуть… Актер не может иметь стабильный характер, иначе он будет играть только себя. Понять человека – значит быть этим человеком и вместе с тем быть самим собой» [29, с. 245]. В этом мнении есть описание и моментов уподобления как отождествления с вживанием, и моментов интеграции как внедрения в иное психическое пространство с одновременным распространением собственного. Краткий вывод: используя художественный образ как технологию, мы получаем возможность интеграции своего и чужого значимого, в процессе которой возможно рождение нового интеллектуально-чувственного отношения к себе и другим.
Продолжим искать психотехнологические возможности художественно-творческого восприятия. Нельзя не отметить его синестезичность, т. е. способность воспринимать информацию, осмысливать, интегрировать и транслировать ее по несвойственным ей каналам, которая, так же как и ассоциативность, позволяет воспринимать объект с «другого входа», латерально (терм. Э. де Боно). Она прибавляет новую оригинальную информацию, подключает незадействованные в обыденном, привычном восприятии анализаторы, создает креативный (непредсказуемый) продукт. Художественные натуры весьма часто характеризуются не только низким порогом чувствительности, но и способностями к синестезическому восприятию мира: Н. Римский-Корсаков обладал «цветовым» слухом, А. Скрябин создавал не только цвето-звуковые произведения, но и вкусовые симфонии, А. Чюрленис, стремясь создать полноценный образ, писал музыкальные произведения и картины. Насколько синестезия участвует в процессе восприятия объекта – определяется способностями субъекта, но то, что она расширяет пространство познания и самопознания, несомненно.
Художественное восприятие характеризуется как динамичностью, так и целостностью. По мнению Р. М. Грановской, «у такого восприятия исчезает тенденциозность и оно не искажает реальность историческими клише. Все поле зрения воспринимается одновременно, и это позволяет усмотреть все аспекты объекта через его связи с контекстом, т. е. видеть его сразу с разных сторон при полной концентрации внимания. Такое восприятие близко к эстетическому, поскольку оно позволяет Я раствориться в объекте и, не будучи обремененным желаниями и представлениями о целесообразности, стать объективным и точным» [24, с. 392]. Приведу небольшой пример из психологической практики. В ходе консультации была поставлена задача прояснить, что чувствует и думает клиент в сложившейся жизненной ситуации. «Зависшему» на стереотипных текстах, в поисках ухода от речевых шаблонов клиенту было предложено рассмотреть, услышать свои эмоции, ощущения, мысли в художественных произведениях. В результате было отмечено, что клиент стал находить иные описания для своего состояния, иные оценки, иные атрибуции. Он стал более динамичным и субъективным в работе со своей жизненной ситуаций.
Подводя итог рассмотрению восприятия как базового процесса психологической работы со сложными жизненными ситуациями, приходим к выводу, что художественное творчество инициирует развитие способностей к динамичному восприятию, сопереживанию (сотворчеству), ассоциативности, неоднозначному оцениванию, синестезии, эмоциональному реагированию, что немаловажно для профессионального становления субъектов образования.
Для того чтобы продолжить поиск оснований для использования художественно-творческих технологий в психологической практике, следует несколько конкретизировать задачи психологического консультирования. Они взаимосвязаны, и одной из самых главных, частично содержащейся в каждом этапе, является задача идентификации проблемы, себя в контексте проблемных отношений. Обратимся к результатам исследования, посвященного обнаружению общих характеристик в процессах формирования идентичности (в частности, процессе идентификации) и создании (восприятии) художественных образов. Точнее, поиску доказательств тому, что в идентификации проблемы всегда присутствуют художественные элементы и художественно-творческая активность автора, а также его собственная идентичность как показатель соответствия тому или иному результату восприятия идентификационного объекта.
Идентификация трактуется в психоанализе как «превращения, происходящие с субъектом в результате ассимиляции им своего образа» [80, с. 117]. Т. е. изначально существует некая основа (матрица, символическая база, Я-желаемое – в психологической литературе есть много названий изначального стержня Я-концепции), которая подвергается коррекции из-за множественных вторичных идентификаций с другими. При создании художественного образа «превращения» стимулирующего образа проходят уже на стадии восприятия за счет интеграции личностных позиций и эмоций художника и неоднозначных, противоречивых характеристик воспринимаемого объекта. Идентификация как «механизм становления идентичности и акт ее распознавания» [63, с. 614] включает результаты узнавания, номинации, принятия – отвержения, отождествления, частичной или полной интеграции с объектом идентификации в воображении. В процессе создания художественных образов перечисленные выше элементы реализуются личностью продуктивнее за счет активации бессознательного и «снятия барьеров сознания» (Л. С. Выготский), высокой степени эмоциональной вовлеченности и напряжения конструктивно переживаемых эмоций, ассоциативности, синестезичности, латеральности и алогичности мышления. Так, например, элемент узнавания приобретает характер эффекта узнавания, который часто имеет уровень напряжения эмоций, свойственный инсайту. Иллюстрацией этому может послужить рассказ о том, как у С. Дали возник замысел картины «Метаморфоза Нарцисса»: «Как-то раз, подслушав разговор рыбаков о странном поведении соседа, который целый день смотрит в зеркало, он (С. Дали. – И. Л.