Всего за 21.84 руб. Купить полную версию
Вы грациозно двигаетесь, вы едите без посторонней помощи, вы опрятно одеваетесь. Это ведь вы управляете хозяйством здесь? — Мод кивнула ему. — Или ваша горничная делает все это за вас?
Мод нахмурилась, а на лице Соры появилась приятная улыбка.
— Нет, лорд Питер, мод — моя крепкая правая рука и мои глаза, но справляюсь я со всем сама. Моя мать приучила меня заботиться о себе самой, о слугах, о семье, о доме.
— Каким образом?
— Милорд?
— Как ей удалось научить вас всему этому? Она тоже была слепой? Она советовалась с кем-нибудь, училась у кого-либо? Откуда она знала, что нужно было делать? — Голос его дрожал, в нем слышалась какая-то личная боль.
Взволнованная, Сора услышала эти нотки его боли, но не могла понять, чем они вызваны.
— Моя мать была осторожной дамой, и если она когда-либо и беспокоилась обо мне, я этого не замечала. Я делала то, что она мне говорила, потому что я и не знала, что я этого не могу. И если бы я хоть раз поддалась отчаянию, она бы наказала меня за это.
— Как можно наказать слепого человека? Нанести ему удар, которого он не видит и от которого не способен увернуться? — спросил лорд Питер. Вопрос его был полон горечи.
— Вы говорите не обо мне, сэр. Кто-то из тех, кто дорог вам, потерял зрение?
— Кто-то из тех, кто дорог. Да. Мой сын, мой единственный сын. Самый здоровый и крепкий мужчина из тех, кто ходил по земле, теперь не может ходить по этой земле без того, чтобы не споткнуться, издав проклятия, чтобы не упасть, не наткнуться на что-нибудь. — Он закрыл голову руками. — Он нуждается в помощи, миледи, в помощи, а я не могу ничем помочь ему.
В комнате воцарилась тишина, ее нарушало только потрескивание пламени в очаге, а доблестный воин тем временем пытался успокоить свои чувства. Сора положила руку ему на локоть и, когда он поднял голову, протянула сэру Питеру чашу с сидром, согретым на огне. Мод стояла рядом с ней и ободряюще улыбалась.
— Расскажите мне о нем, — попросила Сора.
— С тех пор как Стефан Блуасский предъявил королеве Матильде свои права на трон, пошли сплошные несчастья, сплошные несчастья. — Он потер живот, вспоминая о тех временах. — Мы с Уильямом балансировали на острие меча, пытаясь не нарушить своей клятвы, сохранить свои владения и свою честь. Мы беспрестанно подавляли какие-то бунты арендаторов или просто горячих голов, когда какому-нибудь из баронов приходило на ум, что он владеет акром земли, до этого не принадлежавшей ему.
— И вашему сыну пришлось сражаться во всех этих бесконечных битвах за корону?
— Нет, нет. Матильда удалилась в Руан. Да и зачем ей было воевать со Стефаном, когда его собственные бароны так здорово справлялись с разрушением Англии своими бесчисленными мелкими стычками? — с горечью в голосе промолвил лорд Питер. — Она сидела за Ла — Маншем, наблюдала и выжидала. Час ее мести приближался. Она готовила к битве сына.
— Он ведь уже пытался захватить Англию, — заметила Сора.
Лорд Питер был удивлен.
— Значит, вы следите за великими деяниями наших суверенов?
Она опустила голову, как и приличествовало скромной девушке, но голос ее прозвучал твердо:
— Я владею землями, через которые маршируют армии. Своим слабым женским разумом я стремлюсь понять то, что ему доступно. Но мы здесь живем на краю света, и мне приходится слышать об очень немногом, и то с опозданием на два года.
Лорд Питер почувствовал, что за ее словами скрывается острый интерес к происшедшему, и попытался все разъяснить.
— В последний раз это случилось, когда Генриху было только четырнадцать, но говорят, из него вырос могущественный правитель. Он доставлял много бед Стефану из своих владений в Нормандии, а кое-кто говорит, что он уже высаживался с войском и в Англии.