Торак часто приходил туда, стоял перед сундуком, но, рыдая, уходил, боясь, что от одного взгляда на Око погибнет.
Шли века Энгараки начали называть своего искалеченного Бога Кол-Торак, Король-Бог.
Белар повел олорнов на Север. Это племя было самым жестоким и воинственным из всех населявших землю, и Белар посеял в их сердцах вечную ненависть к энгаракам.
Вооруженные до зубов олорны рыскали по Северу, доходя даже до земель вечного льда в поисках исконных врагов. Так продолжалось до тех пор, пока Чирек Медвежьи Плечи, величайший повелитель олорнов, не отправился в Долину Олдура на поиски чародея Белгарата.
- Путь на Север открыт, - объявил он, - а знамения и предсказания благоприятствуют нашему походу. Настало время отправиться в Город Ночи и отобрать Око у Одноглазого.
Полидра, жена Белгарата, была на сносях, и чародей не решался оставить ее, но Чирек настоял на своем. Под покровом ночи они присоединились к сыновьям Чирека: Драсу Бычья Шея, Олгару Быстроногому и Райве Железная Хватка.
Жестокая зима сковала земли Севера, и торфяники, покрытые снегом и льдом цвета серой стали, блестели под звездами.
Чтобы легче найти дорогу, Белгарат прошептал заклинание и превратился в огромного волка. Осторожно, бесшумно бежал он через заснеженные леса, где деревья трещали и валились под тяжелым холодным грузом. Беспощадный мороз посеребрил шерсть волка, и, даже когда Белгарат вновь принял облик человека, волосы его и борода так и остались серебряными.
Пробираясь через снег и туман, пересекли они Маллорию и подошли наконец к Ктол Мишраку. Белгарат нашел потайной ход в город и привел друзей к подножию железной башни. Беззвучно, молча поднялись они по ветхим ступенькам, двадцать веков не знавшим ноги человека, со страхом миновали комнату, где в беспокойном сне, стеная от непроходящей боли, метался Торак, скрывая даже ночью изуродованное лицо под стальной маской, и прокрались наконец на верхушку, где в железном сундуке покоилось живое Око.
Чирек знаком приказал Белгарату взять его, но тот отказался.
- Касаться Ока нельзя, иначе оно уничтожит меня. Давным-давно Око позволяло брать себя в руки и Богам, и людям, но ожесточилось, когда Торак поднял его против Матери-Земли. Око читает в душах, и только тот, у кого нет дурных намерений, кто чист мыслями и не помышляет о власти и могуществе, может коснуться его.
- Кто же из людей не имеет дурных помыслов в глубинах души? - спросил Чирек.
Однако Райве Железная Хватка открыл сундук и вынул Око. Блеском озарилась темная комната, но Райве остался невредим.
- Да будет так, Чирек! - провозгласил Белгарат. - Твой сын чист. Значит, такова его судьба и судьба тех, кто последует за ними, - быть хранителями Ока и оберегать его.
- Тогда его братья и я будем поддерживать его, - сказал Чирек, - до тех пор, пока длится предназначенное.
Райве завернул Око в плащ и спрятал под одежду. Они вновь прокрались мимо спальни искалеченного Бога, вниз, по древним ступенькам, по потайному ходу к воротам города и очутились в безграничной пустыне.
Вскоре проснулся Торак и, как всегда, отправился в обиталище Ока. Но сундук оказался открыт, а Око исчезло. Страшен был гнев Кол-Торака. Схватив огромный меч, он спустился с железной башни, обернулся, с силой ударил, - и башня рухнула
Громовым голосом закричат; он энгаракам:
- Вы виноваты во всем! Беззаботные, ленивые твари! Вы позволили вору прокрасться в башню и похитить то, за что я так дорого заплатил, и я разрушу ваш город и изгоню вас отсюда. Энгараки будут скитаться по земле, пока Краг Яска, горящий камень, не вернется ко мне.
И с этими словами он обратил Город Ночи в руины и прогнал жителей прочь.