В ней ты напишешь, что тебе не терпится увидеть его и показать покупки, сделанные от его имени.
При воспоминании о лошадях губы лорда Чарльза сжались, но он не перебивал.
— А в конце ты добавишь, что приведешь с собой еще кое-кого, кого очень хочешь познакомить с ним.
— Я не напишу, кого именно? — поинтересовался лорд Чарльз.
— Нет, и даже не напишешь, мужчина это или женщина. Когда вы приедете, ты представишь ее, но при этом заставишь Бишоффхейма поклясться сохранять тайну, поскольку ваша помолвка официально еще не объявлена. А не объявлена она потому, что твоя невеста, которая наполовину француженка, еще не познакомилась с твоим братом.
— Это звучит слишком хорошо, чтобы быть правдой, — промолвил лорд Чарльз. — Единственный вопрос — как она выглядит?
— Она будет выглядеть как надо и сыграет свою роль, а ты сдержишь данное мне слово, — ответила Леонида.
— Хорошо, — согласился лорд Чарльз. — Но лучше бы ты заполнила пробелы.
— Я сделаю это завтра, когда ты заедешь за ней сюда в полдень. А теперь мы должны решить, сколько ты заплатишь девушке.
— Это целиком зависит от того, раскошелится ли Бишоффхейм или нет, — вздохнул лорд Чарльз. — В данную минуту мои карманы пусты!
— В этом я не сомневалась, — заметила куртизанка. — Но поскольку у него уже не будет повода отказаться от лошадей, которых он сам просил тебя купить, ты получишь чек. Полагаю, моя маленькая протеже должна получить… так, дай мне подумать…
— Ради Бога, Леонида! — воскликнул лорд Чарльз. — Оставь мне хоть парочку франков на личные удовольствия. А я куплю тебе орхидей, а то их у тебя так мало!
Англичанин говорил с улыбкой, но куртизанка оставила шутку без внимания: она мысленно пересчитывала франки в фунты.
— Я предлагаю пятьсот фунтов, — сказала наконец Леонида.
Поскольку молодой человек боялся, что будет больше, он протянул руку.
— Договорились! Но если она окажется не идеальна в своей роли и Бишоффхейм оставит меня с носом, она не получит ничего!
— Согласна! — промолвила куртизанка, подавая ему руку.
Лорд Чарльз поцеловал ее и, наклоняясь вперед, пылко прошептал:
— Ты как всегда неотразима!
Сидя внизу, Ева начала думать, что мадам Лебланк забыла о ее существовании.
Девушка уже давно напилась чаю с французскими пирожными, которые оказались настолько вкусными, что Ева не удержалась и съела целых два.
Потом она осмотрела салон, где обнаружила замечательную коллекцию табакерок, которой, несомненно, восхищался ее отец.
Большинство из них было украшено бриллиантами, жемчугом и разными драгоценными камнями, но на некоторых были миниатюры с портретами французских королей.
На каминной полке стояла красивая коллекция очень редкого, розового севрского фарфора. А еще Ева увидела резные фигурки из нефрита и розового кварца, тоже необычайно ценные.
Но даже восхищаясь таким удивительным собранием сокровищ девушка все спрашивала себя: что же предпринять?
Как заработать деньги?
Если мадам Лебланк выступает на сцене, может, она найдет для Евы маленькую роль в театре?
Однако девушка нисколько не сомневалась, что ее мать пришла бы в ужас от такой идеи.
«Почему я не обсудила это с папой, пока он был жив?»— спросила себя Ева.
Впрочем, он бы все равно не стал об этом говорить, только ответил бы в своей беззаботной манере, что «что-нибудь да подвернется».
Девушка старалась не думать о том, во что обошлись его похороны, и о том, что продукты во Франции оказались гораздо дороже, чем в Англии.
Конечно, дома у них были собственные куры и утки, а зимой ее отец приносил из лесу дичь.
Но все же товары, которые они покупали в деревенской лавке, не казались такими дорогими, как те, что Мария, жена Анри, покупает на рынке.