Что касается соперничества между Стефаном и Матильдой, то в этом отношении он придерживался строгого нейтралитета, а поскольку его владения находились в непосредственной близости от шотландских земель, сохранял полную лояльность королю Шотландии Давиду.
Ровесник Уорика, Питер был сыном аристократа, который воспитывался при дворе Генриха I вместе с Давидом. Выслушав рассказ Уорика о происшествии в крепости Локалш, он, похоже, тоже пришел в недоумение.
– Кто-то мутит здесь воду, но кто именно – не знаю. Разумеется, я буду держать глаза и уши открытыми.
– Ага! Вы будете бдительно следить за шотландским королем? – скептически улыбнулся Уорик. Питер был хитер, себе на уме, но не безрассуден.
– Гм... Шотландский король сейчас восседает на своем троне. В то время как английский... Моя лояльность определяется целесообразностью.
Уорик засмеялся, после чего они выпили. Наступила ночь. Когда огонь в камине постепенно угас, Уорик в полумраке коридора увидел поджидающую его Элинор. Он улыбнулся медленной улыбкой и допил пиво.
– Питер, я хочу пожелать тебе доброй ночи. Благодарю тебя за гостеприимство.
– Ты, должно быть, в самом деле устал, – сказал Питер.
– Да, это так.
– Моя сестра давно тебя ждет? – шутливо спросил Питер, выгнув дугой бровь.
– Вероятно.
– Да, братец! – крикнула Элинор. – Хватит разговоров о битвах и о людях, которые выходят из леса, чтобы умереть как какие-то безмозглые твари.
Уорик подошел к Элинор. Вдова богатого английского лэрда, она была свободна и независима. Она любила Уорика и в течение многих лет была его любовницей, хотя их встречи случались не часто. Взяв его за руку, она улыбнулась и повела по тускло освещенным коридорам. Вскоре они оказались в богатых апартаментах Элинор. В комнате царил полумрак, пахло горящими свечами. Элинор мгновенно сбросила с себя одежду, открыв глазам Уорика обольстительную фигуру. В полутьме особенно соблазнительно смотрелись ее полные крепкие груди. Она была страстной и умелой любовницей. Уорик стал горячо целовать ее, лаская тяжелые атласные полушария. Она отвечала ему с не меньшей горячностью, бурно реагируя на прикосновения его рук. Опустившись на колени, она раздела Уорика и коснулась рукой его мужского естества. О сражениях было тут же забыто.
Уорик намеревался побыть в гостеприимном Тайне подольше, но появился гонец от Давида, который велел ему поспешить в Стерлинг. Там, очевидно, произошло что-то серьезное. Уорик хорошо знал короля и понимал, что тот не стал бы вызывать его без особой причины. Он простился с Питером и его сестрой и, не теряя времени, направился в Стерлинг, где находилась резиденция короля.
Поздно вечером они встретили вооруженный сторожевой отряд с королевскими знаменами. Именем короля Давида от Уорика потребовали назвать себя, что он не мешкая и сделал. Затем выяснилось, что он встретил своего старинного друга сэра Гарри Уэйкфилда, одного из самых приближенных советников короля. Уорик спешился и приветствовал сэра Гарри, горя нетерпением узнать, не произошло ли чего дурного.
– Нет, лэрд Лайэн! Умер один старый лэрд, его дочь должна быть доставлена к королю, и моя задача – обеспечить ее безопасность. Мы слышали о сражении, в котором ты участвовал. Всей стране, мой друг, известно о твоих великих победах.
Уорик учтиво склонил голову, хотя у него было искушение не согласиться с этой похвалой. Что он такого сделал – устроил резню каким-то сумасшедшим, у которых, похоже, и видимой цели-то не было?
– Вон там есть небольшая роща, – сказал сэр Гарри. – Ты и твои люди могут отдохнуть, лэрд Лайэн, поскольку никто не пройдет по этой дороге без того, чтобы не ответить на мой оклик.
– Благодарю, сэр Гарри. Ангус, последуй его совету и разбивай лагерь. Пусть Томас отдаст приказ людям. Мы пробудем здесь сегодня и завтра, а затем последуем за вами, сэр Гарри. Если кто-то станет вас преследовать, мы будем знать.