Л. Дж. Шэн - Мятежный стр 6.

Я сглотнула, отводя взгляд, а когда снова посмотрела вверх, дверь лифта открылась. Я прыгнула вперед, практически выбежала, выскочила в коридор и выудила ключи из рюкзака.

Космос. Мне это было необходимо. Все это. Сейчас.

Его смех все еще доносился до моей двери с двадцатого этажа его пентхауса, где он начал свое ночное путешествие с двумя великолепными женщинами.

После того как я приняла ванну, налила себе немного вина и съела здоровый, сбалансированный ужин, состоящий из «Читос» и оранжевого соуса с неизвестным происхождением, который нашла в задней части холодильника, я припарковала свою задницу на диване и начала переключать каналы. Несмотря на то, что я хотела посмотреть «Портландию», поскольку это заставило меня почувствовать себя немного более утонченной, чем предполагал мой ужин, я каким-то образом втянулась в просмотр мелодрамы «Чего ждать, когда ждешь ребенка».

Ужасный фильм, и не только потому, что он набрал 22% дизлайков. Но потому что это заставило меня думать о Даррене.

А при мыслях о Даррене мне почему-то хотелось позвонить ему и еще раз извиниться.

Несколько долгих секунд я смотрела на телефон, размышляя и обдумывая сценарий в своем беспомощно уставшем мозгу.

Он возьмет трубку.

Попробу ет сказать мне, что я совершил а ужасную ошибку.

Что ему все равно. И о н все равно хочет меня.

Только он знает. Его это очень волнует.

И я недостаточно хороша.

Не для таких, как он.

Еще одна вещь, которую я должна упомянуть: несмотря на мой саркастический характер и не закрывающийся рот, я лаяла, но не кусалась. Я не разрушала жизни. Я хотела их спасать. Вот почему и отказалась от Даррена.

Даррен заслужил нормальную жизнь, нормальную жену и достаточное количество детей, чтобы основать футбольную команду. Он заслужил долгие каникулы и развлечения на свежем воздухе за пределами больничных стен. То есть когда он там не работал. Короче говоря, он заслуживал большего, чем я могу ему дать.

Я забралась в постель, прижалась спиной к спинке кровати и уставилась на дверь своей спальни, желая, чтобы она открылась человеком, который согрел бы меня ночью.

Дин Коул.

Господи, как же я его ненавижу! Сейчас – больше, чем когда-либо. Он хотел пересмотреть мою арендную плату. Я и так бедная. Особенно по меркам Манхэттена. Кроме того, он за один день зарабатывал столько, сколько я за два года. Это действительно необходимо, или он хотел отомстить мне за то, что я не поддалась на его ухаживания?

Закрыв глаза, я представила себе этого придурка мирового класса, поедающего «Джессику Рэббит», которая оседлала его точеное, совершенное лицо, в то время как миниатюрная брюнетка отсасывала ему. Потрясенная, я сунула руку в свои уже влажные трусики, складка между бровями стала глубже, и я тихо кашлянула.

Дин Коул, вероятно, был грязным типом. Из тех, кто переворачивает «Джессику Рэббит» через секунду после того, как она кончила, и трахает ее сзади, дергая за рыжие волосы.

Я просунула указательный палец внутрь своего лона, затем средний, отыскивая точку G. С отвращением представила себе миниатюрную брюнетку, которую схватили за шею и бросили на спину. Теперь он трахал и ее, щипая за соски.

Я с возмущением выгнула спину.

Застонала от отвращения.

А потом резко кончила на пальцы, испытывая отвращение.

Я ненавидела все, что было связано с Дином Коулом.

Все… кроме него самого.

Глава 2 Дин

СЕКС.

Вот к чему все сводится.

Весь мир построен на одной единственной животной потребности. Наше стремление выглядеть лучше, работать усерднее, становиться богаче и гоняться за вещами, которые нам даже не нужны: за лучшей машиной, продвижением по службе, новой стрижкой и прочим дерьмом, которое нам пытаются всучить в рекламе.

Все. Из-за. Секса.

Каждый раз, когда женщина покупает духи, косметику или гребаное платье.

Каждый раз, когда человек порабощает себя нелепыми платежами за спортивную машину, которая и вполовину не так чертовски удобна, как просторная корейская машина, которая была у него неделю назад, и впрыскивает стероиды в раздевалке в душном спортзале... Все. Для того. Чтобы. Переспать с кем-то.

Даже если они этого не знают. Даже если они с этим не согласны. Ты купила эту блузку, этот джип и сделала себе новый нос, чтобы стать более сексуальной. Наука, детка. С этим дерьмом не поспоришь.

То же самое касается и искусства. Некоторые из моих любимых песен были о сексе еще до того, как я узнал, что могу делать что-то интересное со своим членом, а не только мочиться в снег.

«Лето 69-го»? (Summer of ’69) – Брайану Адамсу было девять лет. Он явно пел о своей любимой сексуальной позе. «Я только что умер у тебя на руках» (I Just Died in Your Arms), Cutting Crew? – Разговоры об оргазмах. «Билет на аттракцион» (Ticket to Ride) The Beatles? – Услуги проституток. «Ну же, Эйлин»? (Come On Eileen?) – Эта веселая гребаная песня, под которую все танцуют на свадьбах? Она про сексуальное принуждение.

Секс был повсюду. А почему бы и нет? Он чертовски великолепен. Я никак не мог насытиться им. И я хорош в этом. Разве я сказал «Хорош»? Зачеркните. Идеален. Именно к этому слову я и стремился. Ибо практика делает все совершенным.

И видит Бог, у меня было много практики.

Это напомнило мне, что нужно было заказать еще одну коробку презервативов. Я специально заказываю их в компании под названием SayItWithaRubber. Я не просто придумал фольгу, чтобы на ней было мое имя – эй, некоторые цыпочки жаждут оставить их себе на память, кто я такой, чтобы отказывать им? – и выбираю цвета (мне нравились красный и фиолетовый. От желтого мои яйца казались немного бледными. Не очень хороший цвет для меня...), но я также был придирчив к типу резины, тонкости – 0,0015 мм, если хотите знать – и уровню чувствительности.

– Доброе утро, – прохрипела одна из девушек. Она трепетно поцеловала меня в затылок. Мне всегда требовалось несколько секунд, чтобы вспомнить, с кем я провел ночь, но это утро было еще хуже, потому что вчера я пил так, словно моя миссия состояла в том, чтобы превратить свою печень в ром.

– Как спалось? – пробубнила вторая.

Мое тело было наклонено в сторону тумбочки, когда я прокручивал длинное текстовое сообщение, написанное моим другом и деловым партнером, Вишесом. Большинство людей писали короткие текстовые сообщения, чтобы донести свою точку зрения. Этот напористый ублюдок сделал Сири своей сучкой и прислал мне целую гребаную Библию. Просыпаться от его послания было равносильно пробуждению от минета акулы.

И вот что он написал:

Дорогой Членосос,

Моя невеста сказала, что её головная боль, то есть сестра, может опоздать на предсвадебный ужин в следующую субботу, потому что она пытается сэкономить несколько долларов, взяв два пересадочных рейса, чтобы доехать до Тодос-Сантоса.

Она подружка невесты Эм, следовательно, ее присутствие является чертовски обязательным. И если мне придется тащить ее за волосы, я это сделаю, но лучше не буду. Ты же знаешь, как я отношусь к этому месту. Нью-Йорк очень тяжел для тела. В Лос-Анджелесе тяжело на душе.

У меня нет души.

Я прошу тебя как друга постучать в дверь Рози и сунуть ей в руку новый билет. Пусть Сью закажет ей билет первого класса рядом с тобой и проследит, чтобы она села в этот самолет вместе с тобой в пятницу. Надень на нее наручники, если понадобится.

А тут ты, наверное, спросишь, какого хрена ты должен это делать. Считай это одолжением Милли, а не мне.

У нее стресс.

Она очень волнуется.

И не заслуживает такого дерьма.