Всего за 104.9 руб. Купить полную версию
Для усиления обороноспособности христианских государств была предпринята попытка создать единые военные организации, которые смогли бы реально осуществлять функции охраны паломников и границ христианских владений. Для этого во втором десятилетии XII века были созданы (или реформированы) особые военно-монашеские ордены — орден тамплиеров и орден госпитальеров (см. Приложение). Однако надежды на их особый вклад в дело борьбы с мусульманами оказались тщетны. Руководство этих орденов больше интересовалось торговыми, политическими и другими делами, причём как на своей новой родине, так и в Европе. Постепенно эти организации превратились в крупнейших ростовщиков и землевладельцев на европейском континенте и оказывали порой решающее влияние на международную и внутреннюю политику многих государств Старого Света.
В результате внутренней слабости крестоносных государств и начавшего сплочения мусульманских княжеств христиане стали терять свои владения одно за другим. В 1144 году эмиром Мосула Зенги (Занги) была взята важнейшая крепость — Эдесса. Эдесское княжество пало. Захват этого города вызвал в Европе бурную реакцию. Печаль по поводу падения первой цитадели крестоносцев на Востоке (“Взята Эдесса силой зла, и христиан кручина ест...” пели в то время трубадуры) перемежалась с активными призывами к началу Второго крестового похода.
Духовным вождём этого похода выступил знаменитый французский богослов, деятель монашеского движения Бернард Клервоский. В Европе было объявлено о введении особого налога на снаряжение крестоносного воинства. Впервые со времён начала крестовых походов эту экспедицию возглавили коронованные особы — король Франции Людовик VII и правитель Германской империи Конрад III. Помимо рыцарей в этом походе приняли участие и крестьяне из охваченных голодом районов Европы. Однако рыцарское войско уже смотрело на них как на обузу. Когда выяснилось, что сухопутная дорога через Малую Азию слишком трудна и опасна, рыцари сели на корабли, бросив крестьян на произвол судьбы. Почти все они погибли.
Интересно, что в этом походе помимо мужчин приняли участие и многие супруги европейских феодалов. Вместе с Людовиком приняла крест и его жена Элеонора (Альенора) Аквитанская. Для дам французского двора, поехавших с ней на Восток, это предприятие казалось поначалу увеселительной прогулкой. Многие из них взяли с собой лучшие наряды, придворных поэтов и т.д. Но во время перехода через Малую Азию с большей частью груза пришлось расстаться. Огорошенные невиданными трудностями, они остались в Антиохии, а остальное войско двинулось дальше.
Результаты этого похода, предпринятого с огромной затратой сил, были плачевными. Своими грабежами крестоносцы восстановили против себя Византию. Потеряв по дороге часть ополчения, они пытались взять Дамаск. О походе в южные земли речи не было. Их усилия оказались тщетны. Бароны Иерусалимского королевства, для которых было выгодно жить с правителем Дамаска в мире, не только не помогали им, но всячески расстраивали их планы. Не добившись поставленной цели, Людовик VII и Конрад III бесславно вернулись в Европу.
После завершения Второго похода ситуация на Ближнем Востоке резко изменилась в пользу мусульман. Во второй половине XII века произошло объединение в одно государство Египта, части Сирии и части Месопотамии. Во главе этого государства стал султан Саладин, курд по происхождению.
Разгромив в 1187 году крестоносцев при Тивериадском озере, он в короткое время захватил Акру, Яффу, Сидон, Бейрут, Аскалон и Иерусалим. Эти события дали толчок к началу Третьего крестового похода.
Относительный временный успех Третьего крестового похода явно свидетельствовал о том, что европейские государства не остановятся на достигнутом. Однако к началу XIII века стало ясно, что их правители, да и все феодалы уже не придерживались на деле провозглашённой ими цели — освобождения христианских святынь. Взоры крестоносцев всё чаще направлялись в сторону Византии, с самого начала крестоносного движения пребывавшей в постоянном конфликте с западными “единоверцами". Это государство уже не могло сопротивляться массированному нашествию всех своих врагов, да и внутренние усобицы, особенно династические перевороты, делали её весьма привлекательной в качестве объекта нападения. Большую и, увы, весьма неприглядную роль в Четвёртом крестовом походе, в частности, в изменении его направления на Константинополь вместо предполагаемого Египта, сыграла извечная торговая противница Византии — Венеция. Именно благодаря её усилиям войска крестоносцев не пошли дальше Константинополя, а участие европейских держав во внутриполитической борьбе вокруг имперского престола сделали возможным завоевание некогда сильного государства.
Мы не будем освещать все перипетии четвёртого похода, об этом говорится в романе и предлагаемых приложениях, в которых словами самих участников и очевидцев событий тех давних лет рассказывается о том, как всё это происходило. Заметим только, что после падения Константинополя на большей части бывшей Византийской империи образовалась новая, Латинская империя, а также Фессалоникийское королевство, Ахейское княжество и Афинско-Фиванское герцогство. Венецианцам удалось на некоторое время занять весьма выгодное положение в новых государствах, однако в 1261 году при помощи их соперников, генуэзцев, Михаил Палеолог вновь овладел Константинополем, и Византийская империя была восстановлена.
После окончания Четвёртого крестового похода, распада Византийской империи и образования новых крестоносных государств “старые” христианские владения, расположенные в Сирии, попали в очень трудное положение, оказавшись под угрозой нападения со стороны усилившегося Египта. Между тем религиозный подъём среди определённой части европейского общества в этот момент переживал своего рода ренессанс. Это было связано с непрекращавшейся деятельностью папского престола, подкреплённой активностью новообразованных монашеских орденов францисканцев и доминиканцев. Возникло мнение, что Иерусалим не может быть освобождён усилиями взрослых в силу их непомерной греховности, и святое дело спасут только невинные дети. Подобные во многом искренние экстатические настроения пали на благодатную почву, выразившись в весьма своеобразном явлении, известном под названием “детский крестовый поход 212 года” (иногда его называют Пятым крестовым походом). Долгое время считалось, что это во многом плод выдумки писателей и хронистов, однако этот “поход” действительно почти состоялся, хотя и имел последствия, далёкие от желаемых. В июне 1212 года в одной французской деревне близ Вандома явился мальчик — пастух, Стефан, который объявил, что он посланец Бога и призван стать предводителем воинства, которое вновь отвоюет для христиан Святую Землю. По всей Франции появилось множество мальчиков-проповедников, призывавших отправиться за море к Богу. На призыв откликнулось около 30 000 (если верить источникам) человек. Когда об этом стало известно, король Франции, осознавая нежелательность и опасность от подобного мероприятия, приказал собравшимся вернуться домой. Часть пилигримов не прислушалась к его советам и направилась на юг, к Марселю. Согласно преданию, в Марселе двое работорговцев согласились переправить паломников в Сирию. Однако большую часть путешествовавших они отвезли в Египет и продали на местных рынках. Впоследствии часть этих пленников смогла вернуться на родину в 1229 году после подписания мирного договора Фридриха II с египетским султаном, знаменовавшего конец очередного крестового похода. Подобное явление наблюдалось и в Германии, где десятилетний мальчик Николай собрал толпу около 20 000 детей и двинулся на юг через Альпы. Однако и это крестоносное воинство рассеялось по дорогам Италии, большей частью погибнув, отчасти же вернувшись домой.
В принципе после завершения Четвёртого крестового похода крестоносное движение пошло на убыль. Несмотря на активность папского престола, его пропаганда за редким исключением уже не находила постоянной и действенной поддержки, привлекавшей различные слои европейского общества к участию в походе за полвека до этого. После военных поражений во Фракии и Малой Азии в начале XIII века многие рыцари уже не видели гарантий безбедного и безопасного существования в этих землях. В связи с ростом городов, окончанием полосы стихийных бедствий и эпидемий внутренняя ситуация в Европе значительно улучшилась. Основная часть буйной феодальной вольницы уже покинула европейские земли и по большей части назад не вернулась, сняв в значительной мере ту напряжённость, возникновению которой она так сильно способствовала. Европейские феодалы и католическая церковь вновь открыли для себя сферу применения военно-политических сил на другом направлении — в Прибалтике, действуя огнём и мечом против прибалтийских и славянских народов. Торговые города Италии заключили выгодные договора с мусульманскими правителями и больше не нуждались в особой военной поддержке.