Всего за 59.9 руб. Купить полную версию
Думаю, тебя не удивит тот факт, что его нападения доставляют мне некоторое удовольст-вие – не такое, конечно, как насыщение человеческой кровью, но... Не стану отрицать, что испытываю, пока они длятся, сладостную дрожь.
Однако теперь я обеспокоен не собственной уязвимостью перед Гоблином, а тем, во что может превратиться он.
Должен признаться, я внимательнейшим образом несколько раз перечел твои Вампирские хроники, унаследованные мною от древнего Охотника за Кровью, моего Создателя, вместе с не-вероятной, если верить его словам, силой.
В своих записках ты раскрываешь тайну происхождения вампиров и ссылаешься при этом на мудрейшего Мариуса, который услышал историю от египетского Старейшего из племени Пьющих Кровь, а после, несколько веков тому назад, поведал ее тебе.
Возможно, вы с Мариусом что-то и придумали – не знаю. Вполне вероятно, ты и твои дру-зья по Сообществу избранных, как вы теперь себя называете, склонны ко лжи.
Впрочем, едва ли. Я сам живое доказательство того, что Пьющие Кровь – как их ни назови: вампиры, Дети Тьмы или Дети Тысячелетий – существуют, а процесс моего перерождения полностью совпадает с описанным тобой.
В самом деле, хотя мой Создатель предпочитал называть нас Охотниками за Кровью, а не вампирами, он пользовался теми же словами, что и ты в своих рассказах. Он наделил меня Заоб-лачным даром, чтобы я мог легко передвигаться по воздуху, Мысленным даром, дабы я мог с легкостью читать в душах своих жертв и узнавать о грехах, ими совершенных, а также Огнен-ным даром, помогающим разжигать пламя в железной печурке, которое меня здесь согревает.
Поэтому я верю твоим рассказам. Я верю тебе.
Верю, что Акаша, прародительница всех вампиров, стала таковой, когда каждую клетку ее существа заполнил собою злой дух, задолго до того пристрастившийся к вкусу человеческой крови.
Верю, когда ты говоришь, что этот дух по имени Амель – имя ему дали две ведьмы, Маарет и Мекаре, обладавшие способностью видеть и слышать его, – существует ныне во всех нас с тех давних пор и по сей день его непознанная материальная сущность, если мы можем так ее назвать, разрасталась, как буйная лоза, и расцветала в каждом вновь создаваемом Охотнике за Кровью.
Благодаря твоему повествованию я узнал, что, когда ведьмы Мекаре и Маарет преврати-лись в тех, кто пьет кровь, они обе утратили дар общения с духами. Мой Создатель предупреж-дал, что я тоже лишусь этого таланта.
Однако уверяю тебя, ничего подобного со мной не произошло: я по-прежнему вижу духов и привлекаю к себе их внимание. Вероятно, именно эта притягательная сила и моя повышенная восприимчивость, а также нежелание с самого начала отвергнуть притязания Гоблина и с пре-зрением прогнать его прочь придали могущества нечестивому духу и теперь позволяют ему тя-нуть из меня вампирскую кровь.
Лестат, если это создание еще больше окрепнет – а судя по всему, не в моей власти этому помешать, – возможно ли, что оно, так же как когда-то в древние времена Амель, вторгнется в человеческое существо? Возможно ли, что таким образом появится родоначальник еще одной разновидности вампиров и разрастется новое древо?
Уверен, мои вопросы не оставят тебя равнодушным и ты сумеешь оценить опасность. Только представь, что может случиться, если Гоблин превратится в убийцу людей! К счастью, пока у него для этого маловато силенок.
Наверное, нет нужды объяснять, почему я боюсь за тех, кого люблю и кто мне дорог – за своих смертных родственников, равно как, впрочем, за любого незнакомца, на которого Гоблин в конце концов может напасть.
Мне нелегко делать столь откровенное признание. Ведь я всю свою жизнь любил Гоблина и с презрением пресекал все обидные речи в его адрес, заставляя умолкнуть тех, кто чернил его, называя "воображаемым приятелем" или "глупой навязчивой идеей". В течение многих лет мы были самыми близкими друзьями и компаньонами, а теперь стали врагами, и я с ужасом ожидаю его новых нападений, ибо чувствую, что с каждым разом он становится сильнее.