Лираэль подумала, что если бы она вдруг решилась на такое, то наверняка в конце концов побежала бы обратно, упала в реку и разбилась насмерть в водопаде.
— Думаю, надо это обдумать, — проговорила Собака, потянулась, почти столкнув лапами Моггета с его подушки, затем медленно встала и зевнула, показав множество невероятно больших, очень белых зубов. Все это было проделано, Лираэль была в этом уверена, чтобы раздразнить Моггета.
Моггет, прищурившись, посмотрел на Собаку.
— Глубоко? — промяукал он. — Это то, о чем я подумал? Мы не можем туда пойти!
— Она давно ушла, — ответила Собака. — Хотя полагаю, что-то и могло там задержаться.
— Она? — в один голос спросили ничего не понимающие Лираэль и Сэмет.
— Знаете колодец среди розовых кустов в саду? — спросила Собака.
Сэмет кивнул, пока Лираэль пыталась вспомнить, видела ли она колодец, когда шла по острову к Дому. Она смутно припоминала розы, множество роз, вьющихся по решеткам на восточной стороне лужайки около Дома.
— Можно пробраться через колодец, — продолжала Собака, — хотя это узкий и длинный тоннель, который приведет нас к еще более глубоким подземным пещерам. Оттуда мы выйдем к основанию водопада. Потом придется карабкаться вверх на Клифы, но мне кажется, что так мы окажемся далеко на западе и, следовательно, обойдем Клорр и ее помощничков.
— Мы утонем в этом колодце, — сказал Сэм.
— Ты уверен? — спросила Собака. — А ты когда-нибудь видел, что там, под ним?
— Ну, видел…
— А кто эта «она», о которой ты упоминала? — спросила Лираэль. Она хорошо знала из прошлого опыта общения с Собакой, что та избегает неудобных вопросов.
— Некто, когда-то живший внизу, — ответила Собака. — Некто, обладающий немалой и опасной силой. Что-то от этой силы могло там остаться.
— Что это за «некто»? — продолжала расспросы Лираэль. — Каким образом кто-то может жить под Домом Аборсена?
— А я отказываюсь даже подходить к колодцу, — вмешался Моггет. — По-моему, это Каллиэль когда-то задумал покопаться в запретной земле. Какой смысл оставлять еще и наши косточки в самом темном углу этого подземелья?
Лираэль взглянула на Сэма, потом на Моггета, в словах которого будто отразились ее собственные сомнения и страхи. Теперь, став наследной Аборсен, она должна показывать пример. Сэм открыл свои страхи перед Мертвыми и свое желание укрыться под защитой Дома. Но сейчас ему удалось превозмочь эти страхи. Сможет ли он оставаться таким же храбрым, если она не будет подавать ему пример?
К тому же Лираэль приходится Сэму тетей. И хотя сама этого не чувствует, но родственные отношения налагают на нее определенную ответственность по отношению к племяннику, несмотря на то, что он всего лишь на несколько лет моложе.
— Собака! — скомандовала Лираэль. — Немедленно отвечай! Кто… или что… находится внизу?
— Ну, это трудно описать словами. — Собака снова подняла лапу. — Особенно потому, что, может быть, там уже и нет никого. Если же есть, то думаю, можно назвать ее остатками создания Хартии, как и меня, и многих других, в самых разных обличьях. Но если она или хоть какая-то ее часть там еще присутствует, то, может быть, она и есть то, чем была, — очень опасной… СТИХИЕЙ… хотя все это было так давно и на самом деле я могу повторять только то, что говорили, или писали, или думали другие…
— Как она там оказалась? — спросил Сэмет. — Почему именно под Домом Аборсена?
— Она не находится в каком-то определенном месте, — ответила Собака, почесывая лапой нос и явно стараясь ни с кем не встречаться взглядом. — Часть ее силы помещена здесь, так что если она вообще была, то, скорее всего, здесь она и была. И вот здесь, если она и была где-то, она и должна быть.