Почему это Крни меня на «вы» называет? Неужели я своим видом внушаю страх и почтение? Или это нормальное обращение к жителю метрополии? Национальные комплексы?
– Ангары я вам показал, – продолжил беллари, когда мы выбрались в основной коридор, – хозчасть, пищеблок и прочее вы найдете. Радзан будет свободен после трех, мы вас записали на прием. Корабль подробнее осмотрим позже, во время работы. Теперь я советую вам познакомиться с латом Сварном, нашим пилотом. Вылет у него через шестнадцать часов, готовить машину мы начинаем за четыре часа. К этому времени прошу вас подойти в ангар.
Я бросила взгляд на спайс. Слишком правильная, старательная речь Крни начинала раздражать.
– Лат Сварн проживает на первом ярусе, комната 126. Впрочем, подождите…
Крни набрал номер на своем наручном спайсе. Вскоре раздался недовольный голос – в нем слышалось что-то родное, серетанское, я даже обрадовалась.
– Что еще, Крни?
– Простите, Лат. Здесь новый техник. Когда можно подойти к вам, чтобы познакомиться и получить указания?
– О, Адоне-творец! – пробурчал голос из спайса, – ну сейчас пусть идет. Через четверть часа меня здесь не будет, понял, белг?
Белг – прозвище, оскорбительное для беллари. Я покосилась на Крни, но он и ухом не повел.
– Благодарю, лат, – он отключил спайс.
– Вы серетанка, Синагет…
– Можно просто Синь.
– Вы серетанка, и без труда найдете общий язык с латом. Думаю, я буду лишним.
Видно, парню не очень-то хочется встречаться с Ларкиссом Сварном, пилотом нашей подшефной машины.
– Да, конечно, Крни, я разберусь. Спасибо. Комната 126, да?
На первом ярусе и воздух был почище и вообще – попросторнее. Оно и понятно. Все-таки офицер. Не легионер, правда, обычный армеец. Здесь всего несколько пилотов-легионеров, понятно – база захудалая. И руководитель, Дербис, легионер.
Стены широкого коридора первого, верхнего яруса Базы, увивал темно-зеленый виноград, нежным кружевом пушилась традесканция. Да, здесь жить можно, это не наше подземелье… Я прошла мимо ксиоровой стены, заглянула внутрь. Что-то вроде кафе, столики, салфетки, очень мило. Внезапно я стала свидетелем пикантной сцены – раскрылась внутренняя дверь кафе, и в проеме мелькнуло что-то розовое, кружевное, ослепительная белая кожа, раздался женский смех. Я застыла на месте и успела увидеть роскошную с неестественно белыми волосами девицу, совершенно голую, которую чья-то смуглая рука тащила в глубь помещения. Дверь снова захлопнулась, я опомнилась и пошла дальше.
Комната 126 располагалась неподалеку от кафе. Я постучалась и получила приглашение войти в следующем тоне:
– Давай, вали!
Дверь отползла. Я шагнула внутрь, и пилот лат Ларкисс Сварн предстал моему взору.
Я поморщилась. Внешний вид пилота и порядок в помещении тянули на четыре или пять нарядов или даже пару суток ареста. Ларк валялся на смятой койке, грязная рубаха наполовину торчала из штанов, морда небрита дня два, окурки торчат батареей из вертикальной щели в стене, чуть не до потолка, на полу какие-то подтеки. Тем временем густые белесые брови Ларка медленно ползли вверх. Он вскочил и даже сделал попытку заправить рубаху в штаны.
– Э…а…
– Звездолетный техник Синагет Ледариэн, – представилась я, – прибыла по вашему приказанию.
– А… гм…– пилот, видимо, не знал, как реагировать, наконец, он нашелся, – садись.
Он смахнул со стула пепел и какие-то крошки. Я выполнила указание начальства.
– Так ты, значит, мой новый техник, – Ларк привел себя в относительный порядо и сел напротив меня, закинув правую ногу на левое бедро, – да без чинов, не дергайся. Как бишь тебя зовут?
Я повторила свое имя.
– А покороче?
– Синь.
– Отлично, Синь, – Ларк достал сигарету, протянул мне пачку. Я отрицательно покачала головой.