- Нет, нет, ничего не пишите, - оказала миссис Биксби. - Это мое личное желание.
- В таком случае, не потеряйте билет.
- Не потеряю.
- Вы понимаете, что любой, у кого он окажется, сможет прийти и потребовать вашу вещь?
- Да, я знаю.
- По одному только номеру.
- Разумеется.
- Как вы хотите, чтобы я ее описал?
- Не нужно никаких описаний, спасибо. В этом нет необходимости. Просто поставьте залоговую сумму, и все.
Перо снова поколебалось, зависнув над дырочками рядом со словом "артикул".
- Я думаю, вам все же следует ее описать. Описание может понадобиться, если вы захотите продать билет. Кто знает, а вдруг вы захотите его продать?
- Я не собираюсь его продавать.
- А вдруг соберетесь? Многие так делают.
- Послушайте, -сказала миссис Биксби. - Если вы думаете, что я разорилась, то вы ошибаетесь. Я просто потеряла кошелек. Понятно?
- Ну тогда как хотите, -сказал хозяин. - Дело ваше.
И тут в голову миссис Биксби пришло одно неприятное соображение.
- Хм, - сказала она, - иот что. Если на билете не будет описания, то как я могу быть уверена, что вы отдадите мне мою шубу, а не что-нибудь другое?
- Я все заношу в реестр.
- Но ведь у меня-то только номер! Так что вы и впрямь сможете всучить мне любое старье, а?
- Ну так вы будете ее описывать или не будете? - спросил хозяин.
- Нет, - сказала она. - Я вам доверяю.
Хозяин написал "пятьдесят долларов" против слова "оценка" на обеих половинах билета, разорвал его по линии и послал нижнюю часть через прилавок. Затем он вытащил из внутреннего кармана пиджака свой бумажник и извлек из него пятьдесят долларов.
- Три процента ежемесячно. - добавил он.
- Хорошо. Благодарю вас. Вы ведь позаботитесь о ней, не правда ли?
Хозяин молча кивнул.
- Хотите, я снова положу ее в коробку?
- Не надо.
Миссис Биксби повернулась и вышла из ломбарда на улицу, где ее дожидалось такси. Через десять минут она была дома.
- Дорогой, - сказала она мужу, наклонившись его поцеловать. - Ты по мне соскучился?
Сирил Биксби отложил вечернюю газету и бросил взгляд на часы.
- Сейчас двенадцать с половиной минут седьмого.
Тебе не кажется, что ты задержалась?
- Да, я знаю. Все из-за этих ужасных поездов. Привет тебе от тети Мод, как обычно. Умираю, хочу что-нибудь выпить, а ты?
Свернув газету в аккуратный прямоугольник и положив его на ручку кресла, мистер Биксби встал и подошел к буфету. Его жена задержалась в центре комнаты и, стаскивая перчатки, внимательно следила за ним, раздражаясь его медлительностью. Он стоял к ней спиной и отмерял порцию джина, согнув шею и приблизив лицо к мензурке, вглядываясь в нее, словно это был рот пациента.
Смешно, до чего же убогим он выглядел после Полковника.
Полковник был огромным и плотным, и вблизи от него всегда попахивало приправой из хрена. Этот же был маленьким, худым и невзрачным, и от него вообще ничем не пахло, разве что мятными леденцами, которые он сосал, чтобы его дыхание было приятно пациентам.
- Смотри, что я купил для разливания вермута,-сказал он, поднимая стаканчик с цифровыми делениями. - Им можно отмерять с точностью до миллиграмма.
- Какая ты умница, дорогой.
Нет, в самом деле, нужно заставить его изменить стиль, подумала она. Эти его костюмы просто смехотворны. Было время, когда они казались ей превосходными, - щеголеватые пиджаки с высокими лацканами и шестью пуговицами по вертикали,- но теперь они смотрелись идиотски. То же самое узкие брюки-дудочки. Чтобы носить такие вещи, нужно иметь особую внешность, не такую, как у Сирила. Когда его длинное, тощее лицо с узким носом и слегка выступающей челюстью маячило над одним из этих старомодных облегающих костюмов, весь он выглядел, как карикатура на Сэма Уэллера. А сам-то он, наверное, полагал, что похож на Бью Бруммеля.