С этими словами она позвонила в колокольчик у кровати.
Через несколько секунд дверь отворилась, и в комнату вошла горничная — женщина лет сорока, в черном платье с крошечным белым фартучком, отделанным кружевом.
Она немного удивленно взглянула на Еву и подошла к хозяйке.
— Жози, — представила мадам Лебланк, — это дочь сэра Ричарда Хиллингтона, которому, — помнишь? — стало плохо здесь неделю назад.
— Да, мадам, конечно, помню. Бедный джентльмен! Мне было так жаль его.
— Ну, очевидно, это его запонку мы нашли тогда, — сказала Леонида. — Я хочу, чтобы ты вернула ее мисс Хиллингтон, а еще я хочу, Жози, чтобы ты пошла с моей гостьей к ней домой и посмотрела ее платья.
Теперь горничная точно удивилась, и Леонида Лебланк пояснила:
— Л поручила мисс Хиллингтон маленькое задание, которым она обяжет меня, но, чтобы выполнить его, она должна быть одета соответствующим образом.
Жози с любопытством посмотрела на черное платье Евы, а ее хозяйка продолжила:
— Ей требуется что-то нарядное, но очень изысканное для завтрашнего обеда. Ты понимаешь, Жози. Она — jeune fille и ни в коем случае не должна быть вульгарной.
— Я знаю, что нужно мадемуазель, — ответила горничная. — Когда я служила у жены посла, я три года провела в Англии. О, мадам, вы не представляете, эти английские jeune fille такие немодные, скучные и бесцветные!
Она обращалась к своей хозяйке по-французски, думая, вероятно, что гостья ничего не поймет.
Но Ева рассмеялась.
— Мадемуазель прекрасно говорит по-французски, Жози, — объяснила Леонида Лебланк.
— Простите, мадемуазель, — смутилась горничная. — Л не хотела вас обидеть!
— То, что вы сказали, — чистая правда, — успокоила ее Ева. — Моя мама была француженкой и часто говорила то же самое!
Поняв, что оговорилась, девушка взглянула на мадам Лебланк.
— Ошибка, — покачала та головой. — Здесь это не страшно, но помни, в будущем следует быть очень внимательной. Твоя мать была англичанкой, а отец — французом.
— Я… я буду помнить, — пообещала Ева.
— Поторопись, Жози, и надень капор, — приказала Леонида. — Тебе еще нужно вернуться, чтобы помочь мне одеться.
— Mais оui , мадам, я быстро. Она вышла из комнаты, и Ева встала.
— Не знаю, как и благодарить вас.
— Ты отблагодаришь меня, если сделаешь в точности то, что я тебе сказала, — ответила француженка. — Лорд Чарльз — мой друг и я хочу сделать ему приятное. Я также хочу помочь тебе в память о твоем отце. И все это вместе, так сказать, очень трогательно.
— Да… да!.. — согласилась девушка.
Она пожала руку мадам Лебланк, а потом вдруг наклонилась и поцеловала ее в щеку.
В первый момент француженка казалась удивленной. Затем она улыбнулась:
— Ты очень мила и, надеюсь, когда-нибудь выйдешь замуж за кого-то такого же приятного, каким был твой отец, и будешь очень-очень счастлива.
— Это то, чего я всегда хотела, — ответила Ева.
Глава 3
В целом Жози вполне лестно отозвалась о платьях Евы.
Они очень простые, но, как сказала горничная, именно такие требуются для jeune fille.
Однако Жози не была бы француженкой, если бы не захотела их немножко оживить.
Ева восхищенно смотрела, как преображается под руками горничной ее гардероб.
Бант на плече, кружево вокруг рукавов и несколько шелковых цветов на подоле превратили совсем заурядные платья в модные туалеты, которые вполне могла бы носить юная француженка.
— Спасибо, спасибо вам, — поблагодарила Ева.
Посмотрев на часы, Жози сообщила, что должна вернуться к мадам Лебланк.
Элегантность дома на Сент-Оноре явно произвела впечатление на француженку.