Всего за 249 руб. Купить полную версию
Неприятный сухой треск мигом прекратил наше противостояние, мы одновременно посмотрели в зал с установкой. Черная поверхность щита раскололась, на ней, быстро расползаясь, образовалась тонкая сеть трещин.
– Ракшас! – повторил мою последнюю мысль Ниран, обернулся и очень серьезно добавил, глядя на меня в упор: – Беги.
Я не двинулась с места, парализованная осознанием грядущих последствий. В чем же я допустила ошибку? Ее просто не могло быть! Меня схватили за шиворот и поволокли в сторону выхода.
– Гвиан, уноси ноги, – устало приказал мой, как выяснилось, очень и очень странный младший сотрудник. – У тебя не больше десяти минут, потом рванет.
– А ты? – не обращая внимания на перешедшую в вой сирену, спросила я. Во рту пересохло от страха.
Блондин удивленно вскинул бровь, словно и не ожидал от меня подобной заботы.
– Справлюсь, уходи, – в голосе Нирана зазвучала сталь.
Это был приказ, замешанный на ненависти и какой-то болезненной обреченности. Именно это и привело меня в чувство. Я скинула с себя его руки и опрометью бросилась к установке.
– Куда? Стой!
– Мне терять уже нечего, – прошептала я и мертвой хваткой вцепилась в красный кристалл. Уже громче добавила, удивляясь своему отрешенному голосу: – Вместе мы сможем локализовать силу ударной волны. В здании практически никого не осталось, а за его пределами кипит вечерняя жизнь…
Лиен Тривальди зашипел, перебивая меня, ругнулся. Порывисто подошел, смерил яростным взглядом. Я выдержала, не отвела глаза. Неожиданно он усмехнулся, как всегда это делал при виде меня. Снисходительно и до зубовного скрежета раздражающе.
– Хорошо, – подытожил он. И больше не произнося ни слова, встал за моей спиной.
Что он делал, я не видела, равно как и выражение его лица. Мой рот раскрылся от изумления, когда вокруг нас образовался непроницаемый кокон, остро запахло озоном. Перед глазами, быстро сменяя друг друга, замелькали картинки недавних событий: алый цвет ауры вокруг установки превратился в небесно-голубой; вот я один за другим активирую кристаллы; вот оборачиваюсь, встречаясь с бесцветным, как льды Сианура, взглядом; смотрю на кривящееся лицо Грея; ассистентки в коридоре…
Затем все образы вытесняет расплавленное серебро горящих глаз Нирана, они прожигают во мне дыры, заставляют сжиматься и просить пощады. Словно из другого мира до меня доносится его голос:
– Держи щит! Мать твою, Гвиан, держи!
Я вкладываю все силы в этот приказ и растворяюсь в жидком металле. Мне очень больно.
Глава 2
Было душно и жарко, а еще нестерпимо хотелось пить. С трудом разлепила веки и некоторое время в непривычной прострации изучала обстановку. Темные стены, бордовые плотные шторы, стеллажи с книгами, массивный стол, заваленный бумагами. Рядом со столом на полу валялись обрывки бинтов, лекарской ленты, осколки стекла. Хм-хм, неожиданно. В комнате пахло настойкой пустынника, тишину нарушало ритмичное тиканье часов. Приподнялась на локтях и сразу пожалела об этом, голова закружилась, и я со стоном легла обратно.
– Очнулась? – Голос Нирана прозвучал неожиданно.
Я замерла, потом скосила глаза в ту сторону. В огромном кресле развалился мой младший сотрудник и неприязненно буравил меня взглядом.
– Воды дай, – велела я, игнорируя его настроение. – И где мы? Что с лабораторией?
– Возьми, – ответил Ниран и с явным удовольствием отпил из стакана, который держал в руках. – Графин на столе.
– Ты еще и галантен безмерно, – буркнула, осторожно принимая вертикальное положение.
– Не привык к приказному тону, – невозмутимо пояснил лиен Тривальди. – Как ты можешь видеть, мы не на работе.
Ого, у всегда бессловесного и безропотного мужчины взыграло чувство собственного достоинства? Хотя последние события наглядно продемонстрировали, что я понятия не имею, кто скрывается за образом недотепы-лаборанта.
– Так где мы? – повторила я, медленно и с трудом подбираясь к заветному графину.
– У меня дома.
– Что? – Развернулась и недоверчиво посмотрела на спокойного мужчину. Только теперь разглядела его спутанные белые волосы, покрытые чем-то серо-зеленым, обратила внимание на пятна крови на одежде, перебинтованные кисти и порез на щеке. Непроизвольно коснулась собственного лица – чистое. Отчего же мне так дурно? Ниран словно мысли мои прочитал.
– Магическое истощение, ты полностью выложилась.
Я скривилась: последний раз такое со мной происходило лет двадцать назад. Уже и забыла, каково ощущать себя будто попавшей под табун лошадей.
– Почему мы не в целительской? Тебе, смотрю, тоже досталось.
– Потому, – резко переменившимся тоном заявил он. Я опешила: псих, удачно маскировавшийся под вполне безобидного человека. – Пей и пошли мыться, мне страсть как хочется избавиться от последствий твоей идиотской выходки.
Открыла рот, закрыла и подумала, что у меня горячечный бред. Конечно, вне всяких сомнений, я отлеживаюсь сейчас в целительской. Затем последует допрос с пристрастием какого-нибудь дознавателя от магистрата, а там как сложится. Будет зависеть от того, насколько большой урон я нанесла родному Управлению по надзору за магическими экспериментами. В любом случае ничего смертельного мне не грозит: руки у них коротки, чтобы упрятать за решетку сан Кавалли.
Бред или нет, а пить хотелось весьма реалистично. Пришлось продолжить ковылять до стола под насмешливым взглядом негостеприимного хозяина. Я наполнила стакан и жадно опустошила, облизнула губы. Второй пила медленнее, мелкими глотками. Все так же под прицелом льдистых глаз лиена Тривальди. Морок не рассеивался.
Ладно, допустим, все по-настоящему. Тогда блондинистый выскочка точно головой приложился при взрыве. Иначе с чего бы ему так дерзко себя вести?
– Допила? – бесцеремонно поинтересовался он, прекрасно видя, что еще нет. Поднялся. – Иди за мной.
Мне стало весело. Нервное, наверно.
– Мыться? Собираешься устроить совместные купания?
Мужчина покачал головой, его глаза оставались холодными.
– Иди за мной, – повторил он и, не оборачиваясь, зашагал к выходу.
Я пожелала его спине всяческих благ на непечатном наречии западных варваров.
– Гвиан, вы – леди, помните еще об этом? – издевательски усмехнулся Ниран и застыл в проходе. – И где только понабрались непотребства?
– Учителя встречались добросовестные. Раз уж ты вспомнил о том, что общаешься с леди, смею ли я рассчитывать, что странное приглашение помыться отменяется?
– За дверью постоишь. Все просто.
Мои брови поползли вверх – каждая последующая его фраза оказывалась неожиданнее предыдущей.
– А не пойти ли тебе?..
– Как знаешь, – Ниран пожал плечами, развернулся и вышел.
Стоило закрыться за ним двери, как меня скрутил приступ боли. А-а-а, внутри словно кости выворачивали, или на что это еще может быть похоже? Внезапно, так же резко, как и началось, все прошло. Я осторожно выпрямилась, пытаясь отдышаться, на лбу выступила испарина. Что это было? В дверном проеме снова показалась грязная голова хозяина дома.
– Не передумала? – с кислым выражением на лице уточнил он.
Мне понадобилось еще около полминуты, чтобы сложить очевидное.
– Это ты сделал? Специально?! Ты больной, что ли?
– Лиена сан Кавалли, за последние несколько часов я узнал о вас больше, чем за весь прошлый год. Где же ваша надменность, холодность, выдержка, в конце концов? Должен признаться, ваша манера изъясняться далека от светской.
Я с ненавистью посмотрела на жалкого человечишку, похоже, совсем утратившего связь с действительностью. Почему я вообще все еще нахожусь тут и слушаю его? Не снизойдя до ответа, – хотя на языке вертелись оба варианта: и тот, что от души, и светский, на который он так страстно нарывался, – я вознамерилась покинуть дом. Приблизилась к загородившему выход мужчине.
– Что это вы задумали? – сузив противные рыбьи глаза, уточнил Ниран.