Санчик внимательно посмотрел на друга и улыбнулся.
– Знаешь, Пухлик, по мне так ты уже и сейчас очень важный и нужный. Но если тебе так хочется, то, конечно, давай отправимся в эту неведомую страну. Пойду, попрошу пекаря Изюмчика позажигать за меня фонари. А ты позаботься о провизии, кто знает, что ждет нас в этой стране Мечты, – деловито распорядился Санчик, идя к дверям.
А совершенно счастливый Пухлик, соскочив со стула, бросился делать бутерброды, так необходимые в любом путешествии.
4. Начало путешествия
Сборы заняли гораздо больше времени, чем предполагали друзья. Поэтому навстречу приключениям они отправились ближе к вечеру, когда солнце уже собиралось закатиться за линию горизонта.
Яблоневый сад был городской достопримечательностью. Жители Выдумки любили гулять по его запутанным дорожкам. В это время года сад выглядел необычайно красиво. Деревья утопали в белоснежных цветах, источавших сладковатый аромат. У Санчика даже дух захватило от восхищения. И он остановился, любуясь этим великолепием, не в силах двинуться с места.
– Давай, быстрее двигай ногами, – нетерпеливо поторопил его Пухлик. Он уже резво обежал вокруг нескольких деревьев, пытаясь на глазок определить их возраст.
– Но как же мы узнаем, какая из яблонь самая старая? – попытался охладить его энтузиазм Санчик.
– А ты подходи к каждой и смотри на ее верхушку. Если она затеряется в небе, значит, это и есть самая старая, – подсказал Пухлик.
Когда друзья уже устали закидывать головы и смотреть в небо, они нашли ту, самую старую яблоню. Она росла в центре сада и весной цветы на ней были самые белые и душистые, а осенью яблоки – самые красные и сладкие.
– Как же мы на нее залезем? – заволновался Пухлик. – Здесь довольно высоко.
– "Как же, как же?", – передразнил Санчик. – Я тебя подсажу, а сам уж как-нибудь залезу, – самоотверженно предложил он.
Вскарабкавшись на яблоню, друзья постепенно забирались все выше и выше. На город уже спустились сумерки, стало прохладно, но до макушки яблони все еще было очень далеко.
– Давай здесь заночуем, я больше не могу. И кушать очень хочется – жалобно пропыхтел Пухлик.
– Давай, – согласился уставший Санчик. – Где твой пакет с провизией?
– Где-то тут… где-то там, – растерянно пролепетал Пухлик, глядя вниз, под яблоню. Именно там, увлеченный поисками, он оставил доверенный ему запас продовольствия.
Делать было нечего, голодные и уставшие друзья улеглись спать прямо на ветках дерева, съежившись, словно два гигантских птенца.
С первым лучиком солнца Санчик и Пухлик продолжили свой путь вверх по яблоневому дереву и вскоре добрались до заветной вершины.
– Ух, ты, – восхищенно воскликнул Пухлик.– Такая красота, что даже есть расхотелось.
И в самом деле, кругом все было белое, белое, как снег, и воздушное, как облако. Золотые лучики солнца насквозь пронизывали утренний воздух и блестели, как все фонари Санчика вместе взятые. На них, как на качелях, смеясь, раскачивались маленькие солнечные зайчики, и их смех был похож на звон колокольчиков.
Прямо перед Санчиком и Пухликом раскинулась настоящая, разноцветная радуга. Все ее полоски, как лента эскалатора, уезжали куда-то вверх. Друзья переглянулись.
– Ну, что, поедем? – спросил Санчик. – Тебе какой цвет больше нравится?
– Мне – желтый, – ответил Пухлик.– Желтый – это цвет солнца. Я ночью замер, может, на этой дорожке отогреюсь.
– Тогда я выберу голубой. Это цвет неба, – решил Санчик, и они смело шагнули на выбранные полоски.
Радужный подъемник оказался неожиданно мягким, и ноги у друзей провалились по колено в какую-то пушистую воздушную пену. Разноцветным полоскам не было конца, они уходили далеко за горизонт и терялись в синей дали. Солнечные зайчики окружили Санчика и Пухлика, оживленно болтая на своем неведомом языке. В такой вот теплой и веселой компании друзья двигались навстречу неизвестным приключениям.
Неожиданно дорожки радуги, на которых стояли Санчик и Пухлик, резко выгнулись и они кубарем покатились вниз.
– "Ой, сейчас разобьемся. Говорил же – незачем нам в эту страну Мечты идти!" – только и успел подумать Санчик, падая на что-то желтое и пружинистое.
– А-а-а-а-а-а,– услышал он звонкий голос Пухлика, приземлившегося рядом с ним.
– Это чего было? Где это мы? – судорожно глотая воздух, прохрипел Пухлик.
– По-моему, это какой-то большой цветок, – деловито оглядываясь, отозвался уже пришедший в себя Санчик. – Надо попробовать спуститься с него. Подержи-ка меня за ногу, Пухлик. Да ты не бойся, – глядя на тревожное лицо друга, обнадеживающе добавил он, – как-нибудь выкрутимся.
Пухлик уцепился за ботинок Санчика, с волнением наблюдая как тот осторожно ползет к краю лепестка, постепенно сгибающегося под его тяжестью. Как и следовало ожидать, лепесток не выдержал веса друзей и, планируя в разные стороны, упал на землю под жалобные стоны Пухлика.
5. СИМ-СИМ
– Не сказать, что посадка была мягкая, но, по крайней мере, все кости целы, – с удовлетворением отметил Санчик, поднимаясь с земли.
– Да, ты прав, – озабочено ощупав свои ноги и руки, заключил Пухлик,– со мной тоже все в порядке. Ну и куда же мы попали? Это и есть страна Мечты?
После всех пережитых волнений в Пухлике вновь проснулся инстинкт первооткрывателя.
– Добро пожаловать в СИМ-СИМ, – раздался откуда-то хриплый, скрипучий голосок.
Пухлик и Санчик торопливо оглянулись и увидели, что недалеко от них стоит, с любопытством их разглядывая, какой-то человечек, похожий на гномика.
– Здравствуйте! – доброжелательно воскликнул вежливый Пухлик.
Санчик, конечно же, тоже был хорошо воспитан, поэтому и он поспешил поздороваться с незнакомцем. Друзья подошли к нему поближе и увидели, что, несмотря на белоснежную бороду, из-за которой они его и приняли за гнома, у человечка была очень гладкая кожа, курносый нос и ярко синие глаза.
– Добро пожаловать, – повторил человечек. – Вы, наверное, выдумщики?
– Да, мы пришли из Выдумки, правда, нас никто не приглашал, – признался Санчик.
– Я так и подумал. Этот ход в СИМ-СИМ уже давно закрыт. Поэтому приношу свои извинения за доставленные неудобства, которые вам пришлось испытать, добираясь до нашей страны.
– Да ладно, чего уж там, – расхрабрился Пухлик, потирая ушибленные при падении места.
– Позвольте представиться, – меня зовут Главный Оберегатель Дум и Фантазий, но для друзей я просто Годиф. А место это называется СИМ-СИМ, что означает "Страна Исполнения Мечты".
– Ура! – весьма невежливо перебил его Пухлик. – Страна мечты!! Где тут исполняются мечты? Это вы их исполняете? У меня есть мечта! Нужно вам ее сказать и вы ее исполните? – возбужденно затараторил он, обращаясь к Годифу.
– Нет, нет – поспешил развеять его заблуждение Годиф. – Мечты здесь осуществляются без нашего участия. Мы, жители СИМ-СИМ просто следим, чтобы они исполнялись своевременно, – прояснил он, поднимая вверх указательный палец, как бы подчеркивая важность своей работы. – Время – вот что правит нашим миром.
И пока он говорил, цвет его глаз вдруг изменился и стал светло зеленым. Санчик и Пухлик удивленно переглянулись и, не сговариваясь, толкнули друг друга локтями. Мол, – "ты видишь, что творится".
– А я думал, что смогу здесь загадать свое заветное желание и оно исполнится, – разочарованно пробормотал Пухлик.
– Не волнуйтесь, ваше желание обязательно исполнится, – ласково подбодрил его Годиф. – Только не прямо сейчас, а в свой срок. Ну, что ж, раз уж вы прибыли, то я вам покажу как у нас здесь все устроено, – гостеприимно улыбаясь, добавил он, и махнул ручкой, приглашая друзей следовать за собой. Санчик и Пухлик, повинуясь этому жесту, пошли за Оберегателем, с любопытством таращась вокруг и стараясь запомнить все, что они видят.
А посмотреть здесь было на что. Времена года менялись перед глазами Санчика и Пухлика как в калейдоскопе. Мягкая зеленая травка под их ногами внезапно превращалась в разноцветную осеннюю листву. Деревья тоже представляли собой довольно странное зрелище – одни были окутаны легкой зеленой весенней дымкой, другие покрыты инеем. Их белоснежные ветки очень красиво смотрелись на фоне синего летнего неба. Но вот, словно по мановению волшебной палочки, с зимних ветвей вдруг падал снег. На них появлялся новый наряд – яркая жето-красная листва, которую через некоторое время сменяли молодые клейкие зеленые листочки. Создавалось впечатление, что каждое растение здесь живет своей особенной жизнью, над которой не властны законы природы.