Алана старалась не принимать участия в сплетнях, зная, как был бы недоволен этим ее отец, но не могла выглядеть надменной и безучастной в тесных деревенских магазинах, где она покупала продукты для викария, на ферме, где она брала яйца, или если кто-нибудь заглядывал в дом к викарию поболтать.
Алана не удивилась, когда Шарлотта сообщила ей, что их доставят в Чарл на личном поезде князя.
– Тетя Одель написала Ричарду, что это вызвано не только соображениями удобства, но в противном случае мне пришлось бы подыскивать себе компаньонку для того, чтобы она сопровождала меня по пути через Лондон. – Алана изумленно раскрыла глаза, и Шарлотта добавила: – Конечно, все это глупости. Я и Ричарда спрашивала, зачем мне компаньонка, если я еду с ним. Он говорит, что все это выдумки тети Одель. Она просто перестраховывается, чтобы на приеме не было никого, кто мог бы отвлечь от меня внимание князя. Алана, милая, постарайтесь возбудить его интерес! – воскликнула она после минутной паузы. – Неужели после всех наших хлопот мне придется… выйти за него?
– Вы заставляете меня нервничать, – упрекнула ее Алана. – Как может такой человек, как князь, заинтересоваться мною?
– Почему нет? – возразила Шарлотта. – Вы в сто раз красивее и умнее меня, от вашего отца вы унаследовали обаяние, какое я не приобрету и за тысячу лет!
– Вы говорите так, будто папино обаяние – это нечто вроде магнита, которым можно притянуть к себе князя, – засмеялась Алана.
– Так оно и есть, – возразила Шарлотта. – И только поверив в это, вы сможете освободить меня от него.
Когда Шарлотта ушла, Алана долго стояла у окна и смотрела в небо. Она просила у него совета, как не раз уже бывало прежде. В тот вечер ей показалось, что отец одобрил бы ее поступок, придя в ужас от предполагаемого замужества Шарлотты. Ведь слухи, которые ходили в деревне о князе, его экстравагантных поступках, любовных приключениях и чуть ли не королевском образе жизни, были один другого скандальнее. Сейчас план виконта казался ей крайне нелепым. От нее требовали совершить чудо. Тем не менее из любви к Шарлотте и по некоторой другой тайной причине она согласилась участвовать в этой затее и сейчас молила Бога, чтобы не только князь, но и леди Одель поддалась на обман.
– Допустим, мне удастся отвлечь от вас внимание князя, – сказала Алана во время второго визита Шарлотты к викарию. – Но что будет со мной, когда он узнает правду? – При этих словах глаза у нее потемнели и расширились, но она не упомянула о том, что уже несколько ночей подряд лежит без сна, не в силах отогнать от себя эту мысль.
– Ричард все предусмотрел, – радостно ответила Шарлотта. – Он прекрасно понимает, что если обман раскроется, то папа надавит на викария, и тот вас уволит. Поэтому после приема вы должны исчезнуть.
– Исчезнуть? – тихо переспросила Алана.
– Мы, конечно, про себя посмеемся над князем, но не расскажем ему, что вы не знатная дама и не кузина Шейна. Мы просто сообщим ему, что вы уехали, а куда, неизвестно.
– А вдруг… вдруг он будет искать меня? – спросила Алана.
– Я сама задавала этот вопрос Ричарду, – откликнулась Шарлотта. – Но он ответил, что для князя это не проблема. Не успеет он потерять одну женщину, как найдется сотня других, которые с готовностью займут ее место.
– Да… разумеется, – поспешно согласилась Алана, подумав, что была слишком самонадеянной, предполагая, что внимание князя к ней продлится дольше чем несколько дней.
В то же время разум подсказывал ей, что, если она исчезнет, князь снова обратится к Шарлотте. Разумеется, мог быть и такой вариант, что он найдет Шарлотту непривлекательной и неинтересной для себя, но в этом случае и вся их затея была не нужной.