Как говорится, есть всего два типа людей. Первые относятся хорошо к любому, пока те не докажут, что не заслужили подобного. А вторые с опаской реагируют на каждого, пока те не сделают что-то, что изменит их мнение. Я себя относила к последним.
И пытаться быть для этого зверья лучше, чем я есть на самом деле? Ну уж нет.
Едва я переступила порог кабинета ректора уже второй раз за эти многострадальные сутки в легкие тут же ворвался ароматный запах еды. Желудок тут же дал о себе знать, но к счастью, я стояла слишком далеко от стола ректора.
Зато теперь я прочно укрепилась в мысли, что Дарен Неррс совершенно точно надо мной издевался.
Позвольте поинтересоваться, к чему был этот артефакт громкой речи? Куда меньше магических сил вы бы потратили на простого вестника, спокойно полюбопытствовала я.
Хотелось тебе отомстить, Браунс, легко ответил ректор. И затем вдруг махнул на кресло напротив. Присаживайся. Кажется, тебя не устроила академическая столовая? Так угощайся.
Чего?! Нет, он совершенно точно издевается. И чем дальше, тем больше. Я еще раз бросила взгляд на разложенный перед ним стол. Тушеные с трюфелями овощи, запеченные перепела Неплохо жрете, то есть живете, господин ректор.
Другим студентам академии тоже предстоит побаловать себя деликатесами?
Финансирование вещь не резиновая. И увы, если я буду кормить из своего кармана каждого студента по три раза в день, то мой бюджет прикажет долго жить.
Я не ваш финансист, господин ректор. Думаю, я ничем не заслужила ваших оправданий, ровным тоном произнесла я.
Может, хотя бы чаю? Нам предстоит нелегкий разговор. Мужчина бросил на меня насмешливый оценивающий взгляд. Он совершенно точно знал, что я откажусь. Но хотел проверить. Для чего?
Нелегкий для меня? Да неужели? Это так неожиданно! А то я в канторовской академии, как на курорте. За одни сутки успела осмотреть столько достопримечательностей!
Нелегкий для меня, мягко ответил Неррс.
Он провел рукой над столом, и вся еда, что лежала на нем, начала проваливаться. Как в трясину. Интересные чары, ни разу с такими не сталкивалась. Жаль, что не удалось перехватить формулу, чтобы потом их изучить.
Новый взмах рукой, и из стола выполз чайник с двумя фарфоровыми чашечками от известного бренда «Ушки». Думаю, мистер Неррс, лет эдак десять вы бы смогли кормить всю академию без особой дырки в бюджете.
Пока чай разливался сам по себе, ректор залез в верхний выдвижной ящик стола и протянул мне бумагу с гербом ВАКа золотым гиппогрифом. А вот, видимо, и мой указ об отчислении. С гордым видом взяла в руки бумагу и обомлела.
«Благодарственное письмо!
Высшая академия Кантора в лице ректора, Дарена Вестлея Неррс, выражает благодарность студентке Эрналии Краун Браунс за бдительность и своевременно проявленную реакцию в спасении студентки Нирамии Эшли и действующего на тот момент декана факультета искусств Амелии Росс.
В качестве поощрения студентке начисляется пятьдесят баллов. Также будут аннулированы баллы по ошибке руководства зачисленные студентке Эшли.
Д.В. Неррс».
И когда я подняла непонимающий, но в то же время торжествующий взгляд на ректора, мне уже протягивали вторую бумагу. В этот раз без герба академии, но с личной подписью Неррса ее я уже различала.
«Приношу свои извинения. Был не прав в следующих пунктах:
в том, что заподозрил и обвинил в причастности к взрыву;
в том, что непреднамеренно поспособствовал укрывательству бывшего декана;
в халатности по отношению к драке со студенткой Шварц, а именно в обвинении вас причастной к зачину драки.
Мною были произведены следующие действия:
изучение магического фона на месте преступления, а именно взрыва;
аннулирование преподавательской и деканской лицензии Амелии Росс (временным исполняющим обязанности декана назначается Д.В. Неррс);
изучение личного дела студентки Шварц и личный серьезный разговор, поспособствующий раскрытию истинного положения дел;
беседа с другими студентами, поспособствующая раскрытию истинного положения дел.
Дарен Неррс».
Вот это я понимаю подход! Прям по пунктикам расписал. Я, правда, почувствовала эту насмешку, буквально сквозящую во втором письме. Мол, такой крутой ректор и отчитывается перед какой-то сопливой студенткой, как же но решила закрыть на это глаза. Только что Дарен Неррс вырос в моих глазах как ректор. Мое желание «откровенно хамить» и «препираться» растаяло, будто его и не было.
Я надеюсь вы понимаете, Браунс, что вторую записку из кабинета я вам вынести не дам?
А вы умеете испортить момент триумфа, господин ректор. Но не переживайте, я ее запомню в мельчайших подробностях. С улыбкой покачала головой, возвращая на стол записку с письменными извинениями. Ее тут же засосало магической трясиной, но в этот раз настолько медленно, что я успела перехватить формулу. Перехватить и запомнить. Видимо, Неррс почувствовал мое любопытство и не стал препятствовать получению знаний.
Сколько у вас сейчас баллов, студентка Браунс? Только прошу, без перечислений. Ограничьтесь финальным «итого».
Пять, мгновенно ответила я.
И откуда же взялись еще десять баллов? поинтересовался ректор.