Но мужчина и не пытался выйти к людям. Вместо этого он толкнул дверь чёрного хода, которая неожиданно поддалась и отворилась!
Опешившую Эмили подтолкнули вперёд, в темноту помещения. Пострадавший медленно зашёл следом и бесшумно прикрыл дверь.
Прямо по коридору, третья дверь направо, прохрипел он, приваливаясь к стене и глубоко дыша, нам туда.
Зачем? вырвалось против воли у Эмили, пока она сама с опаской всматривалась в освещённый красноватым светом коридор. Тот казался ей каким-то зловещим. Как и вся ситуация в целом. Может, всё же в больницу?
Снисходительный взгляд и отрицательное покачивание головой были ей ответом. И тогда Эмили разозлилась.
Какого чёрта ты тут стоишь из себя самоотверженного? Тебе в больницу надо! А не по тёмным коридорам таскаться, истекая кровью! А если ты прямо здесь и она запнулась, не в силах даже произнести это слово. У тебя с головой вообще всё в порядке?
Её просто прорвало. Всё накопленное напряжение теперь выплёскивалось в слова, облачаясь в ярость, злость и отчаяние.
Зачем я вообще попёрлась за этот чёртов угол? всхлипнула едва слышно и отвернулась. Устраивать истерику незнакомцу было глупо. И во всём случившемся она могла винить только себя, и отсутствие здравого смысла.
Всё сказала?
Его небрежный тон только подхлестнул злость, но Эмили опять проглотила её и свою обиду. Запал уже иссяк. Ей бы уйти, сбежать, оставив его дальше разбираться самому. Но отчего она не могла этого сделать.
«Разве мы не в ответе за тех, кого спасли?» Мрачно переименовала она знаменитую фразу.
Вот только нужна ли спасённому такая навязанная опека?
Пока Эмили молчала, мужчина сделал свои выводы и медленно двинулся вперёд. Девушке ничего не оставалось делать только идти вслед за ним.
Они шли медленно и осторожно, словно какие-то взломщики, забравшиеся в чужой дом. На самом деле, это была только ассоциация Эмили. И шли они совершенно спокойно, просто её попутчику несколько раз приходилось останавливаться, чтобы отдышаться.
Когда, наконец, они добрались до заветной двери, то оказалось, что за ней скрывается небольшое помещение с диванчиком, парой стульев, высоким, во весь рост, зеркалом, рядом с которым стояла стойка с различными платьями и костюмами, и стол, полностью заваленный всевозможной косметикой. Эмили показалось, что они попали в какую-то комнату для переодеваний. Но кто здесь переодевается и зачем, для неё осталось загадкой. Как и то, почему её спутник так хорошо ориентируется в этом клубе.
Это что, чья-то гримёрка? Эмили не смогла удержаться от нервного смешка.
На неё бросили суровый взгляд, но промолчали. И пока она стояла и рассматривала всё это добро, мужчина добрёл до стойки с костюмами, выбрал один практически наугад, и начал раздеваться.
Глядя на то, как он осторожно расстёгивает пуговицы на рубашке и развязывает её самодельную повязку на животе, Эмили не могла поверить в то, что всего несколько минут назад считала его настоящим трупом. Как-то всё это не укладывалось в голове. Слишком живым выглядел тот, кого совсем недавно проткнули ножом.
Бред, это всё какой-то бред
Обхватив себя руками, Эмили медленно сползала вниз по стеночке. Ноги её больше не держали.
Всё происходящее казалось каким-то неправильным, слишком нереальным. И она не могла понять, как жизнь обычного сотрудника банка могла так кардинально измениться? Ведь совсем недавно она только начала жить самостоятельно: приобрела квартиру недалеко от работы, готовилась к сдаче на права и уже присматривала себе, пусть не новую, но всё же машину.
А теперь что?
Теперь она находится тут, в странном помещении того самого клуба с которого и началась вся эта катавасия, и смотрит на то, как недавняя жертва покушения раздевается прямо перед ней, и при этом выглядит совершенно живым и практически здоровым!? Разве такое возможно?!
Хватит предаваться панике.
Голос раздался совсем близко и заставил вздрогнуть. Взгляд Эмили сфокусировался на ботинках и слегка потрёпанных и запылённых штанах.
Сейчас не время и не место паниковать. Слышишь, кусачка?
Кусачка?
Эмили пару раз моргнула и перевела взгляд на лицо мужчины. Точнее попыталась это сделать. Но как назло краем глаза выхватила рваную рану на его животе. И её снова замутило.
Меня сейчас вырвет Зажав рот, глухо сообщила она.
Так, спокойно, дыши. Глубже дыши.
Уйди, кое-как выдавила из себя, отползая подальше, пожалуйста.
Её поняли правильно.
Отойдя на приличное расстояние, мужчина выудил из той же стойки с одеждой платье и положил его на спинку маленького диванчика, стоявшего посреди комнаты, словно трон на небольшом возвышении.
Как отдышишься, наденешь это. Только, прошу, без лишних вопросов. Я ещё слишком слаб, чтобы отвечать на всякие глупости.
Эмили хотела возмутиться по поводу глупостей, но в данный момент ей было слишком плохо, чтобы отвечать на его колкость. Мужчина же, больше не говоря ни слова, развернулся и, прихватив одной рукой «взятую напрокат» одежду, удалился куда-то.
И как только он скрылся из виду, дышать сразу стало легче. Но паника не отступала.
Покосившись на закрытую дверь и подумав в очередной раз, не сбежать ли ей, пока не поздно, Эмили посидела ещё немного пока тошнота полностью не отступила, тяжело вздохнула и, поднявшись с пола, направилась к оставленному для неё платью. Оно было специфичным: короткое до середины бедра, без рукавов, с воротником-стойкой и с достаточно глубоким узким вырезом, ныряющим как раз в ложбинку между грудей. Ещё раз с сомнением осмотрев этот нескромный наряд и сравнив со своим испорченным платьем, Эмили грустно вздохнула и всё же приняла решение переодеться. Постоянно оглядываясь по сторонам, быстро скинула с себя испорченную одежду и натянула новую, попутно поражаясь тому, что платье было аккурат по её размеру! А потом пришло вдруг озарение. Она вспомнила, что видела точно такой же наряд на девушках-официантках, что ловко маневрировали между столиками в клубе! И получается, что они пришли в комнату переодевания персонала этого заведения! Вот только откуда об этой комнате знает её спасённый знакомый?